Год 1976, Незаметный разворот - Александр Борисович Михайловский

Зинаида Валерьевна Басова, учительница русского языка, пионервожатая и комсомолка

Анна Сергеевна уже давно советовала мне сходить на танцы. «Развлекитесь, Зиночка, - говорила она, - на людей посмотрите и себя покажите! Пообщайтесь, заведите знакомства...»

Но я все не решалась. Я все еще чувствовала некоторую скованность... Иногда вечером я прогуливалась недалеко от того места, где шли эти самые танцы. Меня так и влекло туда. Оркестр играл с огоньком, и музыка будоражила мне душу... Иногда я подходила довольно близко, но всякий раз всякий раз поспешно уходила, как только мне начинало оказаться, что в мою сторону смотрят.

Вообще-то я любила танцевать. В лагере я даже ставила танцевальные номера. Но здесь все было по-другому. Здесь все были чужие, и мне казалось, что все будут обращать на меня слишком много внимания.

Однажды, когда я в очередной раз ретировалась, так и не дойдя до танцплощадки, прямо у входа в «свою» башню я встретила госпожу Зул. Она как-то внезапно появилась прямо передо мной, будто материализовалась из воздуха, так что я вздрогнула.

Она уперла руки в боки и строго сказала:

- Ну и чего ты дурью маешься, комсомолка? Почему не на танцах?

- Я... - пробормотала я, осознав, что у меня нет ответа на этот вопрос. - Я... это...

- Да, плохо дело... - покачала она своей рогатой головой. - С этим надо что-то делать. Негоже красотке коротать вечера в одиночестве... Что, мне нужно тебя за ручку отвести?

- Н-нет, не нужно... - пролепетала я.

- Нужно, милая моя, нужно! - внушительно произнесла госпожа Зул. - Это что ж такое творится? Ты у нас три недели, и все прячешься! А может быть, там, на танцплощадке, тебя ждет твоя судьба? Ты собираешься и дальше жить затворницей, лишив какого-нибудь прекрасного молодого человека возможности познакомиться с тобой?

- Нет, я не... - замотала я головой, не зная, что сказать дальше.

- Значит, так... - произнесла рогатая госпожа безапелляционным тоном, - ты сейчас же идешь на танцы! Похоже, пока тебя метлой не погонишь, ты так и не решишься...

Она критически оглядела меня.

- Вот это сними, лишнее, - кивнула она на шарф, которым были прикрыты мои плечи. - Лучше на пояс повяжи.

В тот вечер на мне было жемчужно-бежевое платье со струящимся подолом. Очень красивое. И только его тонкие лямки и довольно глубокий вырез казались мне легкомысленными. Потому я и прикрыла плечи и грудь легким золотисто-коричневым шарфом. Собственно, у меня вообще было теперь много нарядов. И я каждый вечер одевалась с тем расчетом, что все же решусь потанцевать...

Я выполнила рекомендацию, завязав шарф на левом бедре пышным бантом.

- Ну, так-то лучше... - с удовлетворенной улыбкой проговорила госпожа Зул, поправив кончики банта. - Нечего красоту прятать. А теперь марш! - И она властным жестом указала туда, откуда едва слышно доносились звуки вальса.

Понимая неизбежность того, что ждало меня впереди, я побрела в указанном направлении, и сердце замирало от волнения.

- Походочка, походочка! - донеслось сзади.

Я выпрямила спину и шла, старясь «выступать будто пава», чувствуя этой самой спиной одобрительный взгляд «главной стилистки».

И вот я на танцплощадке... С облегчением я обнаружила, что никто не обращает на меня особого внимания. Люди танцевали. При этом они флиртовали друг с другом, любезничали, смеялись. Тут была очень легкая, непринужденная атмосфера, и мне тоже стало как-то радостно.

Танцевали не все. Несколько дам отдыхали в сторонке, рассевшись за столиками, которых было много по краям танцплощадки. Некоторые были с кавалерами. В воздухе порхали стаканы с прохладительным, которые невидимые официанты доставляли тем, кто решил освежиться.

И сразу становилось понятно, что дам здесь значительно больше, чем кавалеров... Хотя были и мужчины, которые, очевидно, еще не имели «своей» дамы, потому что их еще никто не выбрал. Такое тут правило, что дама выбирает, и она же всегда права. Потенциальные кавалеры стояли группой в сторонке и наблюдали за танцующими. Я не могла хорошо разглядеть их лиц, потому что по ним скользили разноцветные световые пятна, отбрасываемые невидимым источником, да и приглядываться было неудобно. Из-за этих цветных бликов все казалось каким-то сказочным, фантастическим.

Каким-то непостижимым образом мое смущение куда-то ушло, а вместо него появились задор и легкость. Здесь, под высокими невиданными деревьями, среди бегающих огоньков и звуков живой музыки, в окружении нарядных и счастливых людей я и сама ощущала себя не Зиной-вожатой, а красивой загадочной дамой, способной кружить голову и сводить с ума... Да, я это могу! И на мне красивое платье, и волосы мои хорошо уложены, и сама я умна и обворожительна.

И вот закончился очередной танец, и заиграл фокстрот... От группы стоявших в сторонке мужчин отделился молодой человек и... направился ко мне. Сердце мое радостно забилось. Я еще не видела его лица, но его стать, походка говорили о том, что это бравый воин и, как говорили в старорежимные времена, «настоящий джентльмен».

И только когда он приблизился, я разглядела его. Красивые, благородные черты лица... Он был совсем молоденький, однако едва ли его можно было назвать юношей. Он застенчиво улыбнулся и сказал:

- Хоть здесь так и не принято, но позвольте вас пригласить?

Я улыбнулась в ответ и протянула ему руку... Танец увлек нас, и было это так упоительно, что у меня кружилась голова от удовольствия. От него приятно пахло. Через его мундир чувствовалось крепкое, натренированное тело. И он очень хорошо танцевал. Мы молчали, пока звучала музыка.

А когда фокстрот закончился, он поблагодарил, а затем представился:

-Олег Константинович... Романов.

- Очень приятно... - немного смущаясь, ответила я. - Зина... То есть Зинаида Валерьевна...

Я все еще была под впечатлением танца, потому и разговорилась. Никогда мне еще не приходилось испытывать такие волнующие чувства. Мне очень понравился этот Олег Константинович... Настолько, что даже стало страшно. Разве ж так бывает - только увидела, и сразу влюбилась? Да нет, вряд ли... Это просто я немного обалдела от всего этого. Да и ведь он явно моложе меня. Впрочем, не думаю, что намного. Тем более что тут, в Тридесятом царстве, это не имеет большого значения. Поступив на службу к местному властителю, я теперь могу иметь внешность, соответствующую любому возрасту, от шестнадцати лет включительно.

Мы с Олегом танцевали весь вечер. Это было чудесно. Я не ощущала усталости, мне хотелось танцевать еще и еще...

Но все заканчивается... Закончился и этот танцевальный вечер. И мой кавалер предложил проводить меня.

По дороге он немного рассказал о себе. Подумать только - ведь он князь императорской крови, единственный из Романовых, погибший на полях прошлой Германской войны... Слушая его рассказ, я лишь старалась сдерживать