Орион Реликвий - А. Никл

Она находилась на минус первом этаже, а проще говоря, в подвале. Попасть в нее можно было только через парадный вход в главное здание, и то, там было крайне трудно заметить неприметную дверь.

Но вот дальше, мне казалось, что мы прошли полкилометра под землей, и должны были оказаться вообще в другой части этого студенческого городка, но никак не на его территории.

И свое наблюдение я озвучил академику. Тот, разумеется, громогласно, да так, что в ушах звенело еще из-за эха тоннеля, слабо освещенного факелами, ответил, что я не прав.

— Мы углубляемся чуть ниже, чем ты думал. Но до сих пор находимся на территории академии. Ты не представляешь себе, сколько тут всего под землей, да и в зданиях в целом, — заверил он меня.

— А какой смысл? — удивился я. — Ту же библиотеку можно и на земле построить. Зачем под землей?

— Ох, Бобров, — старик громко выдохнул. — Ты не представляешь, какая древняя история у города и у академии в целом. Все, что находится под землей, появилось раньше, чем наверху…

Пока мы шли до библиотеки, где он должен был поставить свою «визу-разрешение» на оформление читательского билета, Адольф Брониславович поведал мне многое об этом городе. Хоть я особо и не просил рассказывать.

Волгоград построен на земле, которая пережила четыре войны. С какими-то первородными существами, затем с Монголами, Французами и демонами. В общем, история была богатой. Все четыре войны оставили на земле море крови и трупов. И на таком своеобразном кладбище каждый раз возводились новые стены.

Последняя война поставила точку над «и». Волгоград возвел не одну стену, а целых три, что спасло от неминуемой смерти.

— Ничего не понял, — перебил его я. — Ну, поставили вы три стены, а что, до этого не было известно, что в лесу есть монстры?

— Было, но они не были такими дикими и кровожадными. Когда люди добили последних демонов, тем же и рваться было некуда. Часть, заточилась в камни, часть в руду, часть в оружие, а кто-то оставил подарок. Подарил монстрам желание убить нас.

— Может, оно всегда было? — поинтересовался я. — Вы же последнюю стену поставили уже у самого леса, считай, загнали их…

— Была и такая теория, — согласился Адольф Брониславович. — Но это чушь собачья. Мы никогда никому не мешали!

Ага. Как же. С бобролюдьми в моем мире было также. Пока мы не начали возводить бетонные плотины, никто нас не трогал. А затем кто-то из нашего государства случайно, придавил матку бобров. Отчего и началась война.

Только вот, мне опять припомнился тот синий монстр и потом. Синий силуэт…

Больше, я ничего не расспрашивал. Мы дошли до большой стальной двери с причудливыми надписями на незнакомом языке, куда и вошли. Дверь была не заперта.

* * *

Оформление читательского билета заняло массу времени. У меня сложилось впечатление, что это было отдельным видом извращений. Задать кучу неудобных вопросов, вплоть до цвета стула, только ради того, чтобы не дать заветную карточку.

В целом, с тестом я справился. Противная, злая бабулька с крючковатым носом, все же нехотя, дала мне серую карточку, на которой я оставил отпечаток своего пальца не без помощи чернил.

— Она станет активной только с завтрашнего утра, — проскрипела бабка. — Иди учись, по добру, по здорову, злой человек. Завтра и придешь.

— Чего это я злой, и что за активность карточки? — не понял я. — Бабуль, ты чего там выдумала?

— Карточка привязывается к владельцу, — начал пояснять она. — Двери в секции просто не откроются с пустышкой. Так что носи ее в кармане, понял?

— Да, это-то я понял… но почему я злой?

— У себя спроси, — парировала она. — Почему ты нищий и злой.

Вот же ты, карга старая. Чтоб у тебя нос отвалился!

Уходя обратно в сторону «тоннеля», я еще раз оглядел это темное помещение приемной, подумал, что, может, меня провели вокруг пальца и никакой библиотеки на самом деле нет, но… плюнул на все это. Завтра так завтра.

Правда, сроки-то горят, и я как бы сдохнуть могу. В буквальном смысле!

Поплелся обратно, матерясь про себя. Встретил пару студентов из третьего класса, которые даже внимания на меня не обратили. И было почему.

Судя по рукам парня, которые находились под юбкой девушки, они явно шли, не для того чтобы читать книжки. А этот ферзь, с лицом гуся и маленькой, девственной бородкой, ее суженный.

Да уж. Вот так… кому эта библиотека жизненно необходима, не могут туда попасть. Зато вот всякие… Эх, ладно.

* * *

Я пропустил только одно занятие, но даже несмотря на это, не пропустил ничего интересного. На третьем занятии я посетил небольшой музей внутри академии, где была куча картин и всяких старых побрякушек. Послушал преподавателя по археологии, который рассказывал нам про древнюю войну, а затем послал в жопу Мефодия, который закрыл собой обзор, посмотрел на мое лицо и задал тупой вопрос:

— Где ты был? Зло приводил в этот мир?

— Иди-ка ты в жопу, Мефодий, — отмахнулся я. — И вообще, отвали ты от меня со своими подозрениями.

— Зло впускал, — хмыкнул то, а потом просто отвернулся и сделал шаг в сторону, словно пропускал кого-то.

И да, пропускал. Теперь передо мной стояла серебрянноволосая девка из Эстонии. Не сводила с меня глаз, поигрываясь ноготком со своей родинкой над пышными губами.

— Где был? Зачем пошел за Адольфом Брониславовичем? — ее бархатистый голосок был преслащен нотками чего-то женственного. — Сдал меня?

Боже… чему эти душевнобольные прикопались ко мне? Почему именно ко мне⁈

— Да отвали и ты от меня, — тут я уже не выдержал. — Вон, посмотри, стоит дрыщ в скафандре, Мефодием зовут. Вот встань напротив него и засыпайте друг друга своими тупыми вопросами, а от меня отстаньте!

Вот же ж судьба-матка, дала на моем пути аж целых два бревна. Одна с красными глазами, которая швыряется дерьмом, как обезьяна. А второй, обреченный шизик, с двумя личностями. А может и не двумя даже…

Третья пара прошла молча. Ну, точнее, меня никто не трогал. Под конец занятия пришла еще и Юлия, мертвенно-бледная какая-то, но в целом, все прошло нормально.

Уже в общей столовой второго курса, ко мне вновь подошла эстонка.