Юго-западное направление - Алексей Дягилев

меня получили все, так что никаких соплей, извиняться будем потом, как-нибудь, если придётся. Воентехник даже открыл рот от изумления, увидев наши методы. А потом также быстро закрыл, видимо вспомнив, как корректно с ним обошлись по сравнению с этими потерпевшими.

Обыскав задержанных и вытащив из кобуры старшины-интенданта наган, одновременно досмотрев и кабину, приступаем к допросу, разведя их в разные стороны.

— Служба охраны тыла, старший сержант Доможиров. — Представляюсь я прислонённому к переднему колесу старшине, чтобы он не обделался тяжёлым испугом раньше времени. — Куда следуете? И почему не остановились для проверки? — листаю я его красноармейскую книжку, вытащенную из кармана гимнастёрки.

— Мы думали, что это диверсанты. — Проглотив комок в горле, отвечает он мне.

— На утрись. — Протягиваю я ему его же носовой платок. — Думать надо головой, а не жопой. Так что не взыщи, мы как раз диверсантов и ловим. Что в бочках?

— Соляра. — Потупленно глядя на меня, отвечает он.

— Где взяли? — Продолжаю интересоваться я.

— На складе ГСМ. — Коротко отвечает старшина.

— Где находится склад?

— Это военная тайна. — Решил повалять ваньку интендант.

— Куда везёте сейчас? Документы на груз есть? Сколько и чего ты украл? — сыплю я вопросами как из пулемёта.

— Да какие документы? Разбомбили немцы тот склад. — Возмущается кручёный хохол.

— А раз нет документов, значит ты мародёр и расхититель социалистической собственности. И тебя по законам военного времени можно без суда и следствия расстрелять. Хотя не можно, а нужно! — Спокойно рассуждаю я, акцентировав внимание только на крайней фразе.

— Но как же…

— Колись пархатый! Где соляру украл⁈ Продать гнида хотел?!! В деревню вместо керосина впарить?!!! — Гружу я по полной старшину, рубленными фразами, повышая децибелы с каждой из них, пока он не оклемался от шока.

— А что же тогда, немцу всё оставлять? Местные всё равно всё растащат. — Оправдывается старшина. А вот тут он конкретно попал.

— Какие немцы? Ты что это, гад, клевещешь на нашу Красную Армию! Когда наши бойцы бьются до последней возможности с ненавистным врагом, ты, тварь, гешефты в тылу устраиваешь! Решил соляру на горилку и сало поменять! Говори, падла! Где склад? Пока местные всё не растащили. — Не снижаю я оборотов, параллельно взводя курок на револьвере старшины Приходько, и приставив ствол к его лбу.

— Да, да. Я всё покажу, только не убивайте. — Пустил сопли и слёзы испуганный чмошник.

— Мараться об тебя неохота, так что трибунал тобою займётся. Водила твой в курсе, где находится склад? — убираю я наган от головы хохла, сняв его с боевого взвода.

— Д-да, он х-хорошо з-знает д-дорогу. — Зазаикался вдруг старшина.

— Про делишки твои он в курсе? — припечатываю я его взглядом.

— Н-нет. — Энергично закрутил в ответ головой интендант, размазывая по лицу сопливые слёзы.

— Значит ещё поживёшь. — Прячу я револьвер в левый карман галифе.

— Вяжите его. — Командую я бойцам. — А я пока шофером займусь. — Забираю я офицерскую портупею с кобурой, снятую со старшины и иду потрошить водилу.

Шофер подтвердил версию старшины-интенданта, хоть и не слово в слово, но рассказал всё, что знал. Ну и соответственно про разбомбленный склад ГСМ тоже. Тем более сгорело там не всё, всё-таки хранилище располагалось на большой площади в широкой балке, а бочки с цистернами были прикопаны и обвалованы земляными брустверами. Зато охране склада досталось. Кого не убило, того поранило и контузило, ну и ожоги. А некоторые и заживо сгорели. Налетели немецкие «лаптёжники» в сопровождении своих истребителей средь бела дня, и не просто отбомбились по складу, а ещё и проштурмовали местность из пушек и пулемётов, гоняясь не просто за отдельными автомашинами, но и за людьми, которые как зайцы разбегались прочь от горящего склада с топливом, спасаясь от нестерпимого жара.

— Ну что там с горючкой, товарищ воентехник второго ранга? — интересуюсь я, у забравшегося в кузов ЗИСа танкиста.

— Пойдёт. Как раз то, что нужно. Да тут ещё и машинного масла полбочки, и бензин есть. — Проверяет он содержимое всего остального. Запасливый старшина попался, флаг ему в руки и петлю на шею.

— А что хоть за танк-то, или снова военная тайна? — интересуюсь подробностями я.

— Кавэ один. — Отвечает мне воентехник Матвеев.

— Как? — Переспрашиваю, охренев от услышанного.

— «Клим Ворошилов». А что? Что-то не так? — забеспокоился он.

— Да что же ты раньше-то не сказал? Дорогой ты мой человек. — Думаю я про себя. Вслух же произношу совершенно другое. — А вести-то его кто-нибудь сможет?

— Я и поведу. Мне бы ещё пару человек в экипаж. — Вопросительно смотрит на меня он.

— Найдём, и не пару, а полностью экипаж сформируем. Пушка-то там какая? 76 мэмэ или больше? Снаряды от дивизионки к ней подойдут? — уточняю я, какой это танк КВ-1 или КВ-2, хотя встретить танк КВ-2 в 1942-м году — это фантастика, помнится их выпустили всего около двух сотен штук и летом сорок первого почти все пролюбили.

— Пушка калибра семьдесят шесть миллиметров, так что снаряды от дивизионных орудий как раз подойдут. Вот только где взять? Танк совсем без боекомплекта. — Сокрушается воентехник.

— Найдём. — Не стал уточнять я где, тем более грузовик с ящиками технарь видел. — А пока пойдём, с нашим командиром поговорим, ну и отобедаем заодно.

Раздав ценные указания бойцам, кому и что делать, и назначив старшим на блокпосту сапёра — сержанта Майского, лечу в сторону командного пункта, окрылённый удачей. Вот только бы птица обломинго не прилетела, а пока всё в ёлочку складывается.

— Разрешите обратиться, товарищ старший лейтенант. — Козыряю я, подойдя к командному пункту.

— Хватит выделываться, не на параде. Говори, что хотел. И присаживайтесь, не маячьте, указывает он место рядом с собой.

— Разрешите отлучиться на время. В округе есть кое-что интересное, заодно и разведку проведём в западном направлении, расширим, так сказать горизонты.

— Что ты опять задумал, старший сержант?

— Танк брошенный в округе нашли, и склад ГСМ, разбомблённый. За подробностями к товарищу воентехнику. Я отлучусь на минуту? — Заметив, ошивающегося неподалёку подпаска, машу я ему рукой и иду навстречу.

— Сашко, поесть нам организуй, с товарищами командирами, и вещи мои принеси. Закинь