Претендент. Сила рода - Павел Вяч

без травм, иначе я лично займусь каждым из вас. Все понятно?

Дождавшись кивка от старшего из Кроу, физрук тут же свалил к разобравшим рапиры дворянам и родовичам.

— Неприятный тип, — протянул я и посмотрел на главного из братьев Кроу, — слышал про Отбой?

— Я не глухой, — нахмурился северянин. — Предлагаешь решить наши разногласия здесь и сейчас?

— Почему бы и нет? — я пожал плечами и принялся разминать шею. — Как там? Ты выбираешь место и время, я оружие?

— Фехтовальный зал, здесь и сейчас! — согласно кивнул Кроу и выжидающе посмотрел на меня.

— Стезя Воина, рукопашный бой, — почти без раздумий отозвался я и вступил на вычерченный на полу круг.

Несмотря на то, что северянин был выше и массивней меня, других вариантов я не видел. Магию я не знаю от слова совсем, на настоящих клинках не сражался.

С натяжкой можно засчитать полгода айкидо и упражнения с деревянным бокеном, но… это такое себе.

Мой единственный шанс — трехгодичный забег по различным секциям рукопашного боя.

Это, кстати, был совет дяди.

Как сейчас помню свое состояние после… того случая в десятом классе. Сначала я думал, что увидел очень реалистичный кошмар, но когда он повторился, волей-неволей поверил.

В тот момент я твердо решил заняться собой и боевкой, а между отцом и дядей состоялся спор, переросший в поединок на татами.

Моей отец — ярый приверженец дзюдо, мастер спорта, региональный чемпион и тренер школы олимпийского резерва. Дядя — боксер, завсегдатай тренажерного зала и предприниматель.

В итоге, поединок окончился парой фингалов, потянутой связкой и моим решением «попробовать все».

И если первый год было непросто, то потом мне хватало двух-трех занятий, чтобы понять моё это или нет.

Например, от Тхэквондо я отказался из-за проблем с растяжкой. Карате — из-за его неэффективности. А Айкидо, хоть и занимался, но невзлюбил из-за замудренной философии и слишком уж долгого пути самосовершенствования.

Больше всего мне понравились Самбо, Дзюдо, Кикбоксинг и Джиу-Джитсу.

За год я поставил хороший удар, научился двигаться и дышать. Освоил несколько десятков бросков и удушающих, и по праву считал себя неплохим рукопашником.

И сейчас мне предстояло проверить свои умения на практике.

— Мой секундант, Бранд, — северянин показал на своего брата и тот едва заметно поклонился.

— Мой секундант, Мирон, — я вопросительно посмотрел на здоровяка и тот обрадовано кивнул.

— Вообще-то я тоже был бы не прочь, — заявил незаметно отколовшийся от дворян и родовичей Филипп. — Все равно вам не разрешат проводить дуэль без целителя.

А вот в этом толстячок-перебежчик был прав.

Я хотел было позвать физрука и прояснить этот момент, как наткнулся взглядом на вихрастого одноклассника, который с кислым выражением на лице рассматривал свою рапиру.

— Пожарский! — на мой крик обернулся не только вихрастый Вася, но и весь класс. — Побудешь целителем в нашей дуэли?

— Эммм, — опешил одноклассник и тут же начал наливаться краской. — Ты зарываешься, форточник!

— А что, — неожиданно поддержал меня физрук, — это будет интересно. Василий, будьте так добры?

— Ну ладно, — смутился Пожарский. — Но я больше по големам…

— Неважно, — отмахнулся Игнат Иванович, — они же безродные, максимум носы друг другу переломают. Точнее, — он скептически осмотрел мою фигуру, — нос.

— Ну хорошо, — неохотно согласился Пожарский, возвращая рапиру на стойку и подходя к нам. — Я готов.

— Судари, — повысил голос физрук, — давайте на несколько минут прервем наше занятие и посмотрим на любопытную дуэль! Думаю, победитель здесь очевиден, но главную ценность для нас представляет именно северянин.

Он небрежно ткнул пальцем в нахмурившихся братьев Кроу и продолжил.

— Смотрите внимательно как он двигается, как и куда бьет! Ведь любой уважающий себя Воин перед боем изучает своего предполагаемого противника! А учитывая, что Север находится от нас всего через одно княжество…

Физрук не договорил, но стало понятно, что отношения между княжествами и северянами до сих пор натянутые.

— Итак, наши бойцы выбрали безоружный бой! До первой крови?

Кроу мрачно кивнул, а я добавил:

— Или если соперник сдастся!

— Пусть так, — неохотно согласился физрук, окатив меня волной презрения.

Видимо он посчитал, что я собираюсь сдаться… Наивный!

— Северяне не сдаются, — проворчал Кроу.

— Лучше признать поражение в бою, чем остаться со сломанной рукой, — не согласился я.

— Северяне не сдаются! — упрямо повторил Кроу, сверля меня взглядом.

— Да и черт с тобой! — махнул рукой я. — До крови, так до крови.

— Другое дело, — тут же заулыбался физрук, а одноклассники одобрительно загудели. — Готовы к бою?

— Ставлю золотой на победу северянина! — раздался противный голос Громова.

— Ставки в гимназии не одобряются, — деланно покачал головой Игнат Иванович, и тут же заговорщицки подмигнул, — но я ничего не слышал.

— Серебрушка на северянина!

— Две!

— Золотой!

Мои одноклассники, только что ведущие себя как аристократы, враз превратились в базарных бабок.

— Ставки мне! — тут же сориентировался Филипп. — Я счетовод! Ставки мне!

Я же, воспользовавшись образовавшимся гвалтом, подошел к Мирону и Славику.

— Парни, деньги есть?

— Серебрушка, — нахмурился Мирон.

— У-у м-меня полтора з-золотых, — отчаянно краснея, пробормотал Славик.

— Мирон, ставь серебрушку, Славик, ставь золотой, — скомандовал я и, заметив мелькнувшее в их глазах недоверие, поспешил успокоить. — Народ, я же форточник. Я его сделаю, точно говорю.

— Две серебрушки на форточника! — неожиданно для всех выдал Роман Дубровский.

— И ещё одна! — прогудел Мирон.

— И з-золотой! — пискнул Славик.

— А вот это уже интересней, — хмыкнул физрук и одноклассники загомонили ещё больше.

Я же вернулся в круг и принялся разминать плечевой пояс и незаметно наблюдать за пацанами.

Громов с Пылаевым не сводили с меня ненавистного взгляда, Ги’Дэрека смотрел с интересом, Дубровский хмурился, словно переживая за сделанную ставку.

Кулачный боец Безухов оценивающе смотрел на Кроу, словно примеряя его к себе, Пожарский немного нервничал, а Филипп, попав в родную стихию, заливался соловьем.

— Кто ещё не сделал ставку? Принимаю последнюю ставку, господа!

Одни только северяне выглядели спокойными, будто у них за плечами сотни подобных боев. Хотя, судя по сломанным носам и многочисленным шрамам, так оно, скорей всего, и было.

— Всё! — властный голос физрука враз оборвал все споры и перекрикивания. — Бойцы готовы?

Мы с северянином переглянулись, синхронно вступили в круг и молча кивнули.

— Ну тогда… Бой!

Глава 8

Стоило физруку дать отмашку, как стоящий передо мной северянин преобразился.

Холодная отстраненность исчезла, и ей на смену пришел охотничий азарт. Движения Фроста приобрели плавность и даже грацию, а на кончиках растопыренных пальцев образовались ледяные когти.

— Хрена себе! — вырвалось у меня, и я махнул перед собой ногой, проверяя потенциал своего тринадцатилетнего тела.

Растяжка в тринадцать лет не сравнится с растяжкой в двадцать, и