Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Ей было страшно, и в голове по-прежнему крутилось жуткое «а вдруг», от которого избавиться никак не получалось. Отчасти пытаясь совладать с этим гадким и постылым сомнением, Фрэнни и сделала то, что сделала.

Щеки горели, будто у нее начался жар. Длинная речь далась непросто. Открыть душу… пусть даже другу. Полностью открыть, без остатка. За всю жизнь настолько откровенной она была лишь с двумя людьми – со Стриклендом и сейчас… с Алленом. Впрочем, Стрикленду она рассказывала лишь факты, а не свои чувства. Даже Ричард не знал о ней так много, как знал Аллен. Если бы у нее был старший брат… она бы хотела, чтобы он оказался похож на Делроя. Надежный как скала. Бескорыстный. Умный. Находчивый. Франческа не чувствовала к нему то, что испытывала к Ричарду, но зато с Алленом было удивительно спокойно. И к этому спокойствию стремилась измученная душа.

– Мое предложение в силе. – Делрой сжал озябшую руку Фрэнни в своих ладонях. – Даже теперь. Что бы ни случилось, знайте – я буду рядом.

– Что слышно о миссис Гудман? – спросила Франческа невпопад, трусливо желая как можно быстрее сменить тему: она не знала, что ответить Аллену.

– Миссис Гудман… Да, об этом я тоже хотел поговорить. – Делрой великодушно поддержал ее маневр. – Она просила меня узнать, можно ли завтра нанести вам визит.

– Мне или Ричарду? – тут же насторожилась Фрэнни.

– Она не уточняла. Возможно, что и мистеру Кавендишу.

Должно быть, девушка изменилась в лице, потому что Аллен принялся ее успокаивать:

– Миссис Гудман попала в затруднительное положение. С одной стороны, согласно завещанию, она получает особняк на Пятой авеню и большую часть бизнеса супруга. С другой – родственники покойного этим крайне недовольны. В том числе сын. Сами знаете, за миссис Гудман никто не стоит – ни семья, ни друзья. Ей не к кому обратиться. А бывшая супруга миллионера и его сын – это серьезные противники. У них и деньги есть, и связи, и сторонники. Поэтому я не вижу ничего удивительного в том, что миссис Гудман хочет обратиться за помощью к своему старинному знакомому, которым и является ваш жених. Тем более что мистер Кавендиш еще и барристер, а значит, может оказать самую деятельную помощь.

– Мистер Кавендиш серьезно ранен. И еще недостаточно окреп, чтобы оказывать деятельную помощь кому бы то ни было! – раздраженно ответила Франческа.

– Так мне передать ей ваш отказ?

Девушка задумалась. Соблазн ответить утвердительно был крайне велик, но смерть мистера Гудмана оказалась очень уж похожей на те случаи, что так интересовали Франческу. Только время для расследований выбрано не самое удачное. С другой стороны, Ричарду лучше. И можно попросить Колина с ним посидеть.

– Пусть приходит. Я приму ее. Но предупреди, что если ей все-таки нужен только Ричард, то он вряд ли сможет с ней поговорить…

Они повернули обратно к дому, где жила Франческа. Аллен проводил девушку до дверей и на прощание взял ее за руку, что было, пожалуй, лишним, но леди Кавендиш простила ему такую вольность.

– У нас с вами намного больше общего, чем вы думаете, – произнес он, глядя ей в глаза. – А прошлое пусть остается в прошлом.

Склонив голову к руке Франчески, Делрой неохотно выпустил ее ладонь и отправился восвояси. Девушка зашла в дом и быстро поднялась по лестнице. Открыв дверь, вздрогнула от неожиданности, обнаружив прямо перед собой бледного как смерть Ричарда.

– Зачем ты встал? – ахнула Фрэнни. – Врач велел тебе лежать в кровати!

– Я проснулся, не нашел тебя, начал волноваться. Куда ты уходила?

– Гуляла.

– Одна?

– Нет.

Дик опять ревновал и почти наверняка видел их с Делроем из окна. Девушка вздохнула и сказала, отдавая Ричарду теплую накидку и снимая перчатки:

– Аллен упомянул, что миссис Гудман хочет нас навестить. Похоже, у нее проблемы.

– Когда она придет? – спросил Дик, вешая одежду.

– Не помню, чтобы я говорила, будто готова ее принять! – тут же вспыхнула Фрэнни. – И вообще у нас своих проблем достаточно!

– Так она не придет? – Во взгляде Ричарда промелькнула усмешка или, может, только показалось?

– Придет. – Леди Кавендиш нервно провела рукой по платью, разглаживая его. – Но я сказала, что ты болен и не будешь с ней разговаривать! Пусть все рассказывает мне!

– Я готов сам ее выслушать. В конце концов, это моя близкая знакомая, – невозмутимо сказал Дик.

– Слишком близкая!

Фрэнни покраснела, сообразив, что в запальчивости позволила себе лишнее.

– Готов поменять ее на Делроя. Я буду общаться с ним вместо тебя, а ты за меня – с миссис Гудман, – предложил Ричард, с большим трудом сдерживаясь, чтобы не улыбнуться, хотя получалось у него плохо.

Просто возмутительно! Франческа уже хотела обидеться, но посмотрела на себя со стороны и… не выдержала – рассмеялась.

– Кажется, мы с тобой оба делаем глупости, да? – спросила она сквозь смех.

– Похоже на то, – кивнул Дик и, осторожно ступая, пошел обратно в спальню. – Кстати, я не нашел здесь гостевую комнату. И Колина тоже не обнаружил. Как и твою горничную. Куда все подевалось?

– Колин остался в отеле. Горничную я рассчитала. Надоело терпеть рядом с собой лишние глаза и болтливый язык.

– А гостевая спальня? – еще раз спросил Дик, должно быть, заметив попытку Фрэнни улизнуть от ответа.

– Ее здесь нет.

– Только не говори, что ты ночуешь в комнате для прислуги, – нахмурился Ричард.

– Еще не ночевала, но да, она теперь свободна, так что…

– Еще не ночевала? Я здесь уже третий день. Ты все это время не спала?

– Спала, – смутилась Франческа.

– И где же… – Дик, видимо, вспомнил свое первое пробуждение, когда девушка заснула, сидя на стуле у кровати и положив голову на его руку. – Фрэн… – Он осторожно дотронулся до щеки леди Кавендиш, взглядом говоря все то, что не в силах был сказать словами.

Фрэн… так называл ее только Джеймс. Теперь называет Ричард. Два самых важных для нее человека. Только один из них мертв, а другой не знает всей правды. Франческа хотела принять недавнее предложение Дика, но… не могла так с ним поступить. Нельзя вслепую приносить обет оставаться вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии… А сейчас время для рассказа было явно неподходящее, к тому же Стрикленд, беседуя с леди Кавендиш накануне вечером, взял с нее слово, что она ничего не расскажет до своего возвращения в Альбию. Почему-то это было очень важно. Стрикленд не стал бы просить ее о подобных вещах просто так. Тем более настаивать.

– Тебе нужно лечь.

Девушка дотронулась до плеча