Претендент. Сила рода - Павел Вяч

Князь — вот кто держит власть в своих руках!

— А как же гильдии? — не утерпел Филипп.

— Гильдии? — историк посмотрел на толстячка как на какое-то насекомое. — Слишком незначительны. Также, как и Торговый союз, и Братство, и ещё с десяток цеховых объединений. Да, там крутятся большие деньги, но большая часть уходит в качестве налогов княжеству.

Светозар нахмурился, восстанавливая ход своих мыслей.

— Так вот, судари, — он посмотрел на доску так, будто там содержался ответ на главный вопрос вселенной, — Мало кто задумывается об исторических процессах, но в них скрыта истина! История циклична и…

Светозар ещё что-то с жаром говорил, восхваляя свой предмет, а я смотрел в нарисованный на доске круг и пытался поймать ускользающую мысль.

Три пути развития, три, скажем так, института власти, гильдии, с десяток организаций и сколько-то там княжеств. Возникает закономерный вопрос: Кто главная лягушка в этом муравейнике?

— Быть может, — слова Светозара и его прожигающий насквозь взгляд вырвали меня из размышлений, — из вашего класса будет толк.

Он не мигая смотрел на меня, и я в очередной раз почувствовал себя не в своей тарелке. Неужели я произнес свой вопрос вслух?

— Кто-нибудь просветит Михаила?

Точно, задумался и пробормотал вслух.

— В княжестве нет никого выше, чем князь, — послышался спокойный голос Ги’Дэрека.

— Кроме другого князя, — с каким-то вызовом произнес Прокулин-Горский, а я, кажется, понял, отчего его семья находится в опале.

— Наш главнее! — прогудел Мирон.

— Это у нас он наш, — не согласился то ли Безухов, то ли Толстой. — А в соседнем княжестве свой главнее!

— Опасные вопросы поднимаете, Светозар Иванович, — неожиданно заметил Уваров. — Княжеские отношения — не нашего ума дело.

— Именно! — историк аж просиял от счастья. — Подобные вопросы не приветствуются в нашем государстве. И княжеская гимназия — практически единственное место, где мы будем поднимать этот вопрос.

— И революционные кружки, — едва слышно шепнул Филипп, но его услышал весь класс.

— Я бы не советовал, — тут же нахмурился Светозар, — если, конечно, не хотите быть отчисленными с позором.

Ну, тут понятно. Никакая власть не любит революционеров.

— Подождите, — прогудел Мирон, — но как тогда понять, кто из князей главнее?

— Никак, — снова расплылся в улыбке Светозар. — Точнее есть способы, но они… скажем так, слишком ресурсозатратны.

Война всегда ресурсозатратная штука. И что-то мне подсказывает, что если бы не соседи и Пустыня с её монстрами, то вместо княжеств была бы уже какая-нибудь империя.

Или даже несколько.

— Тогда зачем… — начал было Мирон.

— Вы не задумывались, — Светозар раздражённо дернул щекой, и Мирон тут же замолчал, — почему вы учитесь в княжеской гимназии?

— Калибровка? — неуверенно протянул Славик и покраснел.

— Инициация! — тут же добавил Филипп.

— Гарантированное трудоустройство! — Мирону, как я понял, в этой жизни много не надо.

— Возможность примкнуть к другому роду без… негативных последствий? — уточнил пацан, чьего имени я пока не запомнил.

— Связи! — бухнул то ли Безухов, то ли Толстой.

Остальные промолчали, а меня посетила неожиданная догадка.

Если здоровяк, высказавшийся последним, всё-таки Безухов, а не Толстой, то все гимназисты, которые сейчас говорили, не принадлежат к дворянским семьям.

А раз так, то…

— Всё, что вы озвучили, имеет ценность лишь для вольных одаренных, — моя догадка оказалось верна, и Светозар кивнул на Мирона и Славика, — и в меньшей степени для родовичей.

Кивок в сторону младшего Инженера и сидящего за ним пограничника Горчякова, которого я хорошо запомнил.

— Дворяне с легкостью могут дать намного более качественное и специализированное образование, чем наша гимназия!

— Но Демид Иванович сказал, что о Калибровке мечтают тысячи и сотни Одарённых шлют прошения на имя князя о поступлении в гимназию! — не удержался Филипп.

— Всё так, — прикрыл глаза Светозар. — Но суть гимназии не в Калибровке и даже не в Инициации, как таковой! Суть вашего пребывания — пробудить кровь Основателя! И именно поэтому каждая дворянская семья шлёт сюда своих отпрысков! Ради одного-единственного призрачного шанса…

Светозар уставился поверх наших голов, и, казалось, напрочь выпал из реальности.

— … стать Императором!

Глава 7

В школе я много раз слышал от учителя литературы следующие слова: «Энергия и ресурсы приходят под цель. Цель — первична, ребят!».

Потом оно как-то забылось или сделалось очевидным, что ли? И только сейчас, услышав слова Светозара, я понял истинное значение этой фразы.

«Стать Императором»…

Не знаю, как это объяснить, но услышав фанатичный шепот историка, я не только сразу понял, что делать дальше и почему я здесь оказался… Я ощутил какой-то небывалый прилив сил!

«Кровь Основателя… призрачный шанс»…

Я буду не я, если им не воспользуюсь!

— Стать Императором, ведь только ему присягнут князья… — голос Светозара, казалось, проникал прямо в мозг.

Вынырнув из мыслей и посмотрел на лица своих одноклассников.

Удивились только Мирон, Славик и ещё два парня, на лицах остальных застыла маска вежливой скуки. Слышали об этом раньше? Не верят?

— При всем моем уважении, — в этот раз Ги’Дэрека и не подумал подниматься из-за стола, — это миф. Наши семьи и сами уже не верят в возможность подобного, но продолжают посылать нас в княжескую гимназию… Да, легенда о крови Основателя хороша, и после Инициация ежегодно находятся Претенденты, но это, как выразился форточник, невыгодно.

— Поясните свою мысль, Антуан, — слова Ги’Дэрека отрезвили учителя, и на смену фанатику вернулся мрачный Северус Снейп.

— Мой род дает мне множество преимуществ, — пожал плечами гимназист. — Улучшенные физические данные, фамильные благословения и пассивки, родовая способность, в конце концов. И все это богатство я вынужден буду отдать за право называться Претендентом.

— Претенденты тоже получают родовую способность, — возразил Светозар.

— Мы все знаем, что там за способность, — поморщился Ги’Дэрека. — Сила рода, которая есть у любого Одаренного. У тому же, если верить легендам, только Претендент с одиннадцатым рангом сможет отправиться на испытание, а максимум, который можно получить — десять!

— Хорошо, — голосом историка можно было заморозить полконтинента, — тогда почему дворянские семьи и Роды всеми правдами и неправдами расхватывают себе гимназистов до Инициации?

— Не знаю, — вынужденно признал Антуан.

— Тогда, может быть, вы скажете почему в каждой дворянской семье и Роде есть свой Претендент?

— Подстраховка? — предположил Пожарский.

— Можно сказать и так, — из Светозара, казалось, выпустили воздух. — Мы с вами свидетели парадоксальной ситуации. Вместо того, чтобы выставлять в Претенденты лучших, сильные мира сего делают так, чтобы Претендент… не появился у конкурентов.

Ги’Дэрека хотел было что-то сказать, но историк не дал ему такой возможности.

— Понятно, что в каждого из вас вложено целое состояние и ваши отцы уже просчитали вашу жизнь на десятилетия вперед, но в рамках истории — это