Ключ от бездны - Дмитрий Корсак

Ясно – идейный.

– Нет у меня времени на душевные разговоры и убеждения.

Вновь грохнув стулом, Сомова поднялась, подошла к столу, на котором стояли ноутбук и пара мониторов, и резко столкнула один из экранов вниз. Не долетев до пола, монитор повис на проводах, утягивая все остальные гаджеты за собой.

– Ну?

Парень молчал.

Монитор с грохотом рухнул на пол, по экрану побежала паутина трещин. Сверху упала клавиатура, рассыпавшиеся клавиши застучали по паркету.

В глазах компьютерщика промелькнул испуг.

– Не нужно…

– Кто тебя нанял?

– Я их не знаю.

Татьяна взяла в руки ноутбук.

– Не нужно! Это папин подарок. Я правда не знаю, мы общались на форуме, – быстро заговорил очкарик, опасливо косясь на ноутбук.

– Что за форум?

– Там сидят те, у кого близкие погибли или пропали в Зоне. Он написал мне в «личку», им нужно было…

– Им?..

– Я не знаю, сколько их, но, думаю, не один человек. Он писал, что скоро их станет очень много, у них появятся последователи, но первые будут избранными, это как ученики Христа, апостолы.

– Надо же, ты и в христианстве разбираешься? – усмехнулась Татьяна.

– Это они так сказали. Когда она проснется, люди станут ей поклоняться, в мире появится новая религия. Старые забудутся, потому что начнутся реальные чудеса, которые увидит каждый…

«Ничего себе задурили мальчишке голову! – подумала Сомова. – Ну ладно тетка, потерявшая сына, свихнулась от горя, но молодой парень? Или для нового поколения уже нет разницы между реальной жизнью и компьютерными игрушками?»

– Про религию очень интересно, но чем они зацепили именно тебя? – оборвала хакера Татьяна. – Ты же умный парень, образованный, в технике отлично шаришь, на что ты повелся? Какой-нибудь навороченный гаджет пообещали за помощь? И что ты делал на том форуме?

– Да какой гаджет… Они сказали, что отец вернется. Он в августе в Зоне пропал, когда там чертовщина началась…

«Вот сволочи, – выругалась про себя Сомова. – Ударили по самому больному. Но как парень-то поверил? Ведь явно не дурак. Или так сильно по отцу скучает, что готов поверить в любые сказки? Хотя про Зону всякие небылицы рассказывают, не хочешь верить, а поверишь… И опять эти мутные разговоры про оживление мертвых…»

Внезапно промелькнула совсем странная мысль: а если бы ей вдруг сказали такое год назад, она бы поверила? Наверное, нет. Влад погиб на ее глазах, при задержании банды отморозков – два выстрела в упор, одна пуля застряла в бронежилете, но вторая угодила в шейную артерию. Он истек кровью у нее на руках. Она после этого уволилась из следственного отдела – не могла смотреть на его бывший стол, на коллег, которые не сумели прикрыть, постоянно ловить сочувствующие взгляды. И не смогла простить себя. Она до сих пор видела во сне свои окровавленные руки и попытки зажать изодранную в клочья артерию. Но Влад погиб в обычном городе, и стреляли в него самые обычные бандиты. А если бы это произошло в Зоне, где бродят мутанты, где попадаются ловушки и артефакты, где вообще все поставлено с ног на голову? Если бы ей сказали: «Сделай то-то и то-то, это незаконно, это плохо, это неправильно, но зато потом Влад будет жив»? Поверила бы она?

3

– Готовь полкосаря, – просипел мобильный голосом Живчика.

– Говори. – В голосе Ника прорезалась заинтересованность.

– «Отмычка» утром приходил с артефактами на продажу, у него конструкт. Я пока мальчонку у себя на втором этаже разместил, сказал, что заплатить смогу только вечером. Так что поторопись.

– Что за пацан?

– Слепыш. В Булганске недавно, в Зону все просился, но кому нужен неумелый балбес, еще и в очках? Разве только «отмычкой». Но не каждый сталкер такой грех на душу повесит, мальчишка же совсем.

«А Живчик-то, оказывается, с принципами», – подумал наемник. Слышать подобное от прожженного барыги, на котором клейма некуда ставить, было непривычно, но лезть в чужую душу себе дороже. Он всего лишь должен доставить конструкт с «хозяином» в лабораторию. Кстати…

– Конструкт точно живой? – поинтересовался Ник.

– Вроде да. Пьянчужка тут у меня в баре отирается, говорит, что вещица точно такая, что была у пропавшего Буддиста. Правда, трогать руками он ее не стал, побоялся.

– Ладно. Сейчас подъедем.

Однако, когда Ник с двумя наемниками появился на пороге заведения Живчика, барыга развел руками:

– Сбежал.

– Да чтоб тебя!

Живчик показал зажатый в руке клочок бумаги. Вину с себя он не снимал, даже подсуетился:

– Зато у меня есть его адрес.

– Давай сюда.

– Вперед деньги.

Ник презрительно бросил на стойку бара купюру в сто евро.

– Мы же на пятьсот договаривались, – просипел Живчик, но записку все-таки отдал.

– Больше не заслужил, – отрезал Ник. – Надо было за парнем смотреть.

Он кивнул наемникам и почти бегом направился к выходу. Сел в машину и развернул записку: «Восточная, 14, квартира 5».

Булганск Ник знал не сказать чтобы отлично, но где находится улица Восточная, представление имел – в заброшенном районе, который восемнадцать лет назад принял на себя удар Аномалии. Местных жителей там почти не осталось, дома стояли либо пустыми, либо квартиры занимали такие вот «слепыши» в расчете на везение. Для них Зона – возможность изменить жизнь, найти пещеру Аладдина, да только сказка остается сказкой, везет одному из тысячи, однако и этого хватает, чтобы десятки молодых людей каждый год осаждали Булганск. Кто-то здесь искал сокровище, кто-то – романтику и приключения, а кто-то – себя. Ник смотрел на них снисходительно, давно миновало то время, когда он был таким. Все прошло, остались только рутина, профессионализм и умение выполнять команды вышестоящих лиц – не человек, служебная собака. Впрочем, работа не оставляла времени на рефлексии. Минутная слабость прошла быстро.

– Кажись, здесь, – водитель замедлил ход около неказистого трехэтажного здания некогда теплого сливочного оттенка, ставшего теперь грязно-серым. Часть окон выбита, дверь подъезда держалась на честном слове, на стене чьей-то рукой коряво выведено: «Зона – сука!»

– Оставайся в машине, – буркнул водителю Ник и повернулся к напарнику: – А ты за мной. Быстрее!

Держа травматику наготове, они ворвались в подъезд. Под ногами хрустели бутылочные осколки, шуршали прошлогодние листья, влетевшие в давно разбитые окна. Пахло затхлостью, плесенью и кошачьей мочой.

На верхней площадке мелькнул чей-то силуэт.

– Это он! – крикнул наемник и бросился вверх по лестнице.

Ник, едва успевая за молодым напарником, рявкнул ему в спину:

– Брать только живым! Он безоружен!

Словно в насмешку, сталкер остановился и выхватил из кармана куртки пистолет. Громыхнул выстрел. Бежавший первым наемник схватился за бедро и осел на ступенях.

Парень выглядел так, как его описал Живчик: