Год 1976, Незаметный разворот - Александр Борисович Михайловский

за бронзовые перила, чтобы не упасть от потрясения. В глазах все плыло, и живот сводили спазмы. Это было даже страшнее того момента, когда в Белостоке герр Серегин, разозлившись на мою бестолковость, принялся демонстрировать атрибуты своей истиной сущности. С обреченностью я подумал, что теперь, пожалуй, мой новый костюм будет безнадежно испорчен...

А эта женщина-дьяволица медленно поднялась еще на несколько ступеней и встала почти плотную ко мне - так, что наши глаза оказались на одном уровне. Но - вот удивительно - пахло от нее совсем не серой. Она благоухала фиалковыми духами... очень тонкими, приятными - вероятно, французскими...

Она оглядела меня с ног до головы, и лицо ее исказила ироничная усмешка.

- Ну, чего уставился? - сказала она. - Живую деммку никогда не видел?

Мне с перепугу показалось, что она сказала «демона». Но при этом голос ее был совсем не устрашающ, как это свойственно демонам - в нем не был ни зловещих завываний, ни скрежета, ни рыка, ни сиплости. Наоборот, в нем слышалась та грудная бархатная хрипотца, что так нравится мужчинам... Это было очень странно и неожиданно, и в этот момент я с облегчением обнаружил, что спазмы немного отпустили меня. Костюм был спасен...

- Чего смотришь, говорю? - вновь подала она голос, строго глядя на меня. - Ты что, немой? Это неприлично - так долго разглядывать даму! У вас плохое воспитание, молодой человек!

Я ощущал всю абсурдность происходящего, но вместе с тем мой страх отступал. Она разговаривала со мной хоть и немного несмешливо, но как... как женщина, а не исчадие ада. Я понял, что от нее не исходит никакой угрозы, и это так меня обрадовало, что я глупо улыбнулся и внутренне расслабился.

- Ты что, дурачок? - спросила меня «дьяволица».

- Да! - ляпнул я, решив, что лучше будет во всем с ней соглашаться.

Она некоторое время смотрела на меня как-то оценивающе, что ли. Ну и я на нее смотрел. Она уже не казалась мне бесконечно ужасной. В ее лице я даже нашел признаки экзотической миловидности. Да что же это за существо такое? Я не мог не обратить внимание и на ее декольте, оценив ее достоинства в полной мере. Но что это? Никак крестик?! Точно - прямо в ложбинке меж ее грудей лежал маленький серебристый крестик, какой обычно носят приверженцы ортодоксальной религии. И настолько этот атрибут не вязался с ее демонической внешностью, что я просто застыл в изумлении, приклеившись глазами к этому крестику.

И тут она с нарочитым, как мне показалось, возмущением, воскликнула:

- Фу, молодой человек, как не стыдно так открыто пялиться на мою грудь! Отвратительное воспитание - даже для самца бесхвостых-безрогих!

И при этих словах она... взмахнула хвостом! Да-да, хвостом - я сразу и не заметил его, ведь он был сзади. Хвост был точно такой, с каким изображают бесов - длинный, как плеть, и с кисточкой на конце. Возмущенное движение этой части ее тела словно вывело меня из ступора.

- Простите, фрау, то есть фройляйн... Я смотрел совсем не на вашу грудь, а на крестик... -пробормотал я.

- Чтооо?! - снова воскликнула она. - Значит, ты не находишь мою грудь красивой? Она тебе не нравится? Отвечай!

Я совершенно растерялся и не знал, что ответить. А она приблизилась ко мне, поднявшись еще на ступеньку, так, что ее упругие полушария оказались прямо перед моими глазами, и нарочито грозно сказала:

- Отвечай правду, гадкий мальчишка! Нравится или нет? Или ты из этих... Ну!

- Н-нравится... - начал я лепетать, непроизвольно отстраняясь от нее, потому что почувствовал, как в левую штанину уперлась какая-то толстая и горячая палка. - Конечно, нравится...

Со стороны я, наверное, выглядел смешно. Смешно и глупо. Но что мне оставалось делать? В такую ситуацию, когда рослая краснокожая демоница с рогами и хвостом тычет мне в нос свою грудь и требует оценить ее, я еще не попадал... Мало мне было потрясений сегодняшнего дня. Нужно было еще столкнуться на лестнице с этим немыслимым существом женского пола, которое наверняка теперь не отпустит меня так просто... Еще и изнасилует, пожалуй... Нет, только не при таких обстоятельствах...

Но она вдруг отступила на шаг, улыбнулась и сказала:

- Ну, так-то лучше. А то я этих самых... ну ты понимаешь... ненавижу! - Она красноречиво потрясла перед собой когтистыми ладонями. - А вот настоящих мужчин люблю! - Она игриво подмигнула мне, отчего я явственно вздрогнул. - Ты вообще кто такой? Новенький, наверное? То-то шарахаешься, словно перед тобой черт выскочил, а не прекрасная женщина! - И она весело засмеялась своей шутке, очевидно, находя ее очень остроумной.

Однако я сразу вспомнил о том, что я все же джентльмен. Приподняв свою шляпу, я представился:

- Рейнхард Гейдрих, к вашим услугам!

Она склонила голову к плечу и сказала, саркастически приподняв одну бровь:

- А, вон оно что! Теперь я поняла. Ты и есть тот самый проклятый всеми богами нацистский главарь, которого наш Серегин так удачно поймал в свои сети! Не могу сказать, что мне очень приятно... но все же отмечу, что ты не из робкого десятка... Обычно люди, увидев меня, а тем более столкнувшись на темной лестнице, сразу падают в обморок, а ты, кажется, всего лишь испортил свой костюм... Или нет?

- Нет... - обескураженно пробормотал я.

- Ну тогда вообще замечательно! - Она обнажила в улыбке белоснежные острые зубы; впрочем, улыбка эта была довольно издевательская. - Ладно, мне недосуг тут с тобой разговаривать, у меня дела. Ты, я вижу, на прогулку собрался? Ну что ж, удачно тебе прогуляться, Рейнхард Гейдрих! Вот настанет ночь, и тогда мы снова встретимся с тобой... Да ты не бойся - я ведь не Кибела, которая выписывает своим одноразовым любовникам билет в один конец... Пока-пока, птенчик, до новой встречи!

И она устремилась мимо меня вверх по лестнице, шурша своими фиолетовыми юбками. Я лишь успел заметить, что никаких копыт у нее нет - обычные женские ноги, примерно тридцать девятого размера...

Когда ее шаги затихли, я вытер пот со лба и продолжил свой спуск. Потрясение еще долго не отпускало меня, и я подозревал, что эта встреча и в самом деле будет далеко не последней...

20 февраля 1918 года, Раннее утро, Бывшее великое княжество Финляндское, воздушное пространство в окрестностях города Вааса, высота 1000 метров, рубка штурмоносца «Богатырь»

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Мы упали белофиннам на голову внезапно, как летний снег. Никаких наземных порталов -все было до предела натуралистично и футуристично. В ранний утренний час километрах в десяти южнее Ваасы в