Последний из рода Грифичей - Дмитрий Шимохин

Приземление вышло неудачное, я почувствовал резкую боль в ноге, но, хромая, смог отбежать от горящего дома к толпе людей и передал в протянутые ко мне руки детей.

Мальчик был без сознания, но вроде живой. А вот девочка не дышала, и я начал делать искусственное дыхание, через некоторое время у нее появился пульс, и она начала кашлять. Тело девчушки было покрыто ожогами. Приглядевшись, я узнал в ней ту саму девочку Берту, которая пыталась украсть у меня монеты.

А после и мальчишка пришел в себя. Расспросив его, стало ясно, что в доме никого больше не было. Люди не переставали бегать с ведрами и заливать рядом стоящие постройки.

Берта же дышала, но не приходила в себя, да и ожоги эти чертовы.

Лекаря, надо лекаря, билось у меня в голове.

— Лекаря сюда, живо лекаря, — вырвался из меня крик.

— У нас в городе нет лекаря, — раздалось из толпы.

Вот, черт. Ну как же так. Берта была у меня на руках, и я вглядывался в ее обожженное лицо.

— Сука! — вырвалось у меня.

Это я виноват, что забыл о них и даже не вспомнил, а я ведь сразу мог помочь им, и не было бы никакого пожара, и она не умирала бы у меня на руках.

— Вот же хрень, — а мысли в голове продолжали метаться.

И тут я вспомнил об Изабелле, странной лекарке, которой понадобились сердца мучеников. Точно, точно.

— Коня, мне коня, — взревел я раненым зверем.

Мне помогли взобраться в седло и аккуратно подали Берту в руки. И, пришпорив коня, я понеся прочь из города.

За городом пришлось перейти с галопа на рысь, чтобы не загнать лошадь. А Берту я укутал в свой плащ.

Уже начинало темнеть, а до Аденска еще ехать и ехать. И вот наступила кромешная тьма, даже луны на небе не было. Мой конь будто сам знал, куда бежать, и вот по стороны леса послышалось тяжелое дыхание, тут же пробежал холодок по спине. А конь заржал и прибавил скорости, было не страшно, но неприятно, да и я больше за Берту переживал, чем за непонятное сопение из леса.

И вот впереди замелькали стены Аденска. Ворота были закрыты, но с помощью громких криков и ругательств я смог поднять стражу, они не сразу меня признали и не хотели открывать ворота. Но все-таки спустя пару минут препирательств они распахнули передо мной ворота, а я понесся в замок к Александру, надо было сменить лошадь.

И ворота в замке были закрыты, так что пришлось поднимать криками и матом стражу, вот только здесь меня признали сразу и пустили. Стража побежала докладывать барону о моем приезде, я же направился к конюшне.

Возле которой меня встретили Арно и Мол, еще сонные. Вышли они из недавно построенного домика, расположенного рядом с конюшней. Та была полностью отремонтирована, от былой покосившейся развалины не осталось и следа.

— Доброй ночи, — и я улыбнулся им, — помогите слезть с коня.

Подошедший Мол взял девочку у меня из рук, а Арно помог спуститься с коня.

— Что с вами, ваша светлость? — изумлённым голосом спросил Арно.

— Ничего страшного. Дай мне свежего коня, а моего помой и накорми. Утром Александру скажешь, что я поехал в деревушку к лекаркам, он поймет в какую. На обратном пути я заеду к нему, и решим с ним насчет моего самоуправства, надеюсь, он не будет на меня зол.

— Как вы в одиночку добрались? Говорят, по ночам за пределами города бродит медведь или стая огромных волков. Они уже загрызли нескольких крестьян, да и охотники, которые вышли за ними на охоту, не все возвращаются, — высказался Мол.

— Если у них льется кровь, то я справлюсь, — беззаботно отмахнулся я.

Арно вывел нового коня из стойла, снял седло с моего и оседлал нового. С помощью Арно и Мола я сел на коня.

— Ваша светлость, я понял, о какой деревне вы ведете речь, я знаю, где она находится, может, с вами стоит поехать, чтобы вы не заплутали, все-таки на дворе ночь, — высказался Арно.

Я же задумался, а так-то он прав, если я заплутаю в ночи, будет только хуже.

— Хорошо, давай быстрей, — дал я ему свое согласие.

Чтобы оседлать новую лошадь, потребовалась пара минут.

И вот мы вместе с Арно несемся в ночи.

Уже светало, когда мы въехали в небольшую деревушку. Хотя это был, скорей всего, хутор из нескольких жилых домов. Я остановился у самого большого по сравнению с остальными. Из небольшого домика напротив вышла Изабелла, а с ней еще две молодые девушки. Они сначала напряглись, но после Изабелла признала меня и улыбнулась, что-то шепнув на ухо стоявшим рядом. Одна из которых тут же направилась в большой дом, ни разу не взглянув на нас.

— Здравствуй, Изабелла! Ты говорила, что вы хорошие лекари, нужна ваша помощь, — и я протянул к ним Берту.

Девушка, стоявшая рядом с Изабеллой, взяла Берту на руки.

После чего я спрыгнул с коня и, не устояв на одной ноге, упал к ногам Изабеллы. Она улыбнулась и задорно хихикнула, но помогла мне подняться.

— Что с вами случилось? — игривым голосом спросила она

— Неудачно выпрыгнул из окна. Если и мне поможете, то вдвойне вам буду благодарен.

— Обопрись на меня, я провожу тебя в дом, — предложила Изабелла.

Как же я могу на тебя опереться, когда ты маленькая и хрупкая. Я уж лучше сам допрыгаю. И я попрыгал к крыльцу на одной ноге, наверно, было презабавное зрелище, так как Изабелла не смогла сдержать улыбки, да и Арно лыбился.

— Арно, ты можешь здесь, наверно, тоже остаться, только у здешних хозяек надо спросить, — и я посмотрел на Изабеллу.

— Ваша светлость, я все же лучше вернусь в Аденск и доложу все барону.

— Тогда легкого пути и спасибо за помощь.

Я же вошел внутрь большого дома. И оказался в просторной комнате. У стены по правую руку от входа стоял стол, на котором уже лежала Берта. Рядом со столом была широкая скамья.

— Подожди здесь. Сейчас наша старшая сестра подойдет, — сказала девушка, которая забрала Берту. Сев на лавку радом со столом, ко мне подошла Изабелла.

— Снимай сапог, — приказным тоном сказала