Охотник на богов. Том 3 - Анна Кондакова

Потом был удар в грудь, будто мою душу вбили между рёбрами гигантским молотом, а потом я почувствовал, как в носу свербит от мерзкого запаха мокрой шерсти…

Очнулся я, лёжа на животе, лицом вниз — точно так же, как упал после боя с Богом Ночи. Моя рука медленно двинулась вбок, нащупывая хоть что-то, пальцы ощутили жёсткую шерсть летучей мыши, а потом… чью-то тёплую влажную руку.

— Тайдер… Тай… пожалуйста… — прошептали рядом через всхлипы. Дрожащие пальцы стиснули мою ладонь. — Тайдер, ты слышишь? Это Афена…

Да, она действительно была рядом и рыдала над моим якобы мёртвым телом. Но когда она поняла, что я шевельнул рукой, то от шока оцепенела, а потом, будто не веря в происходящее, опять зашептала:

— Тай… Тайдер… неужели…

От отчаянной радости она никак не могла произнести что-то ещё, повторяла лишь моё имя, теперь дрожали не только её пальцы, но и она сама.

«Девчонку сейчас порвёт от счастья, чувак», — усмехнулся Годфред. Он появился так внезапно, что я поморщился.

Наконец Афена нашла в себе силы, чтобы хоть немного успокоиться, она стиснула мою руку крепче и закричала кому-то:

— Он жив! Жи-и-ив! Он не умер! Срочно врачевателя!..

Затем я почувствовал, как меня осторожно переворачивают на спину, и наконец еле открыл глаза.

Передо мной расплывался силуэт Афены. Девушка была грязная, с растрёпанными пыльными волосами, в которых торчали щепки и травинки.

— Луна… — прошептал я, глядя в её синие глаза. — Забери её… чтобы никто не видел.

Афена торопливо расстегнула верхнее крепление на моём бронежилете, рука девушки юркнула мне за пазуху, пошарила… пошарила ещё… потом в другом кармане… и вернулась обратно… ещё пошарила… и ещё…

— Тайдер, — в панике выдохнула Афена, — амулета нет.

На этой прекрасной новости меня вырубило.

* * *

Моё пробуждение было неприятным.

Я просыпался с такой болью, будто восстаю из могилы. По сути, так и было. На самом деле я даже допускал мысль, что моё тело всё-таки погибло, но Тхаги вытащила меня с того света.

Открыв глаза, я увидел белый потолок с лепниной, но это точно была не больница, хотя, если честно, я понятия не имел, как выглядят больницы в Гипериосе — в местном госпитале мне так и не довелось побывать.

Через несколько секунд, как я открыл глаза, кто-то рядом с моей кроватью вскочил и ринулся к двери, а затем из коридора послышался призыв:

— Он очнулся! Врачеватель Луин, скорее сюда!

За это время я успел осмотреться.

С болью в башке, приподнялся на подушке и окинул взглядом комнату. Мне показалось, что это гостиница: обои в цветочек, приглушённый свет от настенных бра и торшера, диван с множеством подушек, кресло, плед, журнальный столик, заставленный коробочками и мензурками, графин с водой…

В комнату ворвался врачеватель Луин.

Не вошёл — а ворвался, гремя кучей амулетов на толстой шее. Как всегда, крупный, а точнее объёмный со всех сторон дядька, седой, как лунь, в белом костюме, улыбчивый и весь какой-то воодушевлённый.

— Ох, мой мальчик! — пробасил он, спеша ко мне. — Трое суток! Ты был на грани смерти трое суток! Весь город так волнуется за тебя! Но, хвала Одинай, ты очнулся! Мои эликсиры подействовали! Я влил их в тебя столько, сколько вообще ни в кого не вливал. Разве что в кириоса Кэйнича…

Луин склонился надо мной, быстро и по-медицински оглядел лицо, потом взял один из своих амулетов, похожий на звезду, и прижал его к моему лбу. Холодная вещица сразу нагрелась и вытянула из меня головную боль — мне стало гораздо легче, и башка больше не раскалывалась.

— Спасибо, — поблагодарил я, как только Луин убрал амулет.

— Как ты себя чувствуешь, Тайдер? — заботливо поинтересовался тот. — Не тошнит? Есть не хочется? Или пить?

— Пока ничего. А как там…

— Всё хорошо, не волнуйся, — перебил он меня. — Город оправится, всё наладится, горожане не впервые восстанавливают Гипериос, ты ведь и сам знаешь. Нам не привыкать. Но если бы не ты, от города ничего бы не осталось, и все это понимают. Люди постоянно спрашивают о твоём самочувствии. Нам даже пришлось поставить специального человека, чтобы он принимал подарки для тебя. У нас завалена вся соседняя комната.

Я потёр лоб и ещё раз огляделся.

— А где…

И опять Луин не дал мне даже вопроса задать.

— Они в порядке. Брана и Кристобаль живы. Они постоянно просили, чтобы я пустил их к тебе, но мне пришлось отказать. Они так и дежурят в коридоре. И Афена Гаспер вместе с ними. И её братья часто приходят. И даже Хартог приходил, приносил конфеты и бутылку ликёра. Сказал, что это лучший ликёр в его закромах, остался ещё от его матушки.

Я вскинул брови.

Если даже Хартог приходил, то значит, я действительно спас город, а вместе с ним и магазин Хартога — никак не меньше. Иначе б он не пришёл. Или пришёл бы, но без ликёра.

— Тогда где… — начал я.

— Мозарт охраняет твою комнату, стоит в коридоре у двери, — снова перебил меня Луин. — Пускает только меня и моего помощника. За эти три дня он ни разу не отходил от двери, даже не присел. Славный всё-таки малый.

Я глянул на свои руки.

Осталось несколько шрамов, но в целом всё зажило, хотя не это меня волновало.

— А где… — опять начал я, и опять Луин ответил быстрее, чем прозвучал вопрос.

— Твой накопитель на тумбочке, рядом. Мы нашли его в кармане брюк. Сами брюки правда пришлось выбросить. Как и всё остальное. Даже ботинки. Один бронежилет более-менее сохранился.

Я глянул на тумбочку.

Там, рядом со стаканом с водой, лежал мой перстень с черепом.

— Он горячий, прикоснуться невозможно, и порой вибрирует, — добавил Луин. — Видимо, Бог Ночи бесится, что попался. — В голове врачевателя послышалось восхищение. — До сих пор не могу поверить, что это произошло! Такой юный парень пленил бога Железного класса! Самого Бога Ночи!

Да, это и для меня до сих пор казалось невероятным, но почему-то глядя на накопитель я подумал не про Бога Ночи, а про душу Кроу-четыре. Неужели я всё-таки сожрал её тогда, в сражении с Нокто? Ну и ну… Даже ком к глотке подкатил.

Я перевёл взгляд на улыбающееся лицо Луина.

— А больше вы ничего в моей одежде не нашли?

Мои мысли вернулись к амулету Нари Катьяру. Возможно, Афена просто не смогла его найти, или он выпал и застрял в складках одежды.

Но Луин покачал головой.

— Нет, только накопитель. Ну и, конечно, меч и гарпун. Всё это лежит в шкафу. А что мы должны были найти?

— Да так… мой кинжал… знакомый подарил, — соврал я моментально.

Врачеватель развёл руками.

— Прости, ничего такого не находили… — Он с тревогой посмотрел на меня и зачем-то ещё раз спросил: — Как ты себя чувствуешь? Не хочешь есть? Пить? — А потом замялся и добавил уже осторожнее: — Может, ощущаешь приступы гнева? Или хочешь крови? Или секса? Или убить кого-то? Уничтожить города?

Я даже не сразу поверил, что слышу сейчас всё это по-настоящему.

Какого хрена он несёт?

Гнева? Крови? Секса? Убить? Уничтожить города?..

Видимо на моей физиономии отразилось настолько сильное недоумение, что врачеватель поспешил объясниться.

— Ты только не волнуйся, Тайдер. Просто… э-э… просто при осмотре твоего тела я обнаружил некоторые изменения… отклонения от нормы, скажем так. Возможно, тогда я поторопился с выводами и не до конца убрал твою карму, а сейчас… она начала себя проявлять.

Вот теперь я понял, о чём он.

О чёрном пятне на моей правой лодыжке.

Я собрался уже отдёрнуть одеяло, чтобы взглянуть на ногу, но Луин остановил меня.

— Не торопись, Тайдер. То, что ты увидишь, может быть не слишком… э-э… привычным глазу, скажем так.

Вот теперь я точно медлить не стал и откинул одеяло.

И то, что я увидел, действительно было не слишком привычным глазу, даже моему, а я много чего видел. Теперь вместо небольшого пятна чёрной кожи на моей ноге сбоку имелась тёмная полоса, зарубцевавшаяся как чешуя. От колена до ступни. Она расползлась в стороны так уродливо, что я закусил губу от отчаяния и омерзения.

Такое ощущение, будто моё тело постепенно превращалось в ящерицу, в змею, или в какую-нибудь химеру.

— Не волнуйся, мой мальчик, — опять постарался успокоить меня Луин. — Я проведу сеансы экзорцизма, и мы справимся. Всё будет хорошо.

То, что «хорошо» не будет, я уже понял.

Пока не избавлюсь от бога,