Наследник из Бомбея - Роман Соловьев

Кейптауна в очень плохом состоянии, корабль едва не затонул и попал под сильный шторм. Боюсь, на ремонт уйдет не менее четырех-пяти тысяч фунтов…

— Со временем я лично займусь проверкой всех фрегатов. Есть проблемы с рабочими кадрами?

— Нет. С кадрами все отлажено. С вашего позволения, сэр, я прямо сейчас вызову Александра Дункана, он заправляет ирландцами на судоверфи…

Как только управляющий вышел, в двери постучались и заглянула Молли:

— Сэр, может вам принести чай или кофе?

— Пожалуй, мэм, сделайте кофе. И побольше сахара…

Я осмотрелся. Стены кабинета отделаны под дерево мелкой реечкой и покрыты уже слегка выгоревшим от времени лаком. Стол тяжелый, из настоящего красного африканского дерева, даже ножки вырезаны в форме слонов. Все выглядело натурально и богато. Я привстал и подошел к окну. Отсюда хорошо просматривался причал и большая часть судоверфи.

А ведь этот пижон Уильям подкинул дельную мысль. Чтобы найти пропавшие фрегаты — нужно попросить помощи военных. Подружиться с местными военными было бы неплохо, а заодно осторожно осмотреться на местной военной базе… Только что каперы у берегов Африки — российские, мне в это не верилось. Кто-то грабит и угоняет суда под чужим флагом. Вот только кто?

Молли принесла на большом блюдечке чашечку кофе.

— Благодарю, миссис…

— Извините, сэр. Просто мисс.

Она поставила чашечку на стол и медленно вышла, слегка виляя упругими бедрами.

Конечно же мисс. Нужно быть осторожным, обычно на таких мелочах и прокалываются…

Пока я пил ароматный кофе, мое внимание привлек небольшой серый шкаф в углу. Тяжелый, напоминающий громоздкий сейф. Он стоял за стеллажами с бумагами. Я допил кофе и подергал створки шкафа — они оказались заперты. Тогда я проверил ящика стола, но никаких ключей не обнаружил. В ящиках лежали несколько накладных, печати и письменные принадлежности.

— Молли!

Брюнетка вошла и застыла как солдат на параде.

— Да, сэр?

— Где ключи от этого шкафа?

— Гаррисон Мельбурн всегда носил ключи с собой. Там его личные бумаги и вещи.

— А та дверь куда ведет?

— От этой двери у меня есть ключ, — кивнула Молли и принесла небольшой плоский ключ.

Я открыл и вошел внутрь. Там оказалась небольшая комната с диванчиком, журнальным столиком и стеллажом с книгами. Маленькое окно выходило на склады.

— Понятно, здесь дедушка наверняка иногда отдыхал…

— Если пожелаете вздремнуть, в комоде за диваном свежая постель и чистый плед…

— Какой может быть отдых, на часах только половина одиннадцатого…– рассмеялся я и подмигнул брюнетке.– А на этом диванчике можно легко поместиться и вдвоем…

— И даже втроем, сэр…– беспристрастно ответила Молли.

— Хорошо. Идите пока… хотя постойте.

Я достал из бумажника пять фунтов.

— Молли, у вас имеется адрес рабочего, который недавно переломал ноги?

— Конечно, сэр.

— Сегодня уедете с работы пораньше. Зайдете к этому рабочему домой и отдадите деньги в качестве компенсации.

— Вы это серьезно, мистер Мельбурн?

— Более чем.

— О, сэр… похоже, у вас добрая душа…

— Все. Идите работать…

Помощница кивнула и вышла, не забыв забрать пустую чашку.

Вскоре в двери осторожно постучали и вошел невысокий кряжистый мужчина. У него было красное лицо и рыжие редкие волосы. Глаза светло-голубые и очень внимательный взгляд, на вид посетителю около пятидесяти. Я сразу догадался, что это представитель ирландцев.

— Сэр Джеймс Мельбурн?

Я кивнул. У мужчины был удивительно низкий хриплый голос.

— Меня зовут Александр Дункан.

— Я уже догадался. Сколько лет вы работаете на судоверфи?

— Пять, сэр. Я простой судовой плотник.

— Теперь расскажите, почему ирландцы решили объявить забастовку?

— Сэр, труд рабочего в доках очень тяжел. Мы работаем в тяжелых условиях, на сквозняках и в сырости… Часто приходится разгружать корабли под дождем и сильным ветром. Наши подсобные помещения почти не отапливаются…

— Почему жалуются только ирландцы?

— Вы же знаете, что шесть лет назад в Ирландии случился большой голод. Многие сотни тысяч людей были вынуждены покинуть родину. В Портсмут переехали более тысячи ирландских семей, этот город стал для них вторым домом… все знают, что ирландцы работящие и старательные люди, но также мы привыкли всегда говорить правду в глаза. Иногда у нас случались небольшие трения с вашим дедушкой, Гаррисоном Мельбурном, но до забастовок никогда не доходило. Это уже крайняя вынужденная мера.

— Все дело в оплате?

— Да, сэр.

— Сколько вы получаете сейчас?

— В среднем рабочий на судоверфи получает не более шестнадцати шиллингов в неделю.

— Давайте поступим так. Я только принял в наследство судоверфь и пока как следует не осмотрелся. К тому же сами понимаете, какое сейчас время. Похоже, война с Россией неизбежна. А война это всегда удар по внутренней экономике. Но я все же рассмотрю ваши требования и постараюсь прибавить зарплату, для начала, на пятнадцать процентов. Устраивает такое предложение?

— Вполне, сэр. Восемнадцать шиллингов в неделю. Я вижу — вы человек дела.

— Идите работайте, Александр Дункан. Насчет бытовых помещений — ставьте дополнительные печи, если понадобится. И если возникнут вопросы — обращайтесь ко мне в любое время…

Мрачный ирландец только успел выйти, как в кабинет без стука ворвалась странная парочка. Круглолицый молодой мужчина с небольшими веснушками, в щегольской куртке, и такая же круглолицая мадам в модном расстегнутом полупальто.

— Вот он Джеймс, наш индийский затворник…– мужчина обнял меня и похлопал по спине.– Что же ты, братец, третий день в городе, но даже не соизволил посетить родственников…

— Будешь серьезно наказан, Джеймс! — нахмурилась дама.

Я удивленно посмотрел на молодую пару и тут до меня дошло. Ну конечно же, кузины. Виктор и Мэри…

— Дорогие мои… прошу прощения. Я недавно побывал на войне, получил контузию и пока немного не в себе… даже речь слегка изменилась…

— Бедненький Джеймс…– девушка обняла меня за плечи и взглянула в глаза.– И все же ты и сам невероятно изменился за это время…

— Джеймс, в Англии так не принято! — нахмурился кузен Виктор.– Сначала встреча и вечеринка с родней — потом остальные дела. Твоя судоверфь никуда не убежит. Или ты совсем одичал в индийских джунглях? Собирайся, немедленно едем к Пьеру!

— Я весь в вашем распоряжении, милые кузены…

Пришлось оставить дела на управляющего и отпустить грума. Через четверть часа мы уже мчались в большой карете по улицам Портсмута. Мэри сидела напротив и с улыбкой смотрела на меня.