Ключ от бездны - Дмитрий Корсак

не я» или «меня подставили» – Татьяна была готова к обоим вариантам, – но женщина молчала. Страха в ее глазах тоже почему-то не было.

Безопасник со всего маха грохнул по столу ладонью:

– Гадишь, где тебя кормят?

– Так все-таки нельзя, – вмешалась Татьяна и повернулась к женщине. – Объясните, пожалуйста, откуда взялась ваша подпись на накладной. Может, это вовсе не ваша рука?

– Моя, – едва слышно, но довольно твердо ответила та и вновь замолчала.

– Вот ведь тварь! – вновь выругался силовик.

– Да дайте человеку с мыслями собраться! – Татьяна окончательно вошла в роль полицейского-добряка. Она пододвинула стул и, изобразив сочувствие, уселась напротив «преступницы». – Что случилось? Подмахнули не глядя? Или вам угрожали?

– Нет, я знала, что делаю.

– Сколько тебе заплатили? – вновь рявкнул безопасник.

Женщина поджала губы.

– Мне никто не платил, я поступила правильно, ради всеобщего блага.

«Ясно, – подумала Сомова, – задурили тетке голову. Но кто? Какая-то секта?»

А «преступницу» вдруг прорвало:

– Я должна была это сделать, должна была помочь приближению новой эры. Бог больше не слышит наши молитвы, он разочаровался в нас, своем творении, а может, утратил свою силу. Тут ведь как – чем меньше людей верит в Бога, тем он слабее. Как бы там ни было, он больше не хочет заботиться о нас, сейчас мы как брошенные дети. Только человек не может без покровительства свыше, и я все сделаю для того, чтобы приблизить его… ее приход.

«Точно, секта. Или кто-то, кто прикидывается сектой. Но это не сталкеры – им-то такое зачем? “Периметр”? В это поверить еще труднее, – размышляла Сомова. – Подобная психоинженерия, скорее, характерна для тех, кто делает деньги. Вот если на минуту предположить, что за похищением стоит какая-то бизнес-структура из не сильно разборчивых… Да, именно так она бы и действовала. Один нюанс – бизнес никогда не интересовался Зоной, Меркулов – исключение, на него и смотрят как на чудака, одержимого. Бизнесу интересно только то, что можно поставить на поток, а артефакты невозможно изготовить в промышленных масштабах – пробовали, и не раз, и всегда безуспешно».

Татьяна заглянула женщине в глаза.

– Кто просил вас подделать документы? Вам что-то пообещали? Что-то очень важное для вас? Послушайте, нам кажется, что кто-то хочет навредить не только «Меркурию», но и многим людям. Если мы ошибаемся и произошло недоразумение, мы первые поможем, но и вы помогите нам убедиться в этом.

Сомова видела колебание в глазах женщины и подкинула дровишек в костер сомнений:

– Я не верю, что это сделали люди, которые хотят вам добра. Нам кажется, кто-то задумал недоброе. Ведь для доброго дела не нужно лгать. Помогите нам разобраться, пожалуйста.

Женщина впервые открыто посмотрела на Татьяну:

– Мне сказали, что она может оживить моего сына, – «она» было выделено голосом. – Если бы вы кого-то потеряли, вы бы меня поняли.

«Если бы ты хоть что-то обо мне знала, подождала бы делать выводы», – горько усмехнулась про себя Татьяна.

– Многие обещали вечную жизнь, только обещание не сдержали. То, что я сделала, поможет приблизить приход той, что оживит мертвых и вернет моего сына. Сейчас у нее еще мало сил, она спит, ее нужно пробудить.

Татьяна вопросительно посмотрела на начальника службы безопасности комплекса.

– Сын у нее сталкерил, не вернулся из Зоны года три назад, – тихо проговорил он.

– Он не погиб! – тут же встрепенулась женщина. – Он жив! Будет жив, – поправилась она.

В ее голосе чувствовалась неподдельная вера. Но что за сволочь вселила в нее эту уверенность?!

– Кто вам обещал оживить сына?

– Я… – Она попыталась что-то сказать, но горло перехватил спазм. – Я не могу…

– Но раз вы так доверяете этому человеку, значит, вы его хорошо знаете, – настаивала Татьяна. – Мы просто хотим поговорить с ним.

Женщина наморщила лоб и приложила ладони к вискам.

– Нет… Не могу вспомнить.

Сомова беспомощно оглянулась на силовика. Разве такое может быть?

– Не забывай, ты имеешь дело с Зоной, – усмехнулся тот. – Тут наверняка не обошлось без помощи артефактов. Ну, так и мы не лыком шиты, в эту игру можно играть и вдвоем.

Он позвонил кому-то из подчиненных и попросил принести «маятник» – Татьяна никогда не слышала такое название. Минут через десять в дверь постучали, и агент вручил начальнику металлический контейнер. Внутри – Татьяна изнывала от любопытства, пока он отворачивал крышку, – лежал небольшой диск, исчерченный концентрическими окружностями. Силовик вложил артефакт женщине в ладони. Та замерла, взгляд ее остекленел, казалось, она впала в ступор и начала едва заметно раскачиваться из стороны в сторону, а через несколько минут, подгоняемая наводящими вопросами безопасника, неожиданно разговорилась. Да, тетке действительно задурили голову, пообещав «оживить» погибшего сына.

Вскоре Татьяна имела не только описание внешности человека, с которым общалась женщина, но и его координаты. Впрочем, как и следовало ожидать, и имя, и номер телефона оказались липовыми.

Зато порадовали спецы из отдела информационных технологий – они сумели выйти на след хакера.

– Отлично! Едем. – Впервые за день Татьяна улыбнулась.

Вопреки расхожему мнению, что хакер способен творить чудеса хоть из-за океана, на деле выходило иначе. Наилучший результат давало совместное применение технических средств и методов социальной инженерии, а некоторые виды таких атак требовали присутствия на месте. Поэтому ничего удивительного в том, что хакер нашелся тут же, в Иркутске, не было. Каким именно способом ему удалось влезть во внутреннюю сеть «Меркурия», Татьяна вникать не стала, главное – было известно, где он сейчас находится физически.

Когда Сомова ворвалась в квартиру, группа захвата уже отработала – чисто, тихо, аккуратно, – соседи ничего не заподозрили. Сам хакер лежал на полу лицом вниз с мешком на голове и связанными за спиной руками. Рядом с ним топтались двое силовиков в масках и бронежилетах.

– Мешок-то зачем надели? Кино насмотрелись? – проворчала Сомова. – Посадите его куда-нибудь.

Парня рывком подняли и швырнули на стул. Он сидел, время от времени бросая на сотрудников службы безопасности мрачные взгляды. Сейчас стало понятно, насколько он молод – лет восемнадцать, не больше. На узких плечах болталась свободная не по размеру футболка с каким-то безумным рисунком на спине, очки с сильными диоптриями на лопоухом щекастом лице делали его похожим на персонажа «Ералаша». Только вменялась ему уже не подростковая шалость а-ля «Ералаш», а нечто более существенное.

Татьяна нарочито громко проволокла стул по полу, поставила спинкой вперед и уселась напротив мальчишки.

– Кража оружия и ценных предметов, участие в организованной преступной группировке, причинение ущерба юридическому лицу в крупном размере путем неправомерного доступа к компьютерной информации – все вместе лет на восемь потянет. Ничего не хочешь сказать?

Хакер