Странник - Михаил Русаков

больнице. Может, дело в этом? Но Вы правы, что его надо переводить. Завтра… Нет, прямо сейчас оформите перевод и отправьте в приёмно-эвакуационное отделение, а я позвоню оперативному дежурному штаба госпитальной базы, пусть решает, что с ним делать.

– Есть оформить перевод!

Сергей Петрович вернулся в ординаторскую своего отделения.

– Приказано оформить перевод в специализированный госпиталь и отправить в приёмно-эвакуационное отделение. Вы знаете, как это пишется?

– Да, давайте, в отличие от мирного времени, долгой писанины не надо. Короткая запись в истории, отметка в карточке и всё. Вы идите, я всё сама сделаю.

– Тогда я зайду в приёмник224 и скажу, чтобы прислали санитаров. До свидания!

– До свидания!

Сергей Петрович зашёл в приёмно-эвакуационное отделение, объяснил ситуацию и попросил послать санитаров, чтобы забрали раненого из отделения. Потом пошёл в казарму переодеться. Дверь в его комнату была запрета, но кроватей в ней не было, а вещи, оставленные на одной из них, были переложены на стол. «Запасные ключи, всё правильно», – догадался Сергей Петрович и стал переодеваться. Пропотевшую нижнюю рубаху он, сначала, хотел взять с собой, чтобы Серафима её постирала, но потом решил, пока, оставить здесь и завтра выяснить у сестры-хозяйки, нельзя ли её постирать в госпитале.

Домой он пришёл около восьми часов. Сима не спала и что-то стирала в ванне.

– Добрый вечер! Как прошёл день?

– Тяжело. Привезли сразу сто человек, умаялись принимать. Если можно, я бы помылся и лёг спать.

– Да-да, сейчас освобожу.

Сергей Петрович сходил в комнату, разделся до плавок и, прихватив пижаму, вернулся в ванную. Серафима уже переложила бельё в таз и наполняла ванну водой.

– Нет-нет, я не буду сидеть. Я быстренько помоюсь под душем.

Сима тут же выключила воду и выдернула пробку.

– А можно я тебе спинку потру?

Сергей Петрович посмотрел на её порозовевшие щеки, подумал, что спинкой дело не ограничится и согласился. Серафима тут же завладела мочалкой и стала его везде намыливать, в том числе и там, где он бы предпочёл помыться без её помощи, чем вызвала вполне определённую реакцию. Одновременно она рассказывала, как у неё прошёл вчерашний день. Большую часть Сергей Петрович пропустил мимо ушей, зацепился только тогда, когда Сима, рассказывая о дне рождения Ольги, перевязочной сестры 1-го отделения, которое отмечали вчера, сказала, что на девичник приходила и Лиза, перевязочная сестра 2-го отделения.

– Знаешь, она до войны лет десять работала перевязочной сестрой в городской больнице где-то под Москвой. И повидала многих врачей, в том числе и в этом госпитале. И она говорит, что ещё не встречала никого, кто бы так грамотно и уверенно работал с гнойными ранами. И все гадали, где же ты работал, что так хорошо всё это знаешь?

Пока Сергей Петрович смывал с себя мыло, Серафима, продолжая болтать, взяла полотенце и не дала ему самостоятельно вытереться. Но, закончив вытирать ноги и то, что между ними, она сама натянула на него пижамные трусы.

– Ты ложись, не жди меня, мне надо закончить стирку.

Сергей Петрович последовал её совету и почти сразу заснул. Но проснулся, когда она легла и прижалась к нему грудью. Немного полежав, он повернулся на бок и стал поглаживать Симу по спине.

– Ты не думай, я конечно, хочу, но не так, чтобы очень. Так что спи.

– Ты насильница. Ты думаешь, я теперь смогу так просто уснуть? Иди уж сюда…

Утром они, опять вместе, пошли пешком в госпиталь, позавтракали (макароны по-флотски, компот из свежих яблок) и разошлись по своим отделениям. Серафима переодевалась в отделении, в сестринской, а Сергей Петрович, как обычно, зашёл в казарму переодеться и, заодно, прихватил оставленную там вчера рубаху. Поднявшись в отделение он, первым делом, зашёл к сестре-хозяйке.

– Доброе утро! Скажите, а что делать с грязным? Мне вот рубашку надо постирать. Это как-то здесь организовано или надо брать домой?

– Здравствуйте, Сергей Петрович! Зачем же домой. Давайте сюда, я её, сейчас, надпишу и сдам в прачечную вместе с халатами. И вот, возьмите штаны, я их уже надписала. А тапочек, пока, нет.

– Спасибо!

Сергей Петрович взял 2 пары линялых пижамных брюк, но решил померить их потом, когда будет вечером переодеваться перед уходом домой. Тем более, что носить их с сапогами было бы неудобно.

Когда он пришёл в ординаторскую, Светлана Павловна была уже там.

– Здравствуйте, Светлана Павловна!

– Здравствуйте, Сергей Петрович! Знаете, мне понравилось, как мы вчера работали. Вы разбираетесь в гнойных ранах лучше меня, да и получилось намного быстрее, чем если бы мы перевязывали по очереди. Зато у меня почерк разборчивее, а то ваши записи я разбираю с трудом.

– Я его тоже иногда плохо читаю. В общем, я не против. Только давайте лежачих будем возить в перевязочную, всё равно мы каталку используем. Вчера ведь получилось быстро не потому, что я такой быстрый, а потому, что не было задержек со сменой раненых.

Так они и работали. Часа через полтора заглянул Сухарченко и поинтересовался, как дела у того раненого, которого они вчера с ним обсуждали.

– Мы до него ещё не добрались, – ответила Светлана Павловна.

– Ладно, в другой раз скажете.

Обедать они пошли вместе. Обед (борщ со сметаной, куриные котлеты с перловой кашей и кисель из свежих яблок) им принесла женщина в белом переднике, видимо, подавальщица, а не раненый из команды выздоравливающих, как раньше. Когда они уже заканчивали, в комнату заглянул Кролик и сказал, что через двадцать минут начальник госпиталя собирает всех врачей на совещание.

Когда все собрались, Сухарченко, не вставая из-за стола, сказал:

– Я, сегодня, уже почти со всеми виделся, так что здороваться не будем. Я вас собрал, чтобы проанализировать результаты вчерашней работы. А результаты довольно безрадостные.

– Первое. Только одно отделение заранее позаботилось о том, чтобы перевести выздоравливающих в реабилитационное отделение и освободить койки для поступающих. Старшему врачу второго хирургического отделения Белояровой, выполняющей обязанности начальника отделения, объявляю благодарность.

Сухарченко замолчал и посмотрел на Светлану Павловну, ожидая её реакции. А та покраснела и растерянно смотрела на Сухарченко, не зная, что делать. Сергей Петрович наклонился к ней и прошептал:

– Служу Советскому Союзу.

Светлана Павловна начала неуверенно повторять:

– Служу Совет…

Сергей Петрович ткнул её локтем в бок.

Светлана Павловна, наконец, встала и сказала:

– Служу Советскому Союзу!

И замерла, не зная, что делать дальше. Сергей Петрович дёрнул её за халат, только после этого она села.

– Второе. Только во втором отделении сразу перевязали всех вновь поступивших. В остальных отделениях ограничились заполнением историй болезни, перевязали только