Рубежье 2 - Николай Викторович Степанов

кого? — я тоже решил отвечать вопросом на вопрос.

— Людоловов.

— И кто же организовал нам их неожиданный визит?

— Один неприятный тип, — Павел был явно растерян, не зная, радоваться ему или огорчаться.

— И где сейчас этот тип?

— Я его… прогнал.

Слабо верилось, что этот рохля мог кого-то прогнать, даже комара.

— Пашка, скажи правду: кто сдал меня людоловам?

— Не я, — слишком быстро ответил он.

— А знаешь, кто?

— Алкос, тот самый неприятный тип, — нехотя откликнулся приятель. — Он ко мне уже несколько раз подкатывал, а тут попросил познакомить с тобой, да еще и бутылку ради такого случая притащил, гад.

— Со снотворным?

— Как выяснилось, — понуро подтвердил он.

— А откуда он так быстро узнал, что я в Щукинске?

— Дим, да чего мы в дверях стоим? Ты проходи, я все расскажу. — Бегающие глазки Павла мне не понравились — он снова увиливал от ответа.

Решил все-таки зайти — не на лестнице же разговаривать.

— Алкос меня нашел, когда я тут почти помирал. А он очень интересовался твоей персоной и заплатил за ответы пару сотен упсов. Потом еще раз заглянул. Тогда уж я не растерялся и срубил с него еще две штуки. И тогда он сдал меня людоловам.

— А ты решил его отблагодарить за это и познакомить со мной?

— Нет, хотелось наказать его самым действенным способом — раскрутить на деньги. Раз ты ему зачем-то нужен — пусть платит. Тем более, он собирался с тобой просто поговорить.

— А мне почему об этом не сказал?

— Да как-то не подумал, — он почти натурально изобразил смущение.

— И сколько же он заплатил?

— Я вытянул из него десять тысяч! — гордо сообщил Павел.

Наверняка соврал — опасался, что начну претендовать на часть суммы. Теперь буду знать, сколько здесь стоят тридцать сребреников.

— Как думаешь, за обычное знакомство такие деньги платят?

— Может, ему понадобились твои связи с ЧКР? — пожал плечами приятель.

— То есть ты за деньги спокойно выводишь на меня человека, который тебя самого продал в рабство и считаешь это нормальным?

— Я ему почти отомстил! Если бы не бутылка со снотворным, мы бы его еще тысяч на десять раскрутили. Да он и сам облажался: нанял людоловов, а те его кинули.

— А ничего, что в этом «кидалове» я едва не погиб?

— Не свисти — людоловы никого не убивают.

— Они вообще святые люди! — поражало, как просто Пашка оправдывал собственную подлость. — Говоришь, мы бы его раскрутили? А почему тогда о твоем Алкосе я узнаю только сейчас?

— Дим, это допрос? — приятель привычно встал в позу обиженного.

— Нет. Просто из чисто спортивного интереса решил напоследок проверить, есть у меня друг Пашка или нет? Понял, что нет. И, видимо, вообще никогда не было. Рад, что выяснил это быстро. Прощай.

На душе стало гадко. Я поднялся и направился к выходу.

— Дим, да куда ты собрался? Погоди, вдруг Кент отзовется на мое сообщение в форуме…

— Которого ты не посылал? Спасибо, я по горло сыт твоим участием в моей судьбе.

— Ну и фиг с тобой! Подумаешь, обиделся! Небось самому повезло допрыгнуть до девятки не безгрешным способом, а мне, значит, не сметь?

— Я друзьями не торговал.

— Да кому ты нужен⁈

— В отличие от тебя, не только себе самому. И могу предположить, кто сегодня же заинтересуется твоей персоной. Алкосу стоит лишь сообщить людоловам, сколько денег он перевел информатору, и за восемнадцать тысяч они тебя из-под земли достанут.

Был слишком зол на него, чтобы напоследок не пнуть как следует. Увидел его резко побледневшее лицо — вот пусть теперь и живет в страхе.

— Поговорили? — спросил Кент, поджидавший на скамейке возле подъезда.

— Можно и так сказать.

— Гнилой он какой-то, твой приятель, морского ежа ему подмышку.

— Бывший приятель, — уточнил я. — А где Ларика?

— Я ее в магазин отправил, пока она меня не прожгла взглядом, разрази ее штиль, — наставник кивнул в сторону витрины, где была выставлена верхняя одежда.

— Что так? — увидев, что рядом находится кафе с вкусным названием «Румяный пирожок», прямиком направился туда. Желудок напомнил, что мы так и не поужинали сегодня. — Пойдем, перекусим?

Кент возражать не стал, двинувшись следом:

— Ларика сказала, что в Электрическую долину ты пойдешь лишь через ее труп.

— А если не пойду, то сам стану трупом, — ответил, будучи твердо уверенным, что долги перед системами — хоть основной, хоть резервной — нужно возвращать в срок под страхом смерти.

— Даже так, зарази меня русалка? Во что ты опять вляпался?

— Как всегда, во что-то опасное и непонятное, — объясняться сейчас не хотелось, поэтому спросил сам: — Алкос убрался?

— Он очень настойчиво хотел продолжить разговор с тобой, но я его адресно послал в Марианскую впадину.

— Это правильно. Викт действительно не отстанет?

— Действительно, — подтвердил мои опасения наставник. — Однако без посторонней помощи он нас не найдет, шторм ему в кишку.

— И кто сумеет ему помочь?

— Тот же Алкос. Он аналитик, способен «вычислить» практически любого в системе, поэтому нам нельзя оставаться на одном месте.

— Плохо, что Алкос тебя видел. Для десятника ты пока еще мертв.

— Не убивать же его из-за этого⁈ Пару рынд ему вместо… — боцман оборвал себя на полуслове, поскольку заметил вышедшую Ларику.

Та крепко схватила меня за руку и решительно заявила:

— Тебе придется меня пристрелить, если не откажешься от похода в Электрическую долину.

— Зачем? — у меня совершенно не было моральных сил ее уговаривать, день и без того выдался нелегким.

— Чтобы я не мучилась, — ответила девушка, глядя на меня сосредоточенным взглядом.

— Хорошо, я не пойду в Электрическую долину, — обреченно кивнул я.

— Ура! Дай обниму, — она крепко прижалась, правда ненадолго, видимо, помнила о своем обещании. — Вот это правильное решение!

— Погоди радоваться, ты меня не дослушала. Если я не пойду в Электрическую долину, тогда тебе придется пристрелить меня. Причем, с той же целью — избежать мучений.

— Это как? — улыбка мгновенно исчезла с лица.

— Ты о долгах перед системой что-нибудь слышала?

— Да, их лучше не иметь.

— Не мой случай.

Легкая задумчивость, и тут же новый вопрос:

— Когда выступаем на молнии смотреть?

Чуть не вырвалось, что пойду туда один, но стоило представить ее реакцию, как ответил совершенно иное:

— Вот за столиком мы это сейчас и обсудим, — кивнул в сторону «Румяного пирожка».

Мы втроем вошли в полутемный зал. Обстановка мне понравилась: тихая музыка, свечи на столах, примерно две трети столиков заняты довольно приличной публикой. Здесь было гораздо приятнее, чем в том кабаке, где можно встретить посредника людоловов.

— Господа желают места в общем зале или накрыть столик в отдельном кабинете? — метрдотель подошел, стоило нам пройти мимо двух дюжих охранников на входе.

— Давай в отдельный, — не задумываясь, ответил наставник.

Нас провели на второй этаж.

— Располагайтесь, господа, — встретивший отворил дверцу в небольшую комнатку, где могли бы вольготно разместиться и шесть посетителей, — будете готовы сделать заказ, нажмите на кнопку, — он указал на зеленую «шайбу», торчавшую из столешницы.

— Хорошо, — мы присели за стол.

— Ладно, мальчики, можете немного посекретничать без меня, а я пока в дамскую комнату загляну. Надо руки помыть с дороги.

Она вышла.

— А теперь не расскажешь вкратце об Электрической долине? — спросил