Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров
А вот меня они явно поджидали… Я был готов поспорить на три воскресных увала, что это было так. Гопари во главе с длинным, которых часть своих зубишек сегодня оставил на ледяном асфальте, не просто так шастали вдоль дороги к училищу ради «копеек-семечек».
Они ждали меня.
— А вы не вытрясли, стало быть, карманы? — Курский снова взял в руки карандаш и откинулся на стуле.
— Нет, товарищ майор! — рубанул я. И быстро добавил, чтобы ускорить «допрос»: — Тогда один из них нож достал… Пришлось отбиваться.
Я заметил, как «Бондарь» при упоминании о ноже побелел еще больше.
Майор нахмурился. Встал из-за стола и подошел к нам вплотную.
— И куда же они делись, гопники эти? — недоверчиво спросил Курский, бросая карандаш на стол. — Матерые хулиганы, вооруженные ножом, стало быть, получили от трех суворовцев-первокурсников по мордам, после чего откланялись и тихо-мирно ушли?
— Никак нет, товарищ майор! — отчеканил я и соврал, решив ничего не говорить про «мильтонов»: — Там какие-то парни сильные мимо шли… Тоже в форме. Курсанты, кажется. Эти… как их увидели, сразу и разбежались.
— Першин! Бондарев! — отрывисто произнес Курский. — Все было так? Подтверждаете?
— Так точно! — хором отрапортовали друзья. Миха — твердым, уверенным, звонким голосом. Илюха — хрипло и испуганно.
— Кругом! — скомандовал Курский. — Каждому — по два наряда вне очереди!
Уф-ф! Кажется, пронесло!
— За драку, товарищ майор? — снова открыл рот Миха. Вот ведь неймется мелкому! — Так ведь…
— За неподобающий внешний вид! — отчеканил дежурный по училищу. — И за опоздание из увольнения. Третий — за пререкания со взводным — дать?
— Никак нет! — торопливо ответили мы, все втроем.
* * *
Аккуратно притворив дверь кабинета взводного, я выдохнул.
Два наряда — это, конечно, не два коржика с компотом от милой буфетчицы Леночки.
Но и не конец света.
Могло быть и хуже.
Помню, в мою бытность в училище, так внезапно вернувшуюся, парочку пацанов на вольные хлеба мигом отправили. Даже не стали разбираться, кто виноват и «первый» начал. А пацаны вовсе даже не с гопниками на улице сцепились. А друг другу носы разбили в расположении — из-за какой-то там девчонки, которая обеим сразу понравилась!
Негромко насвистывая, я двинулся по коридору, махнув приятелям. Миха, у которого, по всей видимости, тоже отлегло от сердца, зашагал следом. К нему вернулось обычное настроение.
— Жрать хочется, парни! Прям живот к спине прилип! — пожаловался он. — Я бы сейчас слона съел!
— Да какого слона! — я шутливо смазал приятеля по макушке. — В тебя разве что канарейка поместится. И та наполовину. Да, «Бондарь»?
Илюха, шедший следом, дернул плечом и промолчал. Вид у него был такой, будто он любимого кота похоронил.
— Ну чего ты, «Бондарь»? — я, успокаивая, тронул его за плечо. — Все ж хорошо кончилось!
— Угу… хорошо… Я, наверное, сегодня спать не смогу… — прошептал Илюха. — Я как вспомню эти морды…
И приятеля натурально передернуло.
— Слушай, «Бондарь»… — вдруг с интересом спросил его Миха. — Неужто ты и впрямь никогда не дрался?
Илюха молчал. А потом нехотя признался:
— Ну… было дело… классе в шестом. Портфелями…
Ха! Теперь ясно, почему «Бондарь» по цвету лица с нашим свежевыбеленным потолком в казарме сравнялся. Не бывал он никогда в настоящих переделках. Так, мутузили школьнички друг дружку на переменах. Слегонца. И все.
Поэтому он и вступил сегодня в перепалку с гопниками, не понимая, что такое «отвечать за базар». Это детдомовца Миху, прошедшего в свои неполные шестнадцать лет огонь, воду и медные трубы, ничем не испугать. Он, наверное, и при встрече с медведем не растеряется.
— Слушай, Илюх! — сказал я серьезно. — Ты запомни на будущее! Не надо с этими упырями первым «бычку» включать не надо. Ты знаешь, как разговаривать с гопниками?
— Ну? — кисло поинтересовался приятель.
— Баранки гну! Максимально нейтрально. А лучше вообще никак. Все, что ты скажешь, будет использовано против тебя.
— Это как? — возмутился приятель.
— Да так! Спросят: «Сколько времени?» Ты такой: «Не знаю, часов нет!». А тебе: «А че так борзо?». И пошло-поехало! Так что зря ты первым на рожон полез… Ну да ладно, проехали…
— Понял… — буркнул «Бондарь». И как бы невзначай спросил меня: — Слушай… Андрюх… А у нее кто-нибудь есть?
— У кого?
— Ну… — Илюха порозовел и едва слышно шепнул: — У Лили!
Ах вон оно что!
Война войной, как говорится, а любовь — по расписанию!
— Будешь тормозить — точно появится! — засмеялся я.
И поторопил обоих приятелей:
— Пошли, мужики! Скоро на ужин строиться!
Глава 2
— Во даете, пацаны!
— Еще бы!
— А Миха-то вообще красавчик, мужики! Никогда бы не подумал, что он против мазурика выстоит!
— Какой мазурик, Тим? С дуба рухнул, что ли? Эти отморозки — те еще быки! Уж я-то знаю! Поверь мне!
— Чего? Да откуда тебе знать, Тимур? Ты всего на минуту меня старше! Хорош взрослого из себя корчить!
— Оттуда и знаю! Не хочешь — не верь!
Тем вечером в расположении никто из нашего взвода долго не мог уснуть. Каждый из суворовцев хотел узнать, что произошло со мной и моими приятелями сегодня вечером, по пути из увала в училище. Да не просто узнать, а в самых мельчайших подробностях.
Я поначалу вообще не хотел ничего никому рассказывать. Планировал ограничиться той же коротенькой легендой, которую скормил в кабинете взводному — майору Курскому. Подошла шпана — попросила закурить — полезла в драку — пришлось защищаться — ну, а дальше прохожие помогли.
Но против толпы, как говорится, не попрешь. Знает один — знает один. Знают два — знают двадцать два. Так моя бабушка, Ефросиния Трофимовна, любит говаривать. Уселись пацаны на кроватях, ноги скрестили, локаторы настроили… Ждут подробностей!
Пришлось рассказывать. По просьбам трудящихся.
И я, с молчаливого одобрения своих приятелей, участвовавших в драке, выложил все. Рассказал, как Миха, не побоявшись, ловко уложил мордой в асфальт и пересчитал зубы самому главному «мазурику». Как Илюха мигом сдернул и намотал на руку ремень, когда понял, что драки не избежать. Сказал,
