Нестор Махно - НА ЧУЖБИНЕ 1923-1934 гг. ЗАПИСКИ И СТАТЬИ

Выпуск своей, отвечающей моменту, литературы, в особенности листовок с призывом помочь организации, сравнительно скоро завоевал должные симпатии среди рабочих, крестьян и революционно настроенной интеллигенции. Товарищ Рогдаев умело подобрал и подготовил внутри этой организации кадр хороших пропагандистов и организаторов, что и содействовало тому, что екатеринославская организация выпустила из своего нутра ряд хороших работников анархизма, некоторые из них долгие годы вдохновляли и направляли всю работу екатеринославской организации анархистов-коммунистов и сохранились до сих пор, несмотря на все козни большевицкой диктатуры, которая, то и дело, гоняет их из одной ссылки в другую.

И именно отсюда, из Екатеринослава, т. Николай Рогдаев под псевдонимом «Дяди Вани» становится известным для всей России, в особенности знаменитого по своей самоотверженной отваге отбоя смертников из-под конвоя, только что получивших в суде смертные приговоры и по дороге из суда в тюрьму, в камеры смертников, получивших свободу...

Но таких смелых и дерзких, по отваге и частых по своему идейному замыслу актов, за Екатеринославской организацией под идейным и организационным водительством «Дяди Вани» числится немало, и непримиримый «Дядя Ваня» в них играл первенствующую роль.

Ему же, Рогдаеву - «Дяде Ване» принадлежит инициатива и организация раскола эсеровской организации в г. Севастополе в начале 1907 г., когда 50 человек, виднейших работников севастопольской организации партии социалистов-революционеров, во главе с т. Митрофаном, приняли идеи анархического коммунизма и оформили свою организацию под девизом «Свобода внутри нас». Правда, «Дядя Ваня» этим своим делом меньше всего кичился, тем более что официальным виновником этого эсеровского раскола был лидер интернациональной группы анархистов-коммунистов тов. Сергей Борисов; но т. Борисов и шагу не сделал в этом направлении без «Дяди Вани»: даже больше этого, во всех переговорах и диспутах с эсеровской группой Митрофана главную роль играл «Дядя Ваня». При его же непосредственном участии т. С.Борисов сделал в своей квартире ловушку для виднейших чиновников севастопольских жандармов и охранного отделения с их начальниками во главе, следствие которой явилось то, что они почти все были взорваны специально приготовленной бомбой-македонкой.

В области диспутов с противниками идей анархизма «Дядя Ваня» также не оставлял никогда наших пропагандистов в обиде. Всегда, где только не вызывали их наши враги на этот диспут, товарищи призывали «Дядю Ваню» к себе на помощь. И противные стороны всегда несли поражения, следствием которых их ряды очень часто редели, а наши пополнялись, ибо рабочие и революционно настроенная интеллигенция их покидали и переходили к нам.

В 1907 году «дядя Ваня» представлял российский анархизм на международном конгрессе анархистов в г. Амстердаме (Голландия).

На Амстердамском конгрессе «Дядя Ваня» также занимал достойное место первого среди равных представителей Российского анархо-коммунистического движения.

Присутствовавшие на этом конгрессе представители анархистских движений других стран говорят и теперь, что Николай Рогдаев - «Дядя Ваня» - своей серьезно продуманной, полной глубины анархической мысли и революционного пафоса речью окрылил конгрессистов: один из самых спокойных из них - Эрико Малатеста с особым энтузиазмом восторгался этой речью, а т. Луджи Фабри и сейчас вспоминает этот момент с особым чувством восхищения. Но нужно ли ссылаться на все это при воспоминании о славном революционно-анархическом борце - Николае Рогдаеве - «Дяде Ване» или просто о «дядьке», как его называли на юге России - в украинской крестьянской и рабочей анархической среде, - пусть лучше наши молодые товарищи прочтут конспект этой его речи на Амстердамском конгрессе в журнале «Буревестник» за 1907 год, и в особенности - «Приложение русских анархистов-коммунистов к амстердамскому конгрессу», распространенное в России особой брошюрой, выдержавшей несколько изданий и послужившей в свое время большим подспорьем для роста и деятельности наших групп. По этим документам товарищи сами могут составить свое мнение о том, кто был т. Рогдаев для нашего движения и какую роль он сыграл в былое время для его развития...

В начале 1908 года Николай Рогдаев снова появился в России. Это было время, когда Екатеринославская организация, пережив целый ряд счастливых своих удач на путях террора против царских сатрапов, а также отбоя смертников из-под конвоя и тюрем, в частности, знаменитого отбоя из севастопольской тюрьмы (посредством взрыва ее ограды) т.т. Тата и Шуры Мудрова 21 июня 1907 года, готовилась к организации побегов нашим товарищам из Екатеринославской и Симферопольской тюрем, и Рогдаев - «дядя Ваня» целиком погрузился в дело организации этих побегов. Правда, из этих двух побегов удачным был симферопольский побег. В Екатеринославе он не удался, и наши лучшие товарищи вместе с некоторыми социалистами-революционерами пострелялись на крыше заднего тюремного строения, и многих перестреляли тюремная администрация и солдаты по распоряжению губернатора. Но это случилось по причинам, исходящим из тюрьмы.

За это деяние губернатора организация, при участии «Дяди Вани», организовала убийство его и ряда других высших чинов городской и губернской администрации.

В начале лета «Дядя Ваня» провел целый ряд диспутов с социал-демократами и социалистами-революционерами под Екатеринославом и в Александровске, под с. Вознесенка. Эти диспуты проводились в поле, на зеленых полянках и по ночам. Каждая из спорящих сторон приводила своих членов и друзей, поэтому часто на них собиралось народу по несколько сот человек, что усиливало работу для наших боевиков, так как в таких случаях посты охранения местности диспутов занимали исключительно наши товарищи, им верили все и социал-демократы и социалисты-революционеры.

В результате этих серьезных и затяжных диспутов, социал-демократы, правда, пострадали мало, но социалисты-революционеры и под Екатеринославом и в особенности в Александровске - под Вознесенкой были разгромлены совершенно. Лучшие члены, даже комитетов эсеровских организаций, такие как Борисов, Яценко, Чайка перешли в наши ряды.

После этого в селах, на заводах по городам имя «Дяди Вани» передавалось из уст в уста, как великого и непримиримого борца за правду. Массы рабочих и крестьян, связавшись с анархистами, то и дело, что просили их устроить им еще и еще собрания, где бы говорил «Дядя Ваня». Но за «Дядей Ваней» полиция рыскала по следам, и он принужден был быстро менять свое местопребывание, глубоко веря и надеясь, что в местах, где он потрудился, достаточно остается в волевом отношении сильных и преданных делу анархизма товарищей. А наступила осень, «Дядя Ваня» переехал в город Хотич, Бессарабской губернии, и затем через Австрию - в Женеву-Париж, где у него также затягивались диспуты по несколько месяцев с пресловутым «вождем» мирового пролетариата - Владимиром Лениным.