Собиратель теней. Буйный сезон - Николай Викторович Степанов

в пятнадцати милях от перевала. При большом желании он мог бы успеть доскакать к скалам до наступления темноты, но не хотелось понапрасну рисковать – грозовой сезон в последние дни преподносил сюрпризы именно ближе к вечеру.

Пристроив лошадку на общественной конюшне, Родкин направился к ближайшему трактиру, собираясь снять там комнату.

– Прошу прощения, уважаемый, но свободных мест нет. Нынче ваш брат буквально повалил из степи, все постоялые дворы переполнены. Могу присоветовать адрес, где за пару больших монет серебром вам предоставят ночлег.

– Присоветуй.

За время поисков волшебник серьезно поиздержался, и сейчас у него оставалось всего полтора золотых. Родкин, правда, имел про запас еще парочку амулетов, которые в самом крайнем случае мог продать, но хотел все же остаться при своих и найти способ пополнения кошелька.

Хозяин трактира выдал клочок бумаги и спросил:

– Отужинать не желаете? В моем заведении лучшее жаркое в деревне.

– Не откажусь, – после небольшого раздумья ответил маг.

В обеденном зале отыскался лишь один свободный столик, где и расположился вновь прибывший. Заказав жаркое и кружку пива, он по привычке принялся рассматривать посетителей.

«Похоже, большинство из них недавно побывали в серьезных переделках. Оно и немудрено: степь в сезон гроз сама по себе – одна сплошная буря, почти на каждом оставляет свои отметины. Из тех, кому удается выжить. Правда, и добыча в этот период самая богатая».

Контингент в зале подобрался соответствующий: бывалые воины и маги, явно не ниже третьего ранга. Почти все выглядели измочаленными. Многих «украшали» свежие синяки и шрамы, а некоторые вообще были с перевязками не совсем белоснежных бинтов…

Обводя глазами зал, вскоре взгляд Родкина наткнулся на двоих посетителей, резко выделявшихся из общей массы. У них следов пребывания в степи ученик Пардуха не заметил. Мало того, ему показалось, что эту парочку он не так давно уже видел.

«Точно! Я въезжал в Руданы, а они покидали деревеньку, – вспомнил он. – И что парни там делали? А вот это уже интересно – один поднялся и направляется явно ко мне».

– Добрый вечер, уважаемый. Вижу, вы только прибыли в эту забытую Вардом деревеньку. Позвольте поинтересоваться – вы, случайно, не волшебник?

– Да, некоторое отношение к магии имею, – не стал скрывать Родкин. – Но в степь не пойду, даже не уговаривайте.

– Разве мы с приятелем похожи на самоубийц? Нет, о степи не может быть и речи. У нас работенка совершенно иного плана. Надобно переговорить с одним одаренным молодым человеком, но он весьма горяч, и мы опасаемся, как бы не наделал глупостей, о которых потом сам же будет сожалеть. Вот поэтому при разговоре нам бы рядом не помешал маг, который не прочь заработать, и не склонен задавать лишних вопросов.

Подошедший говорил довольно быстро. Вымотавшийся с дороги Родкин едва успевал улавливать смысл сказанного.

– Заработать? – вычленил из скороговорки собеседника главное для себя слово волшебник.

– Один золотой в день, пока мы не встретим парня, и три – за участие в беседе. Да, и еще один важный момент, – решил уточнить для себя говорливый собеседник. – Вы сможете успокоить одаренного, если он, к примеру, начнет буянить? Нам бы очень не хотелось ему навредить.

«Задумали кого-то похитить? А почему бы и нет? Если дело в деревне, можно быстро срубить легких денег».

– Оцепенение с последующим введением в сон подойдет? – спросил Родкин.

– Нам вас точно послал сам Вард. Это именно то, что нужно. Вот оплата за сегодняшний день. – Говорун положил на стол золотую монету. – Отправляемся завтра утром. Лошадка имеется?

– Да, – несколько опешил Родкин. – Но, погодите – я еще не дал согласия.

– Что нужно для его быстрейшего получения?

– Скажите хотя бы, куда придется ехать.

Незнакомец назвал маршрут, который полностью совпадал с планами волшебника.

* * *

«Если виконт с помощью какой-то метки может определить, где я нахожусь, то основная сложность для него – вовремя оказаться на моем пути. Стационарных порталов, насколько я понял Ургаса, поблизости нет. Их даже в Туреине и Ибериуме не имеется. Магией перемещения местные также не особо владеют. Это дреги – мастера перемещаться на многие мили, но даже у них не всегда и не в любое место получается перепрыгнуть. Опять же, на землях графа Динского люди виконта своевольничать опасаются. Может мне все же удастся добраться до степи без новых приключений? Там их за две ночи у меня будет с лихвой».

Прожив в Миригии более полугода, я так и не успел изучить все возможности здешних обитателей, постоянно натыкаясь на что-то новое. Взять те же порталы и портальные свитки. Оказывается, при наличии такого свитка можно было за мгновение оказаться там, где имеется стационарный портал. Правда, волшебная бумага стоила целое состояние, и продавалась далеко не любому толстосуму, но важен сам факт.

Не разобрался я пока и во всех возможных видах местной связи. Слышал о курьерах, магически обработанных пернатых, тех же порталах, через которые вместе с пассажирами доставлялись послания, но Кортис как-то обмолвился о существовании особых заклинаний, позволявших даже разговаривать на дальних расстояниях. Правда, больше ничего об этом ни у него, ни у учителя выяснить не удалось. Ургас сказал, что некоторые знания опасны, и закрыл тему.

«Эх, как бы мне сейчас могло помочь эдакое заклинание по типу нашего мобильника. Связался бы с учителем, расспросил о здоровье, и не строил сейчас догадок из-за ночного видения. А то едешь в неизвестность, и понятия не имеешь: должен ты испепеляющей кошечке или нет?»

Покинув дом Таризы на рассвете, я до самого заката как-то умудрился не вляпаться ни в одну заварушку. Да что говорить, погода – и та порадовала: ни капли дождя. Правда, пару раз над головой сгущались свинцовые тучи, но все ограничилось громовыми раскатами.

Вот-вот должна была показаться деревенька, где я планировал заночевать, но, когда я выехал на взгорок, лошадка встала, как вкопанная, а ожидаемых домиков впереди не оказалось. И это могло означать лишь одно – я умудрился сбиться с дороги.

«Ежики эбонитовые! Я же никуда не сворачивал! Ехал все время по основной дороге… Ну, да, – в голову полезли тревожные сомнения, – но почему после крохотного селения, где лошадку покормил, да сам подкрепился, за три часа никого не встретил на своем пути?».

Разозлился я почему-то на бессловесную кобылу, словно она была виновата в моей оплошности. Захотелось ее разогнать, чтобы скорее рассмотреть, что там дальше? Раз есть дорога, то и люди должны быть. Или мне так кажется?

«Кажется?! – привычное слово словно встряхнуло расслабившиеся мозги. – А если это – ментальная магия? Как там говорил учитель: когда мозгокрут водит тебя за нос, лучшее средство – чихнуть как следует».

Подходящий раздражитель даже искать не пришлось: несколько висевших на шее амулетов были обрамлены перьями мелкой птахи. Занюхал одно из них…

– Ап-чхи!!!

Аж искры из глаз посыпались. А когда зрение пришло в норму…

– *** *** ***!!! – смачно выругался я, с ужасом увидев, что стою на самом краю высокого обрыва, и никакой дороги ни впереди, ни сзади, нет и в помине.

До слуха донесся удаляющийся топот копыт. Когда оглянулся, успел заметить, как во всю прыть удирает всадник. Хотел рвануть за ним, но нос зачесался настолько сильно…

– Ап-чхи, ап-чхи, ап-чхи!!! – Как только начал чихать, пропало видение всадника, стихли звуки топота…

Чтобы вместе с лошадью не свалиться с обрыва, осторожно спешился. С минуту не мог остановить чихание, зато видел, как с каждым новым чихом меняется пейзаж вокруг. Обрыв никуда так и не делся, зато стало ясно, что направление, в котором убегал всадник или его иллюзия, представляло серьезную опасность для животного из-за множества крупных камней. Хорошо, что не помчался вдогонку – и лошадку бы угробил, и себя покалечил.

«Какого бана!? Кто меня сюда завел, за что собирался сбросить в пропасть?»

Пейзаж вокруг был похож на ту скалистую местность, через которую меня проводил Фаргид. Правда, там тропы не просматривалось, а тут она вела к краю обрыва. На противоположной стороне пропасти виднелись остатки моста.

«Выходит, этой дорогой когда-то пользовались?»

Я не понимал замысла неизвестного врага, а потому не знал, чего ждать дальше. На этот раз почему-то не сработала чуйка, ранее предупреждавшая об опасности.

«Зачем было тратить