Охотник на богов. Том 3 - Анна Кондакова

моё тело так и продолжит мутировать в монстра. Так ведь и случилось с Артазаром. Он просто позволил своей мутации взять над собой верх, а потом, похоже, были и «кровь», и «секс», и всё остальное, о чём говорил Луин.

Будто услышав мои мысли, Луин произнёс, правда уже без улыбки:

— Это как у Артазара, Тайдер. На нём тоже была карма, и он совсем запустил свою болезнь, которая окончательно его изменила и изуродовала. Но с тобой такого не случится. Я подниму на уши всю республику, но мы избавим тебя от кармы. Второго великого воина Эксагора мы не потеряем!

Я безотрывно смотрел на тёмную полосу на ноге, а сам думал о Годфреде.

«Да-да, я тут, — объявился он. — Мне это тоже не нравится. Гадкое зрелище, но что делать. Нам нужно ускорять покорение ярусов мастерства. В бою ты умудрился получить два уровня. Теперь ты можешь считать себя коллекционером второго яруса мастерства и управлять десятью душами сразу. А значит, нам с тобой осталось ещё пять ярусов, верно я считаю? У меня с математикой худо».

Я ему не ответил, продолжая пялиться на ногу.

А чего я ожидал? Сожрал десяток душ сразу, и перед боем ещё пять, а потом провёл через своё тело такие бешеные потоки силы, что естественно мутация ускорилась. Спасибо, что я уже сейчас не очнулся болотной кикиморой. Эту мерзковатую полосу на ноге можно было прятать под одеждой, но как долго?

Луин склонился к моему уху и тихо сказал:

— Кроме главы Йешу, я сообщил о твоём недуге своему коллеге, Баучу Беласко. Он хорош, хоть и мастерство у него невысоко, да и студент недавний. Зато он молод и пытлив. Он будет ассистировать мне на сеансах.

— Сеансах? — Я уставился на него.

Новости у меня всё хуже и хуже. То амулет пропал, то тело превращается в монстра, то о моей «карме» узнали все, кому не лень…

— Сегодня же вечером проведу первый сеанс, ты не против? — Луин заботливо прикрыл одеялом мою ногу. — Ты всё равно пробудешь тут ещё неделю, не меньше.

Пришлось согласиться.

Всё равно его сеансы экзорцизма никак на меня не влияют, зато пусть хоть все в городе будут знать, что врачеватель меня лечит, и я внезапно не захочу крови, секса и убить.

По крайней мере, пока что.

Но теперь мне ещё больше хотелось узнать секрет тех Хранителей Богов, которые жили в эпоху Одинай. Как они справлялись с мутацией? Как выживали, объединяясь с богами?

Возможно, кто-то из учёных Ордена Тайн об этом даже знал, но ходить и напрямую спрашивать было опасно. Предстояло выяснить самому.

* * *

Как только врачеватель вышел, в очередной раз попросив меня не волноваться, в комнату наконец допустили родных.

Первым влетел Кристобаль, за ним показалась Брана.

Брат бросился меня обнимать, он жал мне руки, хлопал по плечу, бормотал, что я самый крутой маг на свете, что я всех спас, что меня наградят, что он гордится мной.

Ну а Брана всё это время стояла у кровати, смотрела на меня и плакала, тихо, почти бесшумно. Слёзы текли из её глаз почти беспрестанно, капали с подбородка, оставляя блестящие дорожки. От волнения шрам от ожога на её лице стал виден ещё больше, покраснел.

Когда Кристобаль наконец успокоился, сестра уселась на край кровати и молча меня обняла.

— Всё хорошо, — прошептал я, крепко обнимая её в ответ.

Она подняла на меня заплаканные глаза, потом посмотрела на Криса и смогла произнести сначала только одно:

— Когда-нибудь вы оба доведёте меня до…

— Всё же в порядке, — перебил её Крис. — Ты чего?

— Ага, в порядке. То один атаковал целый отряд горбатых грувимов, то второй полез на Опору Бога… — Брана разозлилась, поэтому перестала плакать. — Когда я увидела, как Тайдер карабкается Опоре Бога прямо на голову, а потом убивает его, то чуть не умерла от ужаса!

Я переглянулся с Крисом.

— А ничего, что ты сама встала у Опоры Бога на пути и изображала героиню?

— Ты не понимаешь, это другое! Я старшая, мне можно! А вы маленькие! Даже коллекционер Афуа погиб и вся его команда, а они были сильные маги! Столько народу полегло, а два моих братца будто специально лезли под удар!

Кристобаль вздохнул, качая головой.

Не знаю, сколько бы Брана нас отчитывала, если бы не ещё один посетитель.

В комнату вошла Афена, бледная и какая-то исхудавшая, с тёмными кругами под глазами. Она встала у порога, глядя на меня, будто никак не решаясь сделать шаг ближе. На девушке была видавшая виды форма Ордена Тайн, и на фоне серой ткани лицо Афены казалось ещё более осунувшимся.

— Смотри, кто тут… — Кристобаль ткнул Брану локтем.

Через минуту они ретировались, оставив меня с Афеной наедине, ещё и переглядываясь многозначительно.

Девушка наконец сделала несколько шагов к моей кровати и замерла на середине. Она будто смущалась и боялась меня одновременно. Наверное, проведя со мной целый день в виде ящерки, она насмотрелась всякого, и теперь я стал для неё чудовищем.

— Привет, Тайдер. Как ты себя чувствуешь? — после небольшой паузы спросила Афена.

— Ничего, жить буду, — ответил я как можно беспечнее, чтобы убрать между нами неловкость, но она лишь росла.

Афена подошла ещё ближе. Вроде бы она смущалась, но в то же время смотрела прямо на меня, не отводя взгляда, будто не могла насмотреться.

— Мы всё-таки успели хоть что-то сделать, правда? И это благодаря тебе. Ты такой смелый, я даже не ожидала, что настолько… — Она чуть порозовела, но болезненная бледность всё же оставалась на её лице.

— На меня порой находит, — улыбнулся я в очередной попытке убрать неловкость. — Сестра говорит, что это приступ идиотии. Семейный недуг, он не лечится.

Афена постояла ещё несколько секунд, а потом внезапно кинулась в мою сторону, забралась на кровать и крепко обняла меня, навалившись всем телом. От девушки пахло так приятно, что я невольно втянул носом воздух.

«У-у, чува-а-ак, всё плохо, — очень не вовремя объявился Годфред. — Кажется, я чувствую, что ты опять её хочешь. Только на этот раз уже не богиню».

«Отвали, Годф», — бросил я, прижимая девушку к себе.

И да, почувствовал влечение, хотя несколько секунд назад даже не думал об этом.

Она не плакала, но обнимала меня всё крепче и отчаяннее.

— Тайдер… как же я испугалась за тебя… думала, ты умер… ты не дышал, был холодный, как лёд… и я… я поверила, что ты умер… И знаешь, что я тогда решила? Убить Тхаги. Ведь если я убью себя, то и она погибнет…

— Эй, ты с ума сошла? — Я перестал её обнимать и заглянул в глаза. — Даже мысли такой не допускай. Разберёмся мы с Тхаги. Она по большому счёту меня с того света вытащила.

— Что? — уставилась на меня Афена.

— Ну да. Я правда умер. А Тхаги меня вытащила.

«И Годфред подсобил, — вставил Годфред. — Но он скромный. Никто не видит его заслуг».

Афена тяжело выдохнула, окатив моё лицо горячим дыханием.

— О, Тай… неужели я могла тебя потерять?..

Я на миг растерялся: таких вопросов мне ещё не задавали.

Она, кажется, тоже смутилась, поэтому сразу добавила:

— Я не сплю уже третьи сутки. Не хочу, чтобы Тхаги снова захватила моё тело… не обращай внимания, я могу порой говорить всякое…

Так вот почему она такая бледная, измученная, осунувшаяся. Она просто не спала после боя, даже глаз не смыкала, бедняга.

— Можешь не бояться, — тихо сказал я, снова её обнимая. — Тхаги поклялась, что больше такого не будет. Она просит у тебя прощения за свою выходку и признаёт свою ошибку.

— Но как ей теперь верить?

— У нас особо нет выбора. Зато теперь есть Бог Ночи.

Афена снова посмотрела мне в глаза.

— Но амулет… он пропал.

— Да и хрен с ним, — вздохнул я. — Чего теперь. Может, его хозяйка сможет отыскать амулет своими методами? Меня волнует другое. Кто его забрал?

— Да кто ж в таком хаосе мог бы это заметить? — Афена положила голову мне на грудь, продолжая обнимать, и неожиданно призналась: — Ты знаешь, Тайдер, даже когда я была ящерицей, такой маленькой, такой хрупкой, я всё равно ощущала себя в полной безопасности, когда была с тобой… наверное, впервые в жизни я такое почувствовала… я видела тебя спящим или наоборот, сосредоточенным и сражающимся, я будто сама махала боевой косой и убивала этих тварей… это так странно… быть так близко, ощущать аромат твоей кожи…

Слушая её откровения,