Наталья Командорова - Русский Стамбул

По случайному ли совпадению, мистическому ли знаку, но именно с момента встречи капитана брига «Фемистокл» Корнилова с Брюлловым начинается успешный период в жизни Владимира Алексеевича. Талантливый художник духовно «поделился» своей славой с понравившимся ему, не менее способным человеком?.. Как бы там ни было, но старт для взлета одаренному морскому офицеру был дан…

Последовало продвижение в карьерном росте Корнилова: капитан-лейтенант, капитан 2-го ранга, начальник штаба Черноморской эскадры. Мастерство и организаторские способности молодого флотоводца отмечали не только командиры и подчиненные: Корнилов успешно проявлял свои незаурядные способности и героизм в боевых действиях. В 1840 году уже в чине капитана 1-го ранга Корнилов стал командиром линейного парусного красавца корабля «Двенадцать апостолов». Все это время Корнилов не порывал связей с Константинополем, где у него остались не только друзья среди соотечественников, но и хорошие знакомые среди местного населения, периодически выполнявшие поручения, связанные с разведданными о состоянии военного турецкого флота.

Помимо исполнения обязанностей боевого офицера, Владимир Алексеевич активно занимался переводами с английского и французского языков специальных статей по вопросам морского дела. В 1846–1848 годах он жил в Англии, куда его направило командование флота. На английских морских верфях Корнилов, похоже, не только наблюдал за постройкой пароходов, предназначенных для Черноморского флота, но и выполнял секретные поручения, связанные с изучением состояния военно-морских сил Англии. Очевидно, и здесь удача сопутствовала Корнилову, так как по возвращении из Англии ему присвоили чин контр-адмирала флота. В 1850 году он стал начальником штаба Черноморского флота, а в 1852 году был произведен в вице-адмиралы. А дальше была война…

Если бы…

В декабре 1852 года князь А.С. Меншиков вызвал Корнилова в Санкт-Петербург для личного доклада государю Николаю I по поводу плана действий Черноморского флота против Турции, началом которых должно было стать проведение Босфорской экспедиции с высадкой военного десанта на берега пролива. Представленный Корниловым план был одобрен Николаем I.

В феврале 1853 года в Константинополь из Петербурга было направлено посольство во главе с чрезвычайным послом, генерал-адъютантом светлейшим князем А.С. Мен-шиковым. В поездке посла сопровождал начальник штаба Черноморского флота и портов вице-адмирал В.А. Корнилов. Меншиков и многочисленная свита прибыли в турецкую столицу на пароходе «Громоносец». Русского посла принял и выслушал султан Омер-паша, которому Меншиков вручил собственноручное письмо императора Николая I. Поводом для отправки посольства в Константинополь послужили разногласия России, Франции и Англии, касающиеся прав католического и православного духовенства в вассальной провинции Османской империи Палестине. С целью решить вопросы о святых местах и положении православных христиан в Иерусалиме, Сирии, Палестине и в самой Порте, а также защитить их права от исламского наступления и направлен был Меншиков в Стамбул. Вмешательство Франции и Англии помешало прийти к ожидаемому результату.

Миссия потерпела неудачу, и посольству пришлось возвратиться в Петербург с известием о разрыве дипломатических отношений с Турцией. Неизбежность войны уже нельзя было предотвратить. На том же пароходе «Громоносец» посольство в мае 1853 года покинуло берега Босфора. Специалисты считают, что, помимо вмешательства французов и англичан, провалу переговоров способствовала некомпетентность посла Меншикова. Его обвиняли в нарушении дипломатического этикета. К примеру, на аудиенцию к султану он явился не в мундире, а в цивильном платье, ошибкой признается также и то, что он проигнорировал официальные визиты к членам турецкого правительства и другим влиятельным лицам Оттоманской Порты.

Почти сразу после известия о разрыве дипломатических отношений с Турцией, Корнилов приказал заблаговременно готовить Черноморский флот к военным действиям, еще задолго до официального объявления войны в ноябре 1853 года. В Севастополе укреплялись и строились новые оборонительные фортификации, началась переброска русских войск к берегам Кавказа.

В Крымской войне Россия потерпела поражение. В марте 1856 года был подписан Парижский мирный договор, по которому Россия согласилась на нейтрализацию Черного моря с запрещением иметь там военный флот и базы, уступала Турции южную часть Бессарабии, обязалась не возводить укреплений на Аландских островах и признавала протекторат великих держав над Молдавией, Валахией и Сербией…

Россия потеряла немало славных своих сыновей. Утром 5 октября 1854 года во время обстрела Севастополя англо-французской артиллерией был смертельно ранен вице-адмирал Корнилов. Владимир Алексеевич был одним из главных организаторов Севастопольской обороны. В последние дни он часто призывал защитников города: «Будем драться до последнего. Отступать нам некуда; позади нас море, впереди неприятель».

Последними словами Владимира Алексеевича были: «Отстаивайте же Севастополь!..»

Исследователи биографии Корнилова утверждают, что весной 1853 года, задолго до начала войны, Владимир Алексеевич, словно предчувствуя грядущее поражение России, сделал попытку и в обход Меншикова, отправил великому князю генерал-адмиралу Константину Николаевичу донесение, в котором предлагал осуществить прорыв русского флота с десантом в районе Буюк-дере, расположенном на европейском берегу Босфора (где, кстати, находилась и резиденция русского посла в Константинополе, который в случае необходимости мог бы прийти на помощь со всей своей агентурой и верными людьми). Очевидно, Корнилов надеялся, что великий князь Константин Николаевич, которому Константинополь был близок не только в плане военных завоеваний, откликнется на его предложения. Но, похоже, Владимир Алексеевич не получил ответа на свое послание — ни положительного, ни отрицательного. А если бы Константин Николаевич откликнулся на предложение верноподданного русского флотоводца Корнилова, как развернулись бы события Восточной войны? Об этом никому теперь не дано знать…

Смерть султана Абдул-Меджид-хана

Спустя семь лет после окончания Крымской войны, в июне 1861 года, скончался в своем дворце Далма-Бахче, на европейском берегу Босфора, султан Абдул-Меджид-хан. Ему было тридцать восемь лет. Едва великий визирь известил об этом событии, наследник, единственный брат почившего владыки, немедленно отправился в парадном каике через Босфор в старый дворец Топкапу, сел на трон Константина и принял присягу в верности. Его тут же поздравили с восшествием на престол сановники, духовные лица, военные и другие придворные. Туда же привезли, по обычаю, обернутый в дорогие ткани и циновку труп покойного султана и положили его у подножия трона, на котором восседал новый султан.