Диверсанты - Алексей Дягилев

Среди задержанных попались не только мужики разного возраста, но и бабы, а также подростки. Допрос проводили в каморке, рядом с остывающим трупом сторожа, убитым профессиональным ударом ножа в печень. Не повезло старику, долго мучался. Пацюк был добрым следователем, я злым. Выявляли не только убийцу, но и зачинщиков с подстрекателями и диверсантов. В основном все сотрудничали со следствием, кого-то пришлось «колоть», жёстко и быстро. В результате шестерых прислонили к стенке, в основном уголовный элемент, вычисленный по повадкам, а в основном по наколкам, личные данные прочих задержанных занесли в гроссбух (большую амбарную книгу по учёту товара).

— Что с остальными будем делать, Николай? — спросил у меня Пацюк, когда мы перекуривали после исполнения приговора.

— Не знаю, Семён. Я бы их отпустил нахрен. — Честно ответил я.

— Всех? — удивился он.

— А куда, ты, их денешь? В участок сдашь? Или к стенке поставишь?.. Я что-то ни одного постового на улицах не увидел. — Продолжил я гнуть свою линию.

— А с лабазом что делать? Разворуют же всё. — Не унимался Семён.

— Ты же у нас из органов, тебе и решать. Вечер уже, а никого из начальства на складе нет, даже заведующего. Убитый сторож не в счёт. Я бы всё вывез на нашу базу. Бойцов чем-то кормить надо. — Дал я полезный совет.

— Тогда чем мы будем отличаться от этих? — кивнул он на трупы, остывающие у стены здания.

— Целями и задачами. У них было целью — обогащение. А наша цель — бить врага, да и задача та же. А для этого бойцы должны быть сыты, обуты, одеты. Голодный боец много не навоюет. — Наталкиваю я Пацюка на правильное решение.

— Оно как бы правильно, но всё же… — Всё ещё сомневался Семён.

— Если сомневаешься, оставайся. Стереги народное добро и задержанных. Жди заведующего лабазом. Один грузовик с отделением я тебе оставлю. На втором на разведку смотаюсь, осмотрюсь, пока шарик за горизонт не закатился. Вернусь сразу на базу. — Не стал я больше настаивать на своём. Пускай думает собственной головой.

— Хорошо, так и поступим. А где тут мешки валялись? — Поинтересовался на всякий случай Пацюк, оглядевшись вокруг.

— Так не было ничего. Мародёры всё растащить успели. Мы же их не сразу накрыли. — Успокоил я совесть младшего лейтенанта из органов.

— Ну, если мародёры, тогда ладно. — Поморщился он.

— Да, кстати, этих где-нибудь прикопайте. — Показываю я в сторону стенки. — Силами прочих задержанных. Пускай прочувствуют до самого ливера, чего они избежали. Ладно, поедем мы, до встречи на базе. — Прощаюсь я с Пацюком.

— Езжайте. Выедете на улицу, на первом перекрёстке свернёте налево, потом направо и по центральному проспекту доедете до окраины. — Указал мне маршрут Семён.

По совету Пацюка мы выехали на центральный проспект и рванули прямо на северо-западную окраину города, решив обратно возвращаться другой дорогой. Лучше уж сделать крюк и объехать степью, чем пробираться через завалы на узких улочках в разбомбленном городе, да ещё в темноте. Сидим в кузове, удобно устроившись на ящиках и мешках с продовольствием. Пока мы занимались хернёй, допрашивая задержанных, Вовка Жмыхов быстренько подсуетился и организовал бойцов для сбора утащенного со склада. А так как места в полуподвале не было, он и распорядился прибрать всё в кузов одной машины, на ней мы сейчас и едем.

На окраине города натыкаемся на бойцов из батальона лейтенанта Ушакова. Третий батальон оборонялся за противотанковым рвом, заняв позиции в готовой траншее, выкопанной в полукилометре от рва. А так как людей в нём было меньше, чем в роте, то и участок прикрытия был небольшим. Про глубину обороны речи вообще не шло. Все три собранных из отступивших бойцов взвода, находились в траншее, вытянувшись в одну линию. Из тяжёлого вооружения имелось только два станковых пулемёта, один в центре, другой на правом фланге. Левый фланг за шоссе прикрывали широкий овраг и ручей, протекающий по его дну. Справа от шоссе овраг тоже был, только гораздо уже, но тут с ним творчески поработали, местами углубив и срыв пологие откосы. В результате получился противотанковый ров. Всё бы ничего, но противотанковый ров-овраг можно было обойти с севера, и ударить батальону по открытому правому флангу. Или прорваться прямо по шоссе, пустив вперёд бронетехнику. Тем более через ручей был сооружён крепкий мост, а слева прямо к оврагу примыкал фруктовый сад. Справа же от дороги рос лес, примерно в километре от балки, в котором легко могла накапливаться и укрываться как пехота, так и артиллерия супротивника. Мост естественно никто не взрывал, так как шоссе связывало передовые батальоны с тылом дивизии, по той же причине его даже не заминировали.

Узнали мы и подробности боя батальона на предмостных позициях.

После нашей нечаянной провокации с танком, командование зашевелилось и железнодорожный мост подорвали, уронив в реку один пролёт у левого берега. В связи с чем усиленная рота, стоявшая на предмостных позициях, отошла со станции Семилуки к основным силам, уплотнив боевые порядки батальона Ушакова. В результате третий батальон держался до самого вечера, отбивая многочисленные атаки противника, но всё равно был разбит и выдавлен с предмостных позиций в северном направлении. Отбивать атаки немецкой мотопехоты ещё получалось, но когда в бой вступили штурмовые орудия, наступил перелом. Батарея «сорокапяток» продержалась недолго, боевого опыта у противотанкистов не было и они стреляли по «танкам» с максимальной дистанции, целясь в лоб. И хотя попадали, но толку от этого. Единственный расчёт подбил две самоходки, стреляя по гусеницам, остальные почти зря погибли. Не спасла положение и рота противотанковых ружей. Немцы сменили тактику, медленно продвигаясь вперёд небольшими группами. Следом шли штурмовые орудия, поддерживая атаку своим огнём, гася в первую очередь пулемёты и прочее тяжёлое вооружение. Так что в конце концов оборона посыпалась. Оставшиеся в живых бойцы отошли в лес между сёлами Старые Семилуки и Губарево, затем переплыли на левый берег на подручных средствах.

Противник попытался захватить переправы, но понтонный мост взлетел на воздух. Автодорожный мост пострадал частично, так как не сработала часть зарядов, и для переправы любой авто и бронетехники был непригоден. Требовался ремонт. Зато два небольших плацдарма фрицам удалось захватить практически сходу, как раз в районе мостов. Ночью их почему-то никто не побеспокоил, а днём уже было поздно. Мотопехотные батальоны переправились