Рубежье 2 - Николай Викторович Степанов

цену. Всегда ведь можно договориться.

— Полсотни штук, — моментально выдал он.

— На кого перевести?

— На Ревеня, — оторопело произнес людолов, не ожидая столь быстрого согласия.

— Принимай упсы, — бодро отрапортовал я.

— Ты опять комедию ломаешь⁈ — через несколько секунд бесполезного ожидания вспылил он.

— Я⁈ Какая, к черту, комедия, когда до трагедии один шаг! Последние деньги тебе отправил, можно сказать, без штанов остался… Так и скажи, что не хочешь делиться со своими…

— Ты меня достал! — гад снова включил горелку, направив в мою сторону. Пламя задело плечо, пропалив рубаху.

Не знаю, как мне удалось удержаться от крика. Скорее всего, из-за шока, который вогнал меня в ступор.

— Ревень, прекрати! — раздался сзади чей-то властный голос.

— Да я только начал. Сейчас мы все из него вытянем.

— Уберите от меня этого маньяка! — попытался я докричаться до остальных грабителей. — Мало того, что деньги с меня стряс, так еще и изгаляется, садист припадочный!

— Ревень, это правда? — людолов, которого я раньше не встречал, похоже был здесь за главного. Он с прищуром посмотрел на «сварщика».

— Врет, гнида, а вы и уши развесили!

— Может ты еще и мои наличные не прятал за пазуху? У меня с собой было три с половиной штуки, а на столе он оставил жалкие крохи.

Ревень не сдержался и врезал мне по носу, аж в глазах потемнело.

— Стоять! — крикнул главарь.

После удара нос одновременно болел и чесался. Не удержался, чихнул, да так, что кровь пошла носом. И сразу узнал, чем несет от «сварщика» — крепким виски и сыром рокфор. А также мне запоздало сообщили о составе того вина, которое содержало сильнейшее снотворное.

Издалека полюбовался, как соучастники схватили и обыскали Ревеня, нашли у него мои деньги. Живодер пытался сопротивляться, но его под белы ручки увели прочь из подвала. Меня пока оставили. Полагаю, ненадолго.

«Ополченец Дмилыч сумел стравить противников между собой. Преференции начисляются в копилку разума. Ополченец Дмилыч сумел вытерпеть воздействие открытого огня без крика, преференции начисляются в копилку огнестойкости», — оказывается, автономка обо мне все-таки помнит.

Никогда не думал, что от системы можно что-то получить за терпение. Да и копилка эта… Мне сейчас важнее чем-то веревки перегрызть.

Умение «Дегустатор» снова принялось перечислять, какие запахи преобладают в помещении. Тут и старое машинное масло, и горелая резина, и помет мелких грызунов…

«Выходит, чихнув от дыма при побеге из съемной квартиры, я тогда отключил умение, а повторное чихание ее снова задействовало? Да, мог бы и догадаться, если бы мозги напряг. То же, мне умник!» — обругал себя, однако на крепости веревок констатация очевидных фактов ничуть не сказалась.

Шорох в углу комнаты заставил напрячься.

«Может, крысы пожаловали? Из тех, кому веревку перегрызть — раз плюнуть?»

— Мичел, это я, — донесся шепот Гоши.

Ну, точно — ребятишки Щукинска за мной присматривали. И как же я был этому рад сейчас!

— Здорово, давай ко мне быстрее!

— Ты ранен? — он увидел кровь на лице и рубахе.

— Мелочи, — не объяснять же ему, что кто-то просто неудачно чихнул.

Попросил паренька взять со стола нож и перерезать веревки. Затем собрал свои пожитки, нацепил рюкзак, вооружился. Лишь после этого, почувствовав себя увереннее, спросил:

— Ты как сюда попал?

— Там лаз имеется, но ты точно не пролезешь.

— Главное, чтобы сам смог выбраться обратно.

— Не, без тебя не пойду. Мы за городом. Сюда даже полиция не заглядывает.

— Почему?

— Это заброшенная часть Щукинска, ее без учета элдешников ставили, а потому нередко появляются пришельцы, да и хищники заглядывают. Пока за похитителями следил, одного видел издали.

Как-то этот парнишка сразу стал мне очень дорог. Надо же, один не побоялся переться за город, да еще за вооруженными людоловами. Вспомнил об идее, пришедшей в голову во время разговора с консультантом ювелирки.

— Слушай, есть важное задание. Надо еще одну шифровку переслать.

— Какую?

— У тебя безнал на счету есть?

— Почти три сотни, — гордо сообщил паренек.

— Отлично. Нужно сделать четыре перевода Кенту. В первом — тридцать два упса, во втором — пятнадцать, в третьем — четыре и в последнем — один. Наверняка после этого он откроет тебе линию связи, и ты сообщишь, что ставший матросом юнга находится там-то и там-то, и он не откажется от любой помощи.

Понимая, что наставник мог быть где угодно, я надеялся, что у него найдутся хорошие знакомые в Щукинске, которые согласятся оказать ему услугу, пусть и за деньги.

Раздались шаги моих тюремщиков. Быстро окинул взглядом местность.

— Бегом за тот верстак, и носа оттуда не высовывай. Задачу понял?

— Ага, — мальчишка хоть и выглядел испуганным, но делал все четко и быстро, даже успел сообщить, что Кент вышел на связь.

«Вот теперь можно и повоевать!» — я занял позицию за массивным ржавым сейфом.

— Куда он подевался? — донесся голос одного из людоловов.

— Вы опять его упустили? — второй принадлежал Ревеню.

— Рассредоточиться! — скомандовал главарь своим, а потом обратился ко мне. — А знаешь, Мичел (или как там тебя?), не слишком ли много с тобой хлопот?

— Не я первый начал, господа.

Похоже, мой ответ был ошибкой. Стоило сидеть тихо и ждать, когда кто-то из них подставится под выстрел, а я сам бездарно указал бандитам свое местонахождение, и вожак бросил в мою сторону что-то блестящее.

«Граната? А там Гошка! Да они совсем сдурели!» — молнией пронеслись мысли, а палец уже нажимал на спусковой крючок глока.

Брошенный предмет так и не долетел до сейфа, на полпути встретившись с пулей и разорвавшись в воздухе. Это оказалась не граната. Бутылка с горючей жидкостью воспламенилась, ярким светом наполнив все уголки подвального помещения. Несколько капель на меня все-таки попало, но разброс был таков, что под горючку в основном угодили двое из людоловов. Они, в отличие от меня, орали так, что уши закладывало. Вожак бросил оружие, скинул куртку и принялся сбивать пламя с подельников, но Ревень не спешил показываться. Я, быстро загасив свою одежду, также затаился.

«Везет мне сегодня на ожоги!» — подумал, высунувшись из-за укрытия, и тут же сместился в сторону.

«Сварщик» выстрелил трижды. И ведь в голову целил, гад — совсем с мозгами не дружит.

— Ревень, хватит пулять, он нас переиграл, — подал голос главарь, который сумел потушить пламя. Сейчас он находился на незащищенном месте, не собираясь продолжать бой.

— Заткнись, Ворон! Мне плевать на правила! Отсюда выйдет только один — либо я, либо он. Будешь мешать, и тебя пристрелю.

Дело принимало нешуточный оборот. Мужик явно вспомнил свои лихие девяностые, о которых мне было известно только из фильмов. Не знаю, как с возрождениями у него, но у меня-то — даже не ноль, а можно сказать, минус один. Придется играть по чужим правилам.

Ревень спрятался за станиной, которая была выше и шире старого сейфа. Позиция удобная. Как бы выкурить его оттуда, пока Ворон не передумал и не присоединился к подельнику? Вон и погорельцы начали очухиваться понемногу.

— Ворон, уводи своих людей, пока этот маньяк не начал по ним палить.

Тот был дернулся, но был остановлен окриком:

— Стоять! Никто без моего разрешения отсюда не выйдет.

Только сейчас сообразил, что нахожусь в режиме ускорения. Ну да, иначе как бы я подстрелил летящую бутылку? Надо бы срочно воспользоваться этим режимом, пока не попал на откат.

Будь