Собиратель теней. Буйный сезон - Николай Викторович Степанов

из «шлангов» привычно обнаружился в центре знакомой сферы, никуда не делись и блестящие снежинки вокруг. Голубой и сиреневый обручи овальной формы ласкали взгляд напоминанием о двух удачных сеансах взаимодействия, а свисавший из скомканного нагромождения самый длинный шлаг – о нескольких провалах и сопровождавших их резкой боли.

«Планета и две орбиты спутников… Только вращения не хватает. Опять же, состояние центрального тела явно оставляет желать лучшего. И как добиться улучшения? Почему само оно сопротивляется?»

Сконцентрировался на голубом обруче. Он послушно вспыхнул и засиял ярче, зазвучав на одной чистой ноте… Переключил внимание на сиреневый, и он тоже загорелся, издавая другой звук. Когда попробовал сконцентрироваться на растрёпанном клубке, какофония звуков, вкупе с нарастающей болью, едва не выбросили из медитации. Удержаться помогло переключение на «орбиты», причем сразу на обе. Сумел заставить их сиять и «запеть» простенькую мелодию из двух нот. Что удивительно – боль сразу исчезла.

«А вот это уже интересно!»

В прошлый раз боль постоянно усиливалась, пока меня не выталкивало из медитации, да и потом еще терзала почти час. Неужели из-за сразу двух «включенных» орбит боль про меня забыла?!

Постарался удерживать их яркими, не выпуская из внимания, часть которого сконцентрировал на свисавшем «шланге», заставив засветиться еще и его. Как результат – нахлынула волна пока еще терпимой боли и возникли «настроечные инструменты», которые тоже требовали внимания к себе.

Пришло осознание, что на этот раз я сумел сконцентрироваться сразу на четырех элементах и взаимодействовать с каждым из них по-отдельности. В сознании четко разделялись цвета готовых орбит, мелодия из двух нот, какофония звуков, повороты настроечного колока и изменение цвета еще одного «шланга». И все это – в состоянии медитации и неминуемо нарастающей боли.

Мысленно взмок от напряжения и ощутил дурноту, которая в любой момент могла выкинуть из транса, но тут возникла третья орбита, и зазвучала мелодия из трех нот, моментально отогнав боль.

«Ура!!!» – беззвучно заорал я, буквально вывалившись из медитации.

Взмок я, как выяснилось, вполне реально. А еще явственно ощутил запах гари. Создав небольшого светляка, подошел к зеркалу.

– Крутым баном по сусалам! – воскликнул, увидев черные разводы по всему телу. – Откуда на мне столько грязи? Каким это образом и где я умудрился её собрать?

Чутье подсказывало, что чернота вышла изнутри вместе с потом.

«Это мой организм так освобождается от шлаков? И что это дает?»

Судя по медленно светлевшему за окном небу, приближался рассвет. Еще немного – и будет пора вставать, а я еще даже не ложился. Кроме страшной усталости, не ощущал ничего. Воспользовавшись приготовленной с вечера водой, умылся и рухнул в кровать.

Казалось, в таком состоянии ни одно сновидение не рискнет потревожить сознание, но не тут-то было. Опять возникла знакомая решетка, из-за которой раздались голоса.

– Светлый, слышал новость – тебя собираются переселять, – первой заговорила женщина.

– Скорее бы! Рожи ваши видеть уже не могу, – грубо ответил мужской голос.

– Думаешь, хоть кому-то нравится твоя? – к разговору присоединился бас. – Учти: ежели переезд не удастся, я лично тебя на блики порву.

– А сумеешь?

– Когда попробую, тогда и узнаю, – усмехнулся бас.

– Лучше не рисковать, земеля, – снова зазвучал женский голос. – А возникнут проблемы с отселением – поможем.

– Хороший пинок под зад решает большинство проблем, светлячок, – разъяснил способ своей помощи тот, кого назвали земелей.

– Или создает новые, – не смог смолчать светлый.

– Давайте не будем ссориться…

До меня доносились всего три голоса, словно за решеткой больше никого не было. Напряжение в разговоре стремительно нарастало, дело явно двигалось к драке, но услышать о дальнейшем развитии событий не позволила ослепившая вспышка, заставившая проснуться.

«Пожалуй, надо побыстрее провести передачу тени, – возникла первая мысль после пробуждения. – Не хватало еще внутренних потасовок в собственном магическом источнике».

С этим намерением я и направился к Ургасу, закончив с утренними процедурами.

– Я готов передать тень, учитель, – сообщил сразу после приветствия.

– Завтракал? – спросил наставник, сидевший в кресле с чашкой чая.

– Не успел.

– Это хорошо, Алтон. Я, словно предчувствовал, вчера вечером попросил Алгая не принимать пищу, пока не разрешу. А ты, смотрю, уже успел побывать на полигоне?

«Почему он спросил – я что, выгляжу слишком усталым? Вроде нет, хотя вчерашний вечерок и был нелегким…»

– Нет, – ответил я. – Как проснулся – сразу к вам.

Наставник еще внимательнее присмотрелся ко мне, словно просканировал взглядом.

– Как себя чувствуешь, ученик?

– На удивление неплохо, хотя ночью почти не спал.

В общей сложности я провел в постели чуть больше часа, да и видения напрягали, поэтому ожидал, что с утра буду сонным и вялым. А учитывая, что настройка разноцветного клубка измотала чуть не до потери сознания – вообще должен был с ног валиться.

– В тебе ощущается переизбыток жизненной энергии, Алтон.

Я ожидал чего угодно, но не такого «диагноза».

– Это плохо?

– Зависит от того, чем он вызван, ученик. В магии бывают отравления смертью и отравления жизнью. Твой случай вроде бы не похож ни на один из них, но понаблюдать стоит.

Пришлось подробно описать и свои упражнения, и последовавшие за ними видения. Рассказ о ночных мучениях заставил наставника задуматься. Через минуту он принялся рассуждать вслух:

– Вполне возможно, ты работал с жизненным источником. Я уже говорил, что у волшебников, в магическом источнике которых отсутствует дар, серьезные проблемы с выживанием.

– Помню, учитель.

– Вероятно из-за этого твой источник жизни, если это действительно он, и имеет столь плачевный вид. Хотя я не помню ни одного упоминания о магах, которые могли видеть средоточие собственных жизненных сил, не говоря уже о том, чтобы как-то на него воздействовать.

Ургас выглядел слегка озадаченным. Получалось, что каждый раз я ставил перед ним массу трудных задачек.

– Вы считаете, мне не стоит продолжать изменения?

– Никогда не даю советов о том, чего не знаю. Я высказал лишь предположения, а все может оказаться совершенно иначе. В общем, принимать решение ты должен сам.

– Спасибо, учитель. Так и сделаю.

По правде говоря, отказываться от совершенствования я в любом случае не собирался, но опасался услышать запрет наставника. Его не последовало – значит, можно уверенно идти дальше.

– Когда приступим к передаче тени?

– Зови Алгая, начнем прямо сейчас.

Глава 11

Старые незнакомые

Неожиданный удар молнии не только подчистую спалил все защитные амулеты Пардуха, но и серьезно ранил самого колдуна, вынудив мгновенно активировать кровавый туман, который один лишь смог уберечь мага от гибели. Это мощное заклинание, запакованное в особо стойкий амулет, сразу после активации гасило энергию большинства чар. Беда в том, что для создания спасительного облака требовалось использовать собственную кровь и массу жизненных сил. В итоге Пардуху пришлось спешно открывать портал домой, чтобы безотлагательно начать лечение.

Оказавшись в своей башне, колдун первым делом принял необходимые эликсиры, весьма и весьма дорогостоящие, и буквально рухнул на кровать – лишние движения сейчас были противопоказаны. Он проспал всю ночь и утро, и лишь днем заставил себя подняться, чтобы выпить очередные укрепляющие настойки.

«Идея отомстить профессору оказалась провальной, не стоило сходу пороть горячку. Не зря говорят: месть – это блюдо, которое подают холодным. И что в итоге? Ученика потерял, здоровье подорвал. А такой недуг быстро не вылечишь. Вылазка в столицу как-то с самого начала не задалась. Успел только собрать немного материала из той девчонки, а потом…»

О потере Саржина колдун особо не переживал, рассудив, что тот сам виноват, коли не недооценил противника, которого давно знал.

«Парень был уверен, что профессор – слабак и нам не ровня. Ерунда! Слабак в схватке не смог бы продержаться и пяти минут. Вот и верь после этого молодежи…»

Пардух медленно поднялся с кровати, дохромал до печки, поставил чайник и легким заклинанием зажег огонь. На эти простые действия у него ушло так много сил, что вернуться к постели колдун уже не смог и опустился в кресло-качалку, стоявшую между печью и окном.

«Да, обращаться к магии мне сейчас противопоказано, – тяжело вздохнул больной. – Самое малейшее заклинание отдает болью в голове. Видать, граф зарядил молнию чарами не ниже девятого ранга. Лечением теперь