Собрание важных пустяков: Письма сестре и близким - Джейн Остин

получал от нас уже два с половиной месяца, с того момента, как написал мне последнее письмо 12 ноября в связи с тем, что лорд Сент-Винсент был переведен на Гибралтар. Получение этого назначения, однако, не заняло столько времени, сколько потребовалось нашим письмам, чтобы прибыть в место назначения, так как все правительственные послания регулярно пересылаются его светлости из Лиссабона.

Сегодня утром, вернувшись из Мэнидауна, заглянула к маменьке – ее самочувствие не стало хуже с момента, как я ее оставила. Да, она не любит холодную погоду, но тут уж мы бессильны. Я чудесно и спокойно провела время с Кэтрин. Мисс Блэкфорд довольно мила. Я не люблю, когда люди притворяются слишком уж приятными, тогда мне бывает трудно полюбить их. Когда я приехала в Мэнидаун во вторник, я застала лишь ее и Кэтрин. Мы пообедали и отправились вместе в Уортинг испрашивать протекции миссис Кларк – там также были леди Милдмэй, старший сын миссис Кларк, мистер и миссис Хор.

Бал был очень скромным, но не лишенным очарования. Тридцать один человек, притом всего одиннадцать дам, и лишь пятеро из них не замужем. О присутствующих джентльменах ты можешь сама сделать выводы исходя из списка моих партнеров: мистер Вуд, Дж. Лефрой, Райс, мистер Бутчер (из Темплов, моряк, но не из 11-го легкого драгунского полка), собственно мистер Темпл (не худший из них, надо сказать), мистер Ум. Орд (кузен Кингсклера), мистер Джон Харвуд и мистер Калланд, появившийся, по свойственной ему привычке, со шляпой в руках, – этот то и дело оказывался между мной и Кэтрин, развлекая нас разговорами и вызывая насмешки в свой адрес из-за того, что не танцует. В конце концов, мы все-таки вынудили его к танцу. Я была так рада видеть его после долгого отсутствия, он был душой этого вечера. Справлялся о тебе.

Всего было двадцать танцев, и я протанцевала их все, не устав ни капли. Рада, что опять в состоянии танцевать так много, без устали и с таким удовольствием! После балов в Эшфорде (бальных собраний), которые доставили мне так мало радости, я решила, что больше на такое не способна, но, когда на улице холод, а в зале несколько приятных молодых людей, я чувствую в себе силы танцевать хоть неделю подряд, как будто прошло всего полчаса. Моя черная шляпка очень понравилась миссис Лефрой, о чем она мне открыто сообщила, да и всем в зале, думаю, она пришлась по душе, хоть никто мне об этом больше не сказал. 〈…〉

Бедняжка Эдвард! Как печально, что он, имея все, чего только можно пожелать в жизни, лишен крепкого здоровья. Хочется надеяться, что все эти желудочные колики, обмороки и недомогания в скором времени приведут его к полнейшему просветлению. Если его нервная болезнь вызвана подавлением эмоций, от которых следует избавиться, – а это вовсе не кажется мне неправдоподобным, – первый из вышеперечисленных недугов вполне может оказаться лекарством, и я искренне надеюсь, что так оно и есть, так как не знаю никого, кто так заслуживал бы чистого, беспримесного счастья, как Эдвард. 〈…〉

Лорды адмиралтейства получили от нас достаточно прошений на данный момент, а от Чарльза я слышала, что он лично писал лорду Спенсеру с просьбой перевести его. Боюсь, его светлейшая милость будет разгневана – как бы бедные наши головы с плеч не покатились. 〈…〉

Ты заслуживаешь более длинного письма, чем это, но такова уж моя злосчастная доля – крайне редко предлагать людям то, чего они в действительности заслуживают… Да хранит тебя Бог!

C наилучшими пожеланиями,

Джейн Остин

Среда. Вчерашний снег успел растаять, так что я отправилась в Дин и вернулась только в девять вечера в небольшом экипаже, причем даже не очень замерзла.

Годмершем-парк, Фавершем, Кент – для мисс Остин

XI

Стивентон, 28 декабря, пятница

Дорогая Кассандра!

С Фрэнком все решено. Вчера он был повышен в чине до капитана второго ранга и переведен на шлюп «Петтерель» в Гибралтаре. Об этом сообщалось в письме от Дейша, и поскольку то же самое подтвердило и приветливое письмо мистера Мэтью, в котором излагались детали письма адмирала Гамбье генералу, то нет никаких оснований подвергать этот факт сомнению.

Как только твои радостные крики поутихнут, можешь продолжить чтение моего письма, тогда ты узнаешь, что Индийский Дом принял петицию капитана Остина к рассмотрению (так говорилось у Дейша), а также то, что лейтенант Чарльз Джон Остин переведен на фрегат «Тамар» (это уже из письма адмирала). Мы пока не можем выяснить, где находится «Тамар», но надеюсь, что в любом случае скоро увидим Чарльза здесь.

Это письмо целиком состоит из хороших новостей. Если ты пришлешь папеньке отчет о расходах на стирку, переписку и пр., он отправит тебе чек на нужную сумму, а также на оплату твоих расходов на следующий квартал и аренды Эдварда. А если ты не купишь себе муслиновое платье с этих денег в честь повышения Фрэнка в звании, я тебе этого никогда не прощу.

Миссис Лефрой только что уведомила меня, что леди Дорчестер намерена пригласить меня на свой бал 8 января, что само по себе хоть и не бог весть какое счастье по сравнению с тем, что описано на предыдущей странице, однако же и бедствием не является.

Не могу больше писать, однако написала я достаточно, чтобы ты почувствовала себя счастливой, и поэтому могу смело откланяться.

С наилучшими пожеланиями,

Джейн

Годмершем-парк – для мисс Остин

XII

Стивентон, 8 января, вторник

Дорогая Кассандра!

Тебе следует по пять раз перечитывать письма, прежде чем отправить, тогда, быть может, ты найдешь их столь же увлекательными, какими они кажутся мне. Над некоторыми эпизодами письма, на которое сейчас отвечаю, я очень смеялась.

Чарльз пока не приехал, но должен прибыть сегодня утром, не то он никогда не узнает, что я с ним сделаю. Бал в Кемпшотте состоится сегодня вечером, и я раздобыла для него приглашение, хотя до поиска ему пары дело у меня так и не дошло. Однако, поскольку его отношения с Элизой Бейли изменились и он, похоже, совсем этим обстоятельством не удручен, то пусть-ка поищет себе пару самостоятельно. Мне кажется, я говорила тебе, что в этот понедельник должен был состояться бальный вечер, и теперь смиренно прошу прощения за то, что далеко не впервые ввела тебя в заблуждение.

Элизабет довольно бесцеремонна в отношении того, что я сочиняю музыку, так что в качестве наказания для нее