Тренировочный день 7 - Виталий Хонихоев

лето же. Куда Айгуля подевалась не знаю. У нее дома трубку бросили… наверное опять с предками поругалась.

— У нее мама строгая. — подает голос Аня Чамдар: — традиционная. Они из аула рядом с Ташкентом, там у них все строго было.

— Ты тоже узбечка, но у тебя не такая мама. — говорит Алена: — а у нее чего так?

— Я все равно городская больше. — вскидывает голову Чамдар: — у меня и семья маленькая, а не как у Айгули. У нас там чем дальше от города, тем больше в средневековье погружаешься. Если совсем в горы уехать, то можно и басмачей увидеть. Прямо «Кавказская пленница» какая-то.

— Надо будет узнать, может Салчаковой помощь нужна. — говорит Маша Волокитина.

— Не нужна ей никакая помощь. — прищуривается Наташа Маркова: — она с Витькой на озера уехала.

— Брешешь! — подскакивает на месте Алена: — откуда знаешь⁈ Лилька! Ты слышала⁈

— А? — Лиля Бергштейн поворачивает к ним голову и приспускает солнцезащитные очки так, что становится виден фиолетовый фингал под глазом: — чего?

— Так она мне и рассказала! — говорит Маркова: — Витька взял нашу Айгулю и двоих соседок по общаге и укатил в закат на белой «Ниве»! Три девушки и один тренер! Сюжет для фортепиано с оркестром!

— Маркова, ты седьмая на скамейке запасных в областной команде, сгоняй за газировкой. — замечает Маша Волокитина: — хватит тут мне базар-вокзал разводить и сплетни гонять. Куда там Витька отправился и с кем — нас не должно волновать.

— Как это не должно? — удивляется Наташа Маркова: — они же официально с Лилькой парочка! Я тут за сбережение ячейки общества и вообще Витька кобель!

— Маркова, все знают, что ты ему в кабинке туалета после матча предлагала «записать сингл через микрофон-повесу», успокойся уже. — говорит Алена Маслова и зевает во весь рот.

— Это я в порядке испытания! Чтобы удостовериться что он Лильке верен! И… — Наташа оглядывается и замолкает. Садится на деревянную скамейку и старается стать как можно более незаметной.

— Вот. — с каким-то мрачным удовлетворением говорит Маша Волокитина: — вот! Маслова не выспалась, муху сейчас проглотит. Вы на нее поглядите. И хватит Полищука обсуждать, он и так чудо сотворил, вничью с «Крылышками» нас свел. И если он там сейчас Салчакову «особыми» тренировками тренирует, так и пожалуйста, лишь бы на пользу. Вон, Лилька не против… Лиля!

— А? — рассеянно отзывается Лиля: — чего?

— Бергштейн, ты чего такая улетевшая сегодня? — удивляется Маша Волокитина: — в облаках витаешь всю дорогу, что с тобой?

— Да так… — девушка еще раз оглянулась через плечо: — мысли у меня есть…

— Если у нашей Кайзер мысли появились — это прямо чудо какое-то. — говорит Маша и хлопает в ладоши: — ну все, собрались! Сегодня — командный выходной! Прогуляемся по парку, сходим в кино и зажгём на танцплощадке. Но недолго. В одиннадцать все по домам, потому что режим. — она поднимает палец вверх: — а Салчакову с Полищуком и Синицыной накажем потом.

— Ну-ка… — Лиля резко встает со своего места и направляется куда-то вглубь парка, к другой беседке, закрытой от них зеленью высоких кустов и деревьев.

— Лилька! — повышает голос Маша Волокитина, но та ее не слышит.

— И чего на нее нашло? — моргает Алена Маслова: — как будто подменили и…

— К «Крылышкам» пошла разбираться. — лениво замечает Маркова: — они в соседней беседке устроились, я Казиеву и Громову видела. Если там и эта Железнова, то сейчас пух и перья полетят во все стороны…

— Серьезно⁈ — Алена Маслова вскакивает на месте: — а ну пошли глянем! Ставлю на нашу Лильку, она этой столичной фифе волосы-то повыдергивает!

— Чего⁈ А ну-ка стоять! — Маша спешит за Лилей вслед, еще не хватало чтобы мелкая либеро дала волю своему характеру… она же берегов не видит совсем!

Когда она выходит из-за кустов к соседней беседке, то видит картину маслом — ее подругу уже оттаскивают от взъерошенной и помятой Железновой. И на секунду у нее в голове вспыхивает ярость, как они посмели ее тронуть⁈

— Эй! — повышает она голос и отталкивает чужие руки: — а ну убрали свои лапы! Отпустила я сказала, слышишь⁈

— А, вот и ты! Усмири свою отмороженную! — та, чьи руки она убирает — смуглая, высокая и с упругими мышцами, перекатывающимися под гладкой кожей. Сабина Казиева, капитан команды «Крылья Советов».

— Руки убрала! — Маша оттаскивает Лилю назад: — а ты… угомонись уже!

— Маша! — Лиля стаскивает солнцезащитные очки с лица: — дай я сама!

— Лилька! — Маша повышает голос: — а ну прекрати немедленно!

— Вот-вот! Намордник на нее надень! — подает голос Сабина Казиева: — совсем с катушек слетела!

— А ты вообще заткнись! — огрызается Маша Волокитина: — если бы не ваша Железнова, так и не было бы ничего!

— А по-моему заслужила. — откуда-то из-за спины говорит Алена Маслова: — отпусти ее, Маш. Пусть она ей голову оторвет, чтобы знала в следующий раз! Она ж Лильке лицо всмятку, гадина такая!

— Да что ты говоришь! — внезапно вызверилась Сабина Казиева, шагнув вперед: — что ты говоришь! Арина ей один раз в лицо попала! Случайно! А ваша бешенная что натворила⁈ Арина! А ну иди сюда! Снимай очки! Снимай, я сказала! Вот! — и капитан команды «Крылья Советов» выставляет вперед поникшую головой Железнову. Некоторое время все молчат. Маша Волокитина изучает лицо девушки. Железнова опускает лицо, поспешно надевает очки и прячется за спину Казиевой.

— Ээ… — говорит Маша, все еще удерживая Лилю за плечи: — … ну…

— У нее не лицо, а отбивная. — заявляет Сабина: — вам чертовски повезло что это товарищеский матч был. Ваша либеро — сам дьявол во плоти, вот зачем нужно было три раза ей в лицо бить⁈ Да еще каждый раз усиливая удар⁈ Ладно один раз, око за око я все понимаю, но, сука, три раза! У нас сборы через неделю, у нас жеребьевка в начале августа, а Арина с сотрясением! Да вы охренели совсем в вашем Колокамске!

— Ну… она первая начала… — неуверенно говорит Алена Маслова: — первая же…

— Если бы дело было во время