Рубежье 2 - Николай Викторович Степанов

хуже не будет, Алкос изловчился и трижды ударил головой в дверь. Судя по шагам снаружи, его услышали, и дверь открылась.

— Очнулся? — спросил один из наемников. — Созрел для делового разговора или еще по башке шандарахнуть?

— Одного раза более, чем достаточно.

Людолов поднял пленника на ноги и позволил выйти из каморки.

Как ни странно, это оказалась все та же квартира Пашека, который продолжал дрыхнуть на диване. За накрытым столом сидели еще два наемника и с аппетитом угощались.

На кухне пленнику позволили присесть.

— Теперь, когда понятны все обстоятельства найма, можем обсудить новые условия контракта. — Сопровождавший аналитика людолов был здесь явно за старшего. — Надеюсь, ни у кого возражений нет?

Алкос посчитал разумным не выказывать свои, хотя их было множество.

— Тогда я продолжу, — кивнул людолов. — Сумма найма несколько возросла и теперь составляет десять штук. В нее входит исключение неудобств, которые испытывает каждый клиент, попавший в наши руки.

— Хотите сразу получить выкуп? — переспросил аналитик. — А где гарантия, что по получении не затребуете новый?

— Выкуп, уважаемый наниматель, платят лишь после похищения. Вы же остаетесь на прежнем месте, разве не так? — спросил людолов и сам же ответил: — Так. Посему и цена столь невелика. Будем считать это скидкой за помощь в поиске и поимке очень важного для нас клиента. Есть и другой вариант: мы увозим вас в лес и селим в избушке, обеспечив охрану от хищников и пришельцев. В этом случае стоимость возрастает в полтора раза. Опять же, в качестве бонуса к первому варианту оставляем здесь же некоего Пашека. Так что скидка почти двойная, — людолов явно издевался. — Вам сегодня на редкость везет.

Алкос за последнее время успел изрядно потратиться на «бонус», поэтому оплачивать еще и «услуги» наемников совершенно не желал.

— Ну и сколько же стоит второй парнишка, если ради него вы нарушили нашу сделку? — спросил он на всякий случай.

— Вчера цена на него составляла тридцать штук, нынче подросла до пятидесяти, а то и больше. Коли на него такой спрос, почему бы не воспользоваться?

— Эдаких денег мне и за год не собрать, — тяжело вздохнул аналитик.

Изначально за работу наемников он заплатил две тысячи. За эти деньги они должны были отвезти спящего Дмилыча в укромное место и охранять, пока не явится Алкос и не «освободит» несчастного.

Реально на виртуальном счету аналитика лежало более полусотни тысяч упсов, но он не собирался афишировать эти сведения.

— Значит, возвращаемся к десяти тысячам. Переводишь их на мое имя — и свободен, как птица. Только не вздумай петь, что их у тебя нет. Терпеть не могу фальшивящих исполнителей, — людолов перестал паясничать, давая понять, что лимит вежливости исчерпан.

— После всех трат у меня осталось всего восемь с полтиной, — не мог не начать торговаться Алкос, — но ведь две штуки я уже перевел раньше…

— И опять тебе повезло — пусть будет восемь, — согласился людолов, прекрасно понимая, что их постоялец лжет. Он бы легко вытряс из этого пижона и деньги, и душу, но от старшего пришел срочный приказ поскорее завершать дела и выбираться из города. — Сделаем скидку на бедность. Только учти: свое оружие назад ты не получишь.

Аналитик скривил недовольную физиономию, но деньги перевел. Ему наконец развязали руки и действительно сразу оставили в покое. Через минуту несостоявшиеся наемники быстро покинули квартиру.

— Прямо черная полоса какая-то! — начал вслух возмущаться Алкос, заперев дверь. — Зачем людоловам понадобился этот Дмилыч? Почему на него такая огромная цена — неужели из-за Старка?

Аналитик знал о противостоянии молодого человека и главаря банды других людоловов, но самого Старка и всю его шайку недавно отправили мотать срок в особые места. Разве только кто-то сумел избежать наказания…

Алкос вернулся в комнату и бесцеремонно растолкал Пашека. Чуть тот пришел в себя, аналитик разыграл новый спектакль:

— Какого дьявола здесь происходит⁈ Ты специально заманил меня в ловушку? Что в твоей квартире делают людоловы? Почему я должен платить выкуп и за себя, и за тебя? Решил теперь меня подставить? Если сейчас же не вернешь восемнадцать штук, огребешь колоссальные неприятности.

Когда дело касалось денег, мысли Павла начинали работать быстро, четко и строго в конкретном направлении. Цель — не потерять ни единого упса.

— Я подставил? — возмутился Пашек. — Сначала подсунул нам вино со снотворным, а теперь корчишь из себя жертву?

— Какое снотворное, что ты плетешь? Обещал познакомить с приятелем, а вместо…

— Алкос, хорош мне лапшу на уши вешать! Я не спал, когда ты с ними торговался. Сам нанял людоловов, сам попался, вот сам и расплачивайся за полученное удовольствие.

— Значит, все слышал… — протяжно произнес аналитик. — Тем хуже для тебя. Как думаешь, что может сделать человек в ранге ратника с таким, как ты?

— Ничего, — спокойно ответил Пашек.

Он сейчас хоть и выглядел беззащитным, но не зря же для застолья выбрал не самое удобное место на диванчике. В неприметном, но легкодоступном тайнике, почти под рукой, с недавних пор хранился пистолет.

Павел, в отличие от большинства обитателей Рубежья, еще не завел привычку постоянно держать при себе оружие. Хотя бы потому, что долгое время у него вообще не было огнестрела. Однако последние события приучили к почти маниакальной осторожности. Не желая еще раз попадать к людоловам, он теперь хранил по стволу в каждом помещении, даже в туалете за сливным бачком.

— Может, поспорим? — предложил аналитик.

— Не стоит, — Павел уже сжимал в ладони пистолет, демонстрируя его наглому гостю. — Предлагаю тебе просто убраться из моей квартиры.

— Ого! Неужели Рубежье учит даже таких непроходимых тупиц, как ты? — искренне удивился Алкос.

— Не советую меня злить. Могу ведь и пальнуть.

— Ишь, как заговорил! — аналитик мгновенно прикинул свои шансы на победу, счел их чересчур малыми и не стал рисковать. — Ладно, живи пока.

Выйдя из дома, он первым делом отправился в магазин, чтобы купить оружие, и вдруг увидел Кента, Ларику и Дмилыча.

— Этот паршивец опять вышел сухим из воды⁈ Не может быть! И, тем не менее…

В голове Алкоса закрутился новый план, и он двинулся навстречу троице.

Как же я был рад встрече с соратниками! Ларика, со слезами счастья на глазах, Кент, старавшийся показать, что ничего необычного не произошло…

— Матрос, как ты умудряешься притягивать к себе неприятности? — бывший боцман крепко пожал руку, когда меня наконец-то выпустила из объятий Ларика.

— Знакомьтесь, — указал я на парнишку, — это Гоша — очень смышленый хлопец. Не раз меня из беды выручал.

Парнишка держал в руках рюкзак одного из бандитов, в который сложил все собранное с пленников оружие и другие ценности. Надо отдать должное — обыскал весьма тщательно, будто имел солидный опыт. Выбравшись из подвала, мы уже вдвоем продолжили поиски в других помещениях дома. На первом этаже обнаружилась небольшая комната, оборудованная под жилую. Людоловы использовали ее как перевалочный пункт: мы нашли запас наличных денег и несколько новеньких стволов. Из них Гоша прихватил себе огнестрел, выбрав самый легкий и компактный.

Ему на радостях также перепали объятия женщины и рукопожатие Кента. А потом всем снова пришлось немного пострелять, поскольку неприятности, о которых вспомнил наставник, не заставили себя ждать, возникнув рядом в виде трех локанов.

— У нас гости! — привычно предупредил своих, указав в сторону возникшей в воздухе ряби.

Все резко развернулись к опасности, а из локальных аномалий начали выпрыгивать пришельцы.

— Этих здесь еще не хватало, шторм им в кишку!

— Мои — слева, твои — по центру, — я дотронулся до локтя боевой подруги, — остальные Кенту. Гоша, стоишь у меня за спиной и следишь за людоловами. Надумают шалить — стреляй.