Собиратель теней. Буйный сезон - Николай Викторович Степанов

гибели волшебника средней руки. Например, если бы меня сейчас прикончили, вполне возможно, после смерти остался лишь блик. И он наверняка прикрепился бы к тому предмету, который на протяжении жизни был мною использован чаще других. Блики также образуются от разрушения тени, но об этом пока говорить не стану, подобное случается редко, – Ургас ненадолго задумался, затем продолжил: – Если же погибает маг десятого ранга и выше, после него остаются тени. Чем выше ранг, тем их число больше, но лишь одна из них остается привязанной к предмету, который еще при жизни определяет сам чародей.

Сразу вспомнил о крестражах из истории о Гарри Поттере, которые главный злодей разбросал по разным закуткам, чтобы затем возродиться.

– А остальные? – спросил я учителя.

– Как будет угодно Варду, – неопределенно ответил он. – Свободные тени сами выбирают пристанище. Чаще всего там, где их сложнее будет отыскать. Они формируют нечто, похожее на статуэтки, в которых и скрываются, пока их не обнаружат. Причем, тени одного волшебника стараются разлететься друг от друга как можно дальше.

– Зачем?

– Если соединить три тени одного волшебника вне источника, возникает привидение.

– А блики соединять можно? – уточнил я.

– Да, пожалуй, ты прав – нужно закончить с бликами, – кивнул наставник, сделав пару глотков. – Их и соединять проще, и результат не несет никакой опасности. Пять любых бликов, а точнее – предметов с бликами, достаточно разместить рядом, и получится призрак. Поначалу охотники за артефактами собирали добычу в один мешок. Потом все поняли – в одну поклажу можно складывать не более трех подозрительных предметов. Лишь после этого новые призраки перестали появляться.

– А для чего еще нужны блики?

До сегодняшнего дня на эту тему нормально переговорить с кем-либо из знающих мне не удалось. Игун хоть и любил читать книги о магии, однако обладал довольно поверхностной информацией, сводившейся к тому, что для волшебников тени очень полезны.

– Как и тени, блики могут поглощаться одаренными и волшебниками, после чего происходит некоторое усиление их дара, однако новых способностей не возникает. Внутри источника блики способны объединяться при условии, что принадлежат к одному типу магии. Пять водных формируют осколок водной стихии, пять огневых – огненной, и так далее. Осколок – структура самостоятельная и сама способна сформировать несложное заклятие, даже если стихия осколка не совпадает со стихией обладателя этого осколка. Однако имеются немаловажные ограничения – промежутки подзарядки осколка довольно длительные – это могут быть часы или даже дни.

– Осколки тоже можно объединять?

– Нет, – покачал головой Ургас. – Осколки накапливаются в источнике, но дальнейшие преобразования им недоступны. Обычно бликами пользуются волшебники, чей предел не выше пятого ранга. Перешагнувшим пятый усиление осколками особой пользы не приносит.

Наставник допил чай и отодвинул чашку в сторону.

– Теперь вернемся к теням. Как раз они внутри источника могут объединяться по трое, формируя теневой образ, но для этого все три должны принадлежать одному волшебнику.

– Выходит, такое практически невозможно?

– О подобных случаях я действительно ни разу не слышал. Зато имеются другие, Алтон…

Я вопросительно взглянул на учителя, ожидая продолжения.

– Возможно объединение теней разных магов. И что интересно – чем ниже ранг обладателя теней, тем выше шансы на успех создания смешанного теневого образа.

– Тени помогают при создании заклинаний. А на что способен образ? – меня всерьез увлекла беседа с учителем.

– Подменить отсутствующий.

– Ничего себе! А что для этого нужно сделать?

– Провести пару ночей в живой степи.

Я обрадовался, поскольку ожидал нечто из серии «пойти туда – не знаю, куда, принести то – не знаю, что».

– У меня был такой опыт.

– Ты не дослушал, – усмехнувшись, произнес наставник. – Отправляться в степь нужно в одиночку. И… во время буйного сезона.

От радости не осталось и следа.

– Думаете, я к этому готов?

Все местные говорили, что в буйный сезон ночи опасны даже за пределами степи, а уж на ее просторах… По крайней мере, добытчики артефактов полностью прекращали свои вылазки туда и в дневное время.

– Риск велик, Алтон. Но сейчас тебе даже в деревне оставаться опасно.

Это я и сам прекрасно понимал. К тому же, не хотелось подставлять друзей и учителя. Значит, надо было опять отправляться в путь и запутывать свои следы.

«Снова через степь, в одиночку, во время разгула магических стихий и прорывов со стороны чужих реальностей… Возможно, риск стоит того, чтобы устранить заложенную внутри угрозу?» – мысленно согласился я.

– И еще, Алтон, – остановил учитель, когда я собрался встать с кресла. – Ты говорил, что одна из твоих теней вроде ссорится с остальными?

– Исходя из моих снов, так и есть. Другие обзывают ее то Светочем, то Светляком, то Слепящим.

– Наверное, отвечает за магию света. Знаешь, о чем я подумал? Не усилить ли нам Алгая?

– А это возможно?

– Теневой образ не должен содержать конфликтующие тени. И тут два варианта: либо прогуляться до алтаря и отдать эту тень ему, либо передать другому одаренному. Как ни странно, но Алгай подходит лучше других.

– И после этого он сможет создавать заклинания? – воодушевился я.

– Не совсем, зато выплескивать излишки магии ему станет намного проще.

– А вы знаете, как осуществляется такая передача?

– Однажды мне пришлось выкупать собственную жизнь, добровольно отдав дрегу единственную тень, и эту процедуру я запомнил на всю жизнь. А еще узнал, что между одаренными она проходит легче, чем между волшебниками.

– Я готов.

Глава 9

Учебное задание

Интерлюдия…

По окончании двухдневного отдыха декан назначил Борине встречу после занятий. Когда студентка пришла, в кабинете Этмана ее ждал странный сюрприз: пышное платье ярких сиреневых тонов, сумочка в тон и шляпка с вуалью.

– Твой рабочий костюм, – декан тремя словами сразу пресек возникшие было у нее вопросы. – Сейчас мы пойдем на светский прием, где несколько гостей будут иметь при себе яд. Твоя задача: успеть выявить всех отравителей до того, как начнут разносить напитки.

Девушка испуганно посмотрела на декана, и он, усмехнувшись, успокоил:

– Подставных, естественно. Быстро переодевайся, скоро выезжаем, – распорядился он и покинул кабинет.

У Борины на языке крутилось еще множество вопросов к учителю, особенно относительно платья. Не считая того, что оно было дикого цвета, так еще и фасон совершенно не соответствовал ее вкусу – вычурный, буквально кричащий, что его обладательница не отличается особым умом.

«Неужели нельзя было посоветоваться!? Как можно в ЭТОМ показаться на людях? Я же буду чувствовать себя клоунессой. Цвет – вырви глаз, рюши, ленты… Декан одолжил его у своей мамы или даже бабушки? Все будут пялиться только на меня!»

Несмотря на клокочущее в груди возмущение, наряд она сменила быстро и с удивлением отметила, насколько идеально платье село по фигуре. Уже сидя в карете, девушка неожиданно получила ответы на свои незаданные вопросы.

– Одежда специально выбрана такой яркой, чтобы гости запомнили ее, а не тебя. И то, что платье немного старомодно, также неспроста. Ты должна уметь сконцентрироваться на главном в любых, даже самых некомфортных условиях. Вопросы будут?

– Сколько человек я должна найти?

– Всех, у кого будет яд. Если вдобавок сумеешь определить его тип, получишь право на специальную стипендию.

«Наверное, он это специально сказал, чтобы я сильнее волновалась», – подумала студентка.

Доходы ее семьи были гораздо скромнее, чем у родителей Лузиты и Руданы, и на первый год обучения деньги дома собрали не без труда. Назначение стипендии сразу освобождало студентку от оплаты, а с ее родителей снимало финансовое бремя, позволяя девушке обрести желанную независимость.

– Буду стараться, господин Этман.

– Это в твоих интересах, Борина. И еще: на приеме от меня лучше не отходить ни на шаг. Среди гостей будут не только друзья, но и недоброжелатели. Противостоять их интригам и козням ты пока не сумеешь.

– Как скажете, господин Этман.

– Про «господина» тоже на вечер забудь. Обращаться к тебе буду Лидана, могу назвать милой в самый неподходящий момент или еще как-нибудь позаковыристей. Все – строго в учебных целях.

Она почувствовала жар на щеках:

– Хорошо.

Затем