Бернард Монтгомери - Мемуары фельдмаршала

26 апреля я вылетел из Каира в свою штаб-квартиру в Тунисе. По прибытии у меня поднялась температура, и я слег у себя в доме-фургоне с гриппом и тонзиллитом.

Александер назначил на 29 апреля совещание в Алжире, на котором Рамсею и мне требовалось присутствовать. Я лежал в постели и телеграфировал в Каир, что вместо меня прибудет де Гинган. Его самолет совершил вынужденную посадку в Эль-Адеме, и моего начальника штаба отправили в госпиталь с сотрясением мозга. Тогда я попросил вылететь в Алжир Оливера Лиза, он добрался туда благополучно и своевременно.

Совещание окончилось безрезультатно. Теддер сказал, что, если изначальный плацдарм не будет включать в себя аэродромы в Комизо и Джеле, его ВВС не смогут действовать эффективно. После этого Каннингем сказал, что если ВВС не будут держать в отдалении авиацию противника, конвои не смогут выполнить поставленной задачи. Александеру не удалось добиться согласия между этими родами войск, и никакого решения принято не было.

Напоминаю, перед этим я сообщил Александеру телеграфом, что мне нужно увидеться с ним и обсудить необходимые меры для скорейшего завершения войны в Тунисе, дабы иметь возможность планировать сицилийскую кампанию. Он прибыл ко мне 30 апреля. Я все еще лежал. Когда разговор о военных действиях в Тунисе завершился, он рассказал мне о совещании в Алжире накануне. Я сказал, что необходимо что-то предпринять, и предложил провести полномасштабное совещание в Алжире 2 мая; к тому времени я буду в состоянии вылететь в Алжир и там изложить свои соображения. Александер согласился.

«Надпись на стене»

2 мая я прибыл в Алжир и узнал, что Александер не смог прилететь; туман и низкая облачность помешали ему вылететь. Я предложил устроить совещание без него, но Каннингем с Теддером не согласились; они были совершенно правы, так как по отношению к Александеру это оказалось бы непорядочно. [189]

Я стал ломать голову, как быть. И отправился повидать Беделла Смита, начальника штаба Эйзенхауэра. В кабинете его не было, и в конце концов я разыскал его в туалете. Мы там же обсудили проблему. Смит очень расстроился; он сказал, что по политическим мотивам очень важно достичь окончательного решения и действовать. Я сказал, что гораздо важнее достичь его по военным соображениям и могу сразу же предложить ему решение проблемы; он попросил меня продолжать. Я сказал, что высадку американцев возле Палермо нужно отменить и бросить все американские силы на южный берег, по обе стороны залива Джела и на западную часть полуострова Пакино с целью завладеть аэродромами, которые наши ВВС считают очень важными. В таком случае 8-я армия и 7-я армия США будут высаживаться бок о бок, что приведет к слаженности всего вторжения.

Беделл Смит сказал, что в осуществлении моего предложения никаких трудностей не будет. Мы вышли из туалета, и он отправился посоветоваться с Эйзенхауэром, Эйзенхауэр одобрил мой план, но вполне резонно отказался обсуждать его со мной без Александера. ВВС понравился мой план. Отдел планирования штаба ВМС отнесся к нему с некоторым недоверием и усомнился, что американские войска можно будет в течение долгого времени снабжать по дорогам вдоль прибрежной полосы. На фронте их высадки и вблизи от него не было хорошего порта.

После этого я убедил Беделла Смита собрать совещание. Сказал, что оно может представлять собой штабное совещание, на котором я буду присутствовать со своим штабом; на другой день, когда прибудет Александер, штаб сможет предложить согласованный план ему и другим главнокомандующим.

Так и было сделано.

Я изложил свои соображения; их одобрили все. Теперь на моей стороне были Эйзенхауэр и его начальник штаба. Но Эйзенхауэр резонно отказался принимать решение, пока этот план не будет предложен ему Александером и другими главнокомандующими. Вот что я говорил на совещании в тот день, как записано в стенограмме:

«1. Я хорошо знаю, что многие считают меня назойливым человеком. Очень может быть, что так оно и есть. Я всеми силами [190] стараюсь не быть назойливым; однако я навидался стольких ошибок на этой войне, стольких катастроф, что отчаянно хочу не допускать их в будущем; а это зачастую означает быть очень назойливым. Если мы потерпим катастрофу на Сицилии, это будет ужасно. 2. Мы уже достигли критической стадии в планировании вторжения на Сицилию. Если в ближайшие дни не будет достигнуто никакого окончательного решения, то очень сомнительно, что мы сможем начать эту операцию в июле. Хочу представить вам эту проблему так, как она представляется мне, командующему армией, которой предстоит высадиться на Сицилии и вести там нелегкое сражение. 3. Вот три самых значительных фактора: а) захват Сицилии будет прежде всего зависеть от эффективности операций сухопутных сил; б) сухопутные силы доставит туда военно-морской флот, и он должен иметь возможность поддерживать их во время высадки; в) вышеназванное окажется невозможно, если авиация не сможет эффективно действовать, а для этого необходимо овладеть в ближайшее время подходящими аэродромами, чтобы эскадрильи истребителей могли выдвинуться вперед, оттеснить авиацию противника и господствовать в воздухе. 4. Затем нам требуется уяснить, что сопротивление противника будет очень упорным; предстоит тяжелое, ожесточенное сражение; нужно готовиться к смертельной схватке. Ничего нового тут нет, у нас было немало таких боев; но существуют определенные правила ведения таких схваток, которые необходимо соблюдать; несоблюдение их ведет к поражению. Главное из этих правил заключается в том, что рассеянные действия сухопутных сил ведут к катастрофе. Они должны вестись сосредоточенно, чтобы корпуса и дивизии находились на расстоянии, позволяющем оказывать поддержку друг другу. 5. Затем нужно решить, как высаживать сухопутные силы, чтобы они могли вести боевые операции и получать снабжение. Район высадки должен быть досягаем для прикрытия истребителями с воздуха; необходимо быстро захватить хороший порт; нужно быстро захватить хорошие аэродромы для ВВС. [191] Величина изначального плацдарма, который вы сможете создать, ограничивается вашими ресурсами. При ограниченных ресурсах будет удачей, если на этом плацдарме окажутся хороший порт и все аэродромы, которые вам нужны; некоторые удастся захватить потом. Поэтому очень важно, чтобы при ограниченных ресурсах и упорном сопротивлении вы с самого начала действовали следующим образом: а) держались сосредоточенно; б) захватили удобный район, который будет служить основной базой для проведения операций; в) проводили начальные операции в радиусе надежного прикрытия истребителями с ваших аэродромов. 6. Я уже сказал, что величина плацдарма ограничивается вашими ресурсами. Теперь нам нужно четко уяснить, что изначальный плацдарм должен включать в себя жизненно важные объекты, без которых вся совместная операция закончится провалом. 7. Теперь давайте приложим перечисленные принципы к Сицилии — ее юго-восточной части. Лучший район для высадки 8-й армии находится между Сиракузами и Пакино. Он соответствует всем вышеизложенным условиям, за исключением одного. А это условие очень важно: данный плацдарм не обеспечивает достаточного количества аэродромов для наших ВВС и не создает противнику препятствий для использования аэродромов, с которых он может оказывать противодействие нашим передвижениям по морю и всей операции. Эти аэродромы находятся в районе Комизо — Джела. Эти аэродромы должны, по требованию авиации, войти в изначальный плацдарм. В сущности, они представляют собой, как я уже сказал, «жизненно важные объекты, без которых вся совместная операция закончится провалом». 8. Теперь я должен заявить с полной определенностью, не оставляющей даже тени сомнения, что ни в коем случае не допущу «рассеивания» моей армии в данной операции. Считаю, что оно приведет к провалу, и высадка на Сицилии вместо [192] успеха вовлечет все союзные государства в тяжелейшую катастрофу; именно этого хотелось бы немцам, и это нанесет сокрушительный удар по боевому духу союзных войск во всем мире. Речь идет не просто о захвате какой-то береговой полосы, нескольких аэродромов или нескольких портов. Речь идет о наступлении на территории противника с целью захвата аэродромов, портов и так далее и в конце концов всего острова. 9. Существуют ли какие-то альтернативы? (а) Переместить захват плацдарма к северу, в район Катаньи и расположенных там аэродромов. Эту альтернативу можно отвергнуть сразу же, уже только по той причине, что данный район находится за пределами досягаемости истребителей с наших воздушных баз. (б) Переместить захват плацдарма на запад, к району залива Джела. В него входит нужный нам аэродром. Но там нет порта, и долгое время вести снабжение всех сил только по прибрежным дорогам будет невозможно. 10. Суть дела упирается в размер изначального плацдарма, который мы сможем создать. Факторы таковы: (а) Армия не должна рассеиваться, и нам нужен порт. (б) Плацдарм, который удовлетворит армию, НЕ МОЖЕТ включать в себя при имеющихся ресурсах некоторые аэродромы на западе, которые очень важны для ВВС. (в) Я понимаю, что с точки зрения ВВС сразу же надо не дать противнику использовать эти аэродромы, а затем быстро захватить их и использовать самим. В противном случае авиация не может гарантировать поддержки с воздуха после начальной стадии операции, то есть первых сорока восьми часов. 11. Поэтому совершенно очевидно, что эти аэродромы должны быть захвачены. Но для данной цели у нас нет войск. Для высадки в заливе Джела потребовались бы еще две дивизии. 12. Мы подошли к тому, чтобы сказать с полной определенностью, что нам нужны еще две дивизии для высадки в день начала операции в заливе Джела, для того чтобы вся операция была успешной. [193] При наличии этих двух дивизий все условия армии, авиации и флота будут выполнены, и эта трудная операция завершится полным успехом. Без этих двух дивизий, как представляется — учитывая заявления ВВС, — нас может постигнуть катастрофа. 13. Я считаю, что решение проблемы — перенести действия войск США из района Палермо к заливу Джела. Тогда вторжение на Сицилию увенчается полным успехом».