Кредо сиротинушки - Квинтус Номен
Понятно, что какие-то там долги по зарплатам немецким рабочим (которые почти все из Данцига выехали в Германию и неплохо устроились уже на заводах в Дюнкерке, Кале и Гавре, ставшими теперь германскими городами, которые правительство Гиденбурга усиленно «онемечивало») Саша выплачивать даже не собирался. А вот судостроением он решил заняться всерьез, причем судостроением довольно специфическим: в Кенигсберге и Данциге (и на небольшой верфи в Эльбинге) почти сразу после перехода верфей в компанию Андрея началось строительство рыболовецких траулеров. Обе верфи в Данциге были объединены в одно предприятие, так что на них теперь одинаковые суденышки строились (что стоимость их прилично сокращало). Но пока что эти траулеры получались примерно вдвое более дорогими, чем те, что для своих нужд строили в других странах Европы. Но причина была не в том, что «понаехавшие русские рабочие» не умели суда дешево троить, а в том, что траулеры эти делались гораздо более «современными». Ведь бывшая Императорская верфь при немцах специализировалась на постройке подводных лодок и там уже делались очень неплохие дизельные моторы — а теперь эти моторы и на «рыбаков» стали устанавливаться. То есть моторы при немцах производись компанией MAN, но на верфи была захвачена и вся документация по двигателям — а русские инженеры уже неплохо и сами умели моторы изготавливать, так что к моменту приобретения Сашей верфей таки двигатели уже на заводах компании начали выпускаться, причем даже мощность их смогли повысить с восьмисот пятидесяти до девятисот пятидесяти сил. А кроме «современных моторов» нам е ставились и «современные холодильные установки», которых вообще ни на каких судах в мире еще не ставилось — и «очень дорогие траулеры» теперь могли рыбу ловить даже там, куда другие «рыбаки» и не совались, так как улов до берега свежим довести не имели возможности.
А чтобы им все же по-настоящему можно было выйти на океанские просторы, на верфи, которой раньше владел Цизе, началось строительство уже вообще каких-то «монструозных» судов: там заложили сразу шесть «рыболовецких плавбвз» и дюжину средних размеров судов-рефрижераторов. То есть средних для нынешних времен: плавучие морозильники для перевозки на берег рыбы строились грузоподъемностью по три тысячи тонн. Однако по сравнению с «плавбазами» они все же выглядели и не особо большими: те только топлива для траулеров должны были в море перетаскивать по восемь тысяч тонн (и собственные морозилки, позволяющие накопить рыбу для двух полных рефрижераторов там тоже имелись).
А еще крупный заказ новое предприятие получило уже от военного министерства: Николай Николаевич не «забыл», что именно в Данциге у немцев было налажено крупное производство подводных лодок (а для десятых годов — вообще крупнейшее в мире), поэтому тут же оформил заказ на постройку (и хорошо, что не сразу, а в течение десяти лет) полусотни подводных лодок «по германским проектам». На Императорской верфи были захвачены в разной степени готовности шесть подводных лодок, и Саша «заказ принял» — правда имея в виду уже начатые лодки достроить, а затем уже приступить к постройке лодок «собственной конструкции». Но вовсе не тех, которые уже были русскими корабелами спроектированы — и по его предложению Андрей у себя в компании организовал новый «кораблестроительный институт». Не учебный (точнее, и учебный тоже, но как раз «учебная часть» там была организована небольшая), а конструкторский. А организацией этого института занялся именно Андрей прост потому, чт у него было очень много знакомых среди студентов и выпускников московских инженерных учебных заведений, и он как раз молодежь и этот институт и набрал. Ну и несколько уже профессиональных кораблестроителей тоже — ну а Саша тут поучаствовал лишь в плане финансирования этого института. Потому что в любом случае из Валерия Кимовича судостроитель всяко получиться бы не мог…
Впрочем, Саша и не стремился стать хоть в чем-то (то есть в каких-то науках инженерных) специалистом, он в основном занимался «организационной работой». Хотя бы потому, что именно такая работа стала исключительно важной, ведь любой, даже самый современный завод не может работать сам по себе, для его работы нужны и рабочие, и разное сырье с материалами, и энергия, и очень много всякого другого — а вот с этим все же в России было не очень-то и хорошо. Те же верфи в бывшей Пруссии раньше обеспечивались металлом из Рура, а теперь металл туда нужно было возить с российских заводов. Но даже считая, что нужной стали Россия производит «сколько угодно», проблема оставалась: железные дороги в тот же Данциг были перегружены до предела. Вариант вощить сталь морем рассматривался, но чтобы ее вощить на судах, ее требовалось где-то на суда эти погрузить — а порты Петербурга и Риги тоже от простоев не страдали. Но эту проблему все же как-то решить было можно, а вот с рабочими дело обстояло хуже.
Во-первых, рабочих в России пока что просто не хватало — если говорить о профессионалах. А во-вторых, их особенно не хватало как раз в Данцигской и Кенигсбергской губерниях. Потому что много рабочих-немцев выехали в Германию, а не немцы… Что удивило Сашу больше всего, когда он только начал изучать ситуацию в Данциге и Кенигсберге, так это то, что немцев оттуда уехало почти половина из тех, кто на верфях работал, а вот рабочие-поляки покинули город (и вообще Россию) почти поголовно. При том, что в Германии поляков чаще всего даже за людей не считали. Но это, как решил Валерий Кимович, их собственный выбор — и Саша на очередной встрече с Вячеславом Константиновичем «продавил» постановление триумвирата о то, что «бывшие жители новых российских территорий, выехавшие с этих территорий и не принявшие перед выездом российское подданство или гражданство, могут возвратиться на прежнее место жительства только имея на руках подписанный срочный — не менее чем на три года — контракт с промышленными предприятиями, принадлежащим гражданам России или Российскому государству».
То есть в постановлении много и о других вещах говорилось, в частности, там подробно расписывались и имущественные отношения, касающиеся «брошенной недвижимости» и сельхозземель, но для Саши главным было именно отношения с «убежавшими работягами». Потому что рабочих на полученных там предприятиях (а компания Андрея и немало других заводов и фабрик сумела заполучить в собственность) не хватало исключительно сильно, однако «набирать на работу кого попало» у Валерия Кимовича желания не было ни
