Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

был взбешен! Мало того что сегодня им читал лекции какой-то оборванец, пусть он трижды магистр каких угодно наук, так еще этот вчерашний фермер посмел выставить его, лорда Сеймурского, на всеобщее посмешище. Язвительные комментарии мистера Делроя, как себя назвал этот нищий стипендиат, сопровождали каждую попытку Джеймса надерзить или помешать занятиям. На каждое едкое замечание графа тут же находилось три ответных со стороны молодого магистра. И жалили они куда чувствительней. Да как вообще смел сын поломойки и какого-нибудь свинопаса так разговаривать с аристократом?!

Разумеется, нашлось много желающих проучить наглеца. Десять юных отпрысков благородных семейств подкараулили Делроя на узкой тропинке в сквере между двумя учебными зданиями, отрезав ему пути к отступлению. Расправа планировалась жестокая. Но карие глаза стипендиата лишь спокойно и насмешливо осмотрели стаю юнцов.

Делрой был старше каждого из них лет на пять. Он выглядел на редкость нелепо в своей потертой одежде, с тонкими слегка неряшливыми усами над верхней губой и слишком темной кожей. Несколько лет учебы в Даргфорде не способны обтесать фермера-деревенщину, и уж конечно не сделают его аристократом. Но почему-то стипендиат совсем не боялся: ни Джеймса, который в свои восемнадцать казался шестнадцатилетним миловидным юнцом, ни утонченного Оливера с его тонкими запястьями и узкими плечами, ни всех остальных аристократов, таких же молодых и изнеженных, но зато весьма самоуверенных и дерзких. И это злило лорда Сеймурского. Он не привык к тому, что на него смотрят с иронией.

– Попробуйте, милорд, рискните! Можете нападать и вместе, я не против, – скривились в презрительной усмешке губы простолюдина. – Не бойтесь, я буду только защищаться. Мне хорошо известно наказание, положенное за нанесение побоев аристократам. Так что вам некого опасаться… кроме себя самих.

Джеймс был молод и мнил себя очень ловким и умелым бойцом, к тому же за его спиной стояли приятели, перед которыми нельзя ударить лицом в грязь. В иных случаях, как знать, возможно, граф и не стал бы влезать в конфликт, но сейчас отступление казалось немыслимым. Однако предложение напасть вдесятером на одного вызвало воспоминания о Ричарде и пятерых старшекурсниках. Нет, граф Сеймурский расправится с этим выскочкой сам. Без помощи приятелей.

Черная трость без замаха направилась в живот наглому простолюдину, но вместо того, чтобы ударить, непостижимым образом уткнулась в землю, вывернув графу руку. Джеймс отскочил в сторону, не обращая внимания на боль в растянутой мышце. Подобрался. Этот парень, Делрой, оказался не так прост.

Томас учил пользоваться своими преимуществами, например невысоким ростом. Сделав вид, будто хочет ударить в плечо, граф в последнюю секунду изменил направление движения и нацелился на ноги противника.

Стипендиат почти успел подпрыгнуть, но Джеймс оказался проворней и смог повалить наглого деревенщину.

Сзади одобрительно зашумели друзья графа.

– Джемми! Давай! Покажи ему, как нужно разговаривать с джентльменами!

– Научи его манерам, Джемми!

Перекатившись по траве, стипендиат ловко вскочил на ноги. Одобрительно улыбнулся. Испуганным он по-прежнему не выглядел.

Удар с двойным финтом. Джеймс понял, что противник серьезный, и решил избегать прямых атак. На сей раз трость ударила Делроя в бок. Синяк точно будет, но вряд ли что-то серьезнее. Стипендиат сделал ответный и какой-то неуверенный выпад, целясь чуть ли не под мышку противнику. Джеймс легко блокировал, потом перешел в контратаку и нанес еще несколько болезненных ударов, но стоило ему сделать замах побольше, чтобы закрепить успех, как Делрой перехватил трость и потянул ее на себя, заставляя графа пройти по кругу.

Лорд Сеймурский попытался отыграть атаку, но в этот момент его схватили за другую руку, дернули вперед, а потом приложили собственной тростью ниже спины.

От боли на глазах выступили слезы. Стало досадно и обидно. Так обидно, что захотелось заплакать… только мужчины не плачут. Томас твердил это каждый день, пока лорд Сеймурский жил в Райли.

Трость теперь была в руках Делроя. Дружки Джеймса притихли.

– Будем продолжать или достаточно? – спросил стипендиат, поигрывая отобранным у противника оружием.

Граф без предупреждения бросился в еще одну атаку. Уклонился от трости, поднырнул под руку Делроя.

Попытался провести подсечку, а потом отобрать свое оружие, но противник, оказавшись слишком ловким, провел встречную подсечку на доли мгновения раньше.

Земля неведомым образом выскользнула у Джеймса из-под ног. Граф кубарем полетел на траву.

– Я все равно до тебя доберусь… Безродным нищим не место в Даргфорде с благородными аристократами, – зло прошипел Джеймс, поднимаясь на ноги.

– Как скажете, милорд, но я повременю топиться из-за вашей немилости. Приходите, когда научитесь держать свое оружие и перестанете путаться в ногах, – издевательски поклонился Делрой и зашвырнул отобранную трость в колючие кусты ежевики.

Как объяснить, что слова, сказанные Джеймсом, не принадлежали Франческе? Эти фразы обязан был произнести высокомерный граф Сеймурский. И он честно играл свою роль, даже когда хотел совсем противоположного.

– Мне следует извиниться, – сказала Фрэнни, потупившись. – Те слова шли не от сердца… их говорила не я.

– А кто же? Ваш призрачный брат? – У Аллена дернулся уголок рта, словно он хотел улыбнуться, но передумал. – Давайте не будем ворошить прошлое, леди Кавендиш. Я не хочу вынуждать вас лгать. И точно так же не хочу, чтобы вы извинялись. Благородной леди не пристало…

– Хватит! – разозлилась Франческа. – Аллен, у меня нет более верного и надежного друга, чем вы. И мне все равно, какого вы рода. Вы стократно уже доказали благородство своей души, и это куда важнее длинной родословной! Я искренне верю в вашу невиновность, что бы вы там себе ни возомнили! И хочу оставаться вашим другом и впредь. Аллен… – Фрэнни сжала кулаки, усилием воли заставляя себя говорить все, что у нее на душе, потому что чувствовала: только выказав полнейшее и безоговорочное доверие, сможет загладить то, что случилось много лет назад. – Я долгое время жила словно в кошмаре. Томас Флетчер и мой дядя превращали меня в монстра. Они лепили из меня высокомерного ублюдка, готового убить за косой взгляд или неловкое слово. И я пряталась за личиной Джеймса. Я почти исчезла, растворившись в ней… Это не оправдание. – Она остановилась и подняла руку, не позволив себя перебить. – Не жду, что вы простите или поверите… Хотя… вы ведь давно меня простили, иначе наверняка попытались бы отомстить, зная мою тайну. Нет, я говорю вам все это в знак доверия. Хочу забыть о том времени. Хочу стереть его навсегда. Но оно постоянно возвращается, оно не отпускает меня. Вот как сейчас. Я была несправедлива к вам. И неважно, почему именно так случилось. Но мне