В тихом омуте нэпа - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

кумирня», что в Кузнечном переулке, погиб инспектор 1-й бригады Уголовного розыска В. Ф. Шуляк. Сам Картавый, смертельно раненный, выпрыгнул из окна, заполз в подвал, где и был обнаружен. Преемник Шуляка П. П. Субоч погиб через полгода при попытке задержания вооруженных преступников в гостинице «Киев», на углу проспекта 25-го Октября (Невского) и проспекта Володарского (Литейного). Бандитизм умирал, но не сдавался. «На бой кровавый, Митька Картавый!»

Дегустаторы свежей крови

И снова о петроградских бандитах

Бандиты двадцатых годов… Романтические, страшные, бесшабашные и беспощадные. Они явно жили по принципу пушкинского Пугачева: «Лучше раз в жизни горячей крови напиться, чем сто лет падалью питаться». Эта психологическая особенность роднит их с предводителями красных, белых, черных и зеленых «армий» времен Гражданской войны. В сущности, все 1920-е годы Гражданская война продолжалась, только линия фронта пролегла по-другому. По одну ее сторону остались верные адепты анархической уголовной вольницы, рыцари революционного грабежа, джентльмены удачи, предводительствуемые пусть и измельчавшими по сравнению с командирами и «батьками» времен Гражданской войны, но все еще достаточно яркими, не лишенными обаяния главарями. По другую — стражи порядка, защитники и строители социалистической законности, бескорыстные слуги нового аппарата принуждения. Конечно, наши симпатии на стороне последних. Отметим, правда, одно обстоятельство: именно их героическими трудами к 1930-м годам была выстроена жесткая репрессивная система, именуемая «сталинской».

Братья-разбойники

Криминальные хроники тех времен похожи на сценарии приключенческих фильмов. Засады, перестрелки, побеги, погони составляют их бурную динамику. Потери были велики и примерно равны с обеих сторон. Современные оперативники, чья жизнь тоже не сахар, едва ли позавидуют агентам Угрозыска двадцатых годов. В кабинетах им не приходилось засиживаться. Чуть что — тревога, по автомобилям, на ходу проверяя оружие; через пять или десять минут его наверняка придется пустить в ход.

Вот одна — во многом типичная — история деятельности банды Лопухиных и борьбы, которую вели с ней сотрудники Угро[1].

6 декабря 1925 года ленинградским милиционерам удалось достичь крупного успеха: арестовать двух братьев Лопухиных, Бориса и Николая. Вместе с третьим братцем, Павлом, они составляли опасную банду, которая терроризировала магазины, кооперативы и кассы Ленинграда в течение полутора лет. Главарем банды стал старший брат — Борис. К моменту задержания ему было 26 лет. Прежний род его занятий был мирным: он работал конторским служащим в типографии имени Ивана Федорова на Звенигородской улице. Тут и зародилась в его бедовой голове идея обогащения через преступление. Время было подходящее. После гибели Леньки Пантелеева бандитизм, осененный его уголовно-поэтическим именем, переживал свой последний романтический подъем. Взгляды старшего брата на жизнь разделял 22-летний Николай, работавший слесарем на заводе — стало быть, принадлежавший к победившему пролетариату, гегемону революции. Объект для первого нападения далеко искать не стали. Борис долго и внимательно присматривался к кассе родимой типографии. И наконец решил: будем брать.

Летом 1924 года двое неизвестных в масках поздно вечером ворвались в помещение кассы. Сто́рожа связали (он, впрочем, и не думал сопротивляться), несгораемый шкаф вскрыли, добыли оттуда 4500 рублей — и были таковы. Освободившийся от пут сторож вызвал милицию, началось дознание, следствие — но по горячим следам выйти на преступников не удалось, а через положенный срок дело приостановили «в связи с неустановлением подозреваемых». Ленинградская милиция и без того сбивалась с ног в погоне за разномастными бандитами, и второсортное ограбление плохо охраняемой типографской кассы детально расследовать было просто некогда.

Братья были ободрены успехом и безнаказанностью дерзкого налета. Но добытые деньги скоро кончились: в нэповском Ленинграде было много способов быстро и приятно потратить крупную сумму. Роскошные меню ресторанов Донона и Федорова, рулетки и карточные столы Владимирского клуба, тайные притоны с дорогими проститутками — все это так контрастировало с нищенской жизнью родной Нарвской заставы, все это манило неостановимо. Надо было что-то предпринимать. Борис устроился кассиром не куда-нибудь, а в Северо-Западную областную контору Госбанка. Не успели к новому служащему привыкнуть в этой почтенной конторе, как обнаружилась растрата на сумму 1000 рублей. Подозрение пало на Бориса Лопухина, но он вовремя скрылся. С этого времени братья сосредоточились исключительно на вооруженных ограблениях.

В течение всего 1925 года ими совершена серия налетов на государственные магазины и кооперативы; не пренебрегали бандиты и нападениями на артельщиков банков и госучреждений (артельщиками в те времена называли инкассаторов). Не всегда и не все шло гладко: несколько раз братьев-разбойников пытались задержать бдительные милиционеры. Лопухины не задумываясь пускали в ход оружие. Так, отстреливаясь, они каждый раз скрывались от погони.

Но постепенно в деятельности банды начинают проступать своеобразные акценты. В ночь с 31 декабря 1924 года на 1 января 1925-го — в новогоднюю ночь, без четверти полночь, — трое неизвестных вошли в магазин «Вина Армении» в доме № 65 по Кронверкскому проспекту. Магазин был открыт по случаю праздника. Поздние посетители выхватили револьверы и, уложив приказчика и кассира на пол, забрали из кассы всю выручку, с полок — несколько бутылок вина, после чего скрылись, растворившись в звездной новогодней дымке. С этого эпизода начинается длинная серия ограблений ленинградских винных магазинов. Причем более всего не везло армянским винам. 7 января, в Рождество, точно таким же манером был ограблен магазин «Вина Армении» в доме № 31/20 по Матвеевской улице; добыча — 450 рублей, золотые часы с руки заведующего и, конечно же, бутылки. 15 января пострадали «Вина Армении» на проспекте Стачек, дом № 48, а 24 января — магазин той же фирмы на Лиговке, дом № 88. Насладившись армянскими винами, налетчики решили разнообразить меню. 31 января налету подвергся магазин «Вина Дагестана» в доме № 9/11 по 1-й улице Деревенской Бедноты (бывшей Большой Дворянской, позднее — Куйбышева).

Милиция спешила раскрыть эту своеобразную серию преступлений. В начале марта по подозрению в ограблении винных магазинов были задержаны известные в городе бандиты: Барин (Шалапанов), Яблочко (Рыбаков) и другие. Им стали усердно «шить» «винное» дело. Действительно, налеты на винные магазины временно прекратились. Но осень принесла милиции крупное разочарование: 11 ноября были снова ограблены «Вина Армении» на проспекте Стачек, дом № 59. Причем обстоятельства налета заставляли предполагать, что действуют тут те же мастера, что и в январской серии.

Через три недели после этого трое бандитов появились в магазине Госспирта на том же проспекте Стачек, дом № 31. Действуя по известному сценарию, они навели «пушки» на трепещущих совторгслужащих, уложили их на пол, связали, забрали из кассы 1200 рублей, прихватили несколько бутылок «Русской горькой», именуемой в народе «рыковка», и стремительно смылись. Но на сей раз далеко уйти им не удалось. Милиция напала на след — и уже через сутки Борис и