Юго-западное направление - Алексей Дягилев

— Мародёрствовать предлагаешь?

— Зачем мародёрствовать? Предлагаю усилить наш отряд людьми и оружием. Парочка пулемётов нам точно не помешает, да и разведрота гораздо лучше, чем отделение разведки. Организуем проверку документов, то, сё…

— А как ты себе это представляешь? Чем мы замотивируем такой произвол?

— А не будем ничем мативировать. У нас приказ есть⁈ Бумага с соответствующими полномочиями тоже. Да и «крыша» серьёзная. — Привожу я свои аргументы.

— Что-то я нащёт крыши не понял? — вопросительно смотрит на меня Кравцов.

— Прикрышка от управления НКВД, просто я не так выразился. — Отмазался я.

— Сумеешь организовать? Есть опыт? — задумался командир.

— Да есть. Под Москвой, когда вот также фрицы прорвали фронт, мы себе так пополнение в полку организовали из отступающих. — Говорю я, о чём знаю, ничуть не кривя душой.

— Хорошо, действуй. Что тебе для этого нужно? — переходит Кравцов к конструктиву.

— Трое бойцов, ну и прикрытие с высоты на случай непредвиденных обстоятельств, вдруг диверсанты или шпионы попадутся. Ну и дезертиров и самострелов тоже никто не отменял.

— А с обедом-то что? — интересуется командир.

— Нормально с обедом. Полчаса и будет готово. Сашка там кашеварит. Ну а на запах каши мы много кого поймаем, как на прикормку, главное вовремя подсекать.

— Продуктов-то хватит на роту? — прищурившись, подозрительно смотрит на меня старлей.

— А то. Глядишь ещё и останется. Так что не мешало бы «кормилицу» раздобыть. — Прикидывая, где можно найти «балабас», отвечаю я.

— Ты это про полевую кухню? — смекает Кравцов.

— Ну да. Про неё родимую. Вот, возьмите на время, товарищ старший лейтенант. — Отдаю я командиру свою СВТ и подсумки с магазинами. — С неё вам будет сподручнее нежели из нагана стрелять. — Да и мне лишний груз на поясе не таскать. Думаю я про себя.

— А сам как? — осведомляется командир.

— А мне и пистолета хватит. — Хлопаю я себя по кабуре на правом боку.

— Ладно. Забирай тех, кто тебе нужен и начинайте проверку. — Отдаёт мне боевой приказ старший лейтенант.

С оборудованием пары перекрытых щелей для скрытых НП на южном и северном скатах высотки бойцы практически закончили, осталось только их замаскировать и доработать детали. Так что оставляю на месте сапёров, а с собой беру двоих пехотинцев (Вовку с Рязани и Витьку с Урала), а также второго танкиста (крепыша Серёгу из Пскова). Третьего пехотинца с винтовкой (сибирского парня Гаврилу), отправляю на помощь старшему лейтенанту, он из нас самый меткий, рассказывал, что белку в глаз бил. Но своего друга — бельчонка я ему на расправу не дал, а в стрельбе по мишеням он выбил все десятки. По пути к блокпосту кратко рассказываю бойцам кто и что должен делать, где стоять, и как действовать, хотя несколько тренировок я со своей командой провёл ещё в госпитале, предполагая, что нам придётся делать в первую очередь.

Западный склон высоты 163 был довольно пологий, плавно спускающийся в равнинную, хотя и холмистую местность, и по нему даже проходила просёлочная дорога из Дмитриевки и других близлежащих деревень. Зато три остальных ската были покруче. Блокпост я организовал у самого подножия высоты, метрах в двухстах западнее её вершины. Прикрывающие нас снайпера расположились также на западном скате, шагах в ста пятидесяти от нас, контролируя большой участок дороги. Перекрывать всю дорогу нам смысла нет, транспорт, едущий на юго-запад, нам нахрен не нужен. А вот всех, кто движется к малышевскому мосту, будем проверять. Гражданских беженцев посылать на хутор, к переправам возле Гремячье и Рудкино, а с военными разбираться на месте. Красноармеец Вовка Жмыхов стоит с винтовкой наизготовку, на правой обочине, шагах в пятнадцати позади досмотровой группы. Его задача брать на прицел и отстреливать особо тупых водил, которые не подчинятся приказу об остановке. Я же буду заниматься проверкой документов и груза, так что стою впереди, а бойцы справа и слева от меня, в готовности применить оружие, кстати, у них карабины. Проверяю свой «Люгер», который я снова отжал себе, досылаю патрон в патронник и, вытащив магазин, заряжаю туда ещё патрон, затем убираю его в кобуру. Тоже самое проделываю и с «Вальтером», но этот прячу в правый карман галифе. Восемнадцать патронов всё-таки лучше, чем шестнадцать. Вот теперь я готов, так что выхожу на обочину и жестом гаишника (подняв левую руку вверх), останавливаю, подъезжающий к нам грузовик.

…

Глава 11

Водила оказался не глупым, поэтому тормозит прежде, чем ему продырявят башку. Неспеша подхожу к полуторке и, козырнув, представляюсь старшему машины, сидящему справа. Какому-то воентехнику второго ранга с эмблемами танковых войск на петлицах.

— Старший сержант Доможиров. Служба охраны тыла. Ваши документы!

— По какому праву, сержант? — Открывает дверцу машины воентехник.

— Старший сержант! — Поправляю его я, положив руку на открытую кобуру с люгером. — Ловим дезертиров и диверсантов. — Отхожу я на шаг назад, давая возможность танкисту спуститься с подножки.

— Вот, возьмите. — Сникнув, протягивает он мне свою командирскую книжку. Полистав документ и проверив наличие ржавчины от скрепок, начинаю задавать вопросы товарищу Матвееву.

— Куда следуете?

— В город Воронеж.

— Цель поездки?

— Вообще-то это военная тайна. — Ерепенится воентехник.

— Я же не просто так спрашиваю, а хочу знать, вы просто так драпаете или по приказу свыше. — Слегка наезжаю на него я. — Что везёте? Предъявите накладные на груз.

— Порожняком едем. Соляру хочу в городе отыскать. Технику заправить. — Перестаёт ершиться танкист.

— А вот с этого места подробней. Что за техника? Где? — Окатывает меня холодным потом от предчувствия возможной удачи.

— Наткнулся на брошенный на дороге танк, попробовал завести, в баках пусто. Оставил одного бойца на охране и поехал искать горючку.

— Сомневаюсь я, что вы что-то найдёте в городе. Да и ехать до него вы будете часов пять. — Предупреждаю я Матвеева.

— Почему пять? До моста же недалеко. — Удивляется он.

— Затор на дорогах, пробки, особенно на подъезде к переправе. Да и самолёты немецкие житья не дают, бомбят. — Объясняю я возможные причины задержки.

— И что тогда делать? Как поступить с танком? — вопросительно смотрит он на меня с тревогой в глазах.

—