Василий Фролов - Жизнь в авиации

Церемонию награждения открыл вице-президент СССР Геннадий Иванович Янаев. Он произнес прекрасные слова в адрес награжденных. Перед вручением награды работник наградного отдела Верховного Совета Борис Евгеньевич Голубов объяснял всем, как подходить к столу, где вручались награды, чтобы не оказаться спиной к залу.

В это время начальник наградного отдела Верховного Совета СССР Л.И. Швецова зачитала Указ Президента Советского Союза.

Услышав свою фамилию, естественно заволновался. Это волнение заметила моя жена и Борис Евгеньевич. Стали успокаивать. Огромный зал, музыка, большое количество присутствующих, сценарий тщательно расписан, спокойное, несуетливое поведение организаторов этой церемонии - все вместе взятое заставило еще раз подумать о величии нашей Родины. Никому и в голову не могло прийти, что дни этой могучей державы, которую мы защитили полвека назад, сочтены. Ей вырыли могилу демагоги, карьеристы, перевертыши, воры все те, у кого никогда не было ни стыда, ни совести, ни убеждений, ничего святого.

Итак, церемония продолжается. Состоялось уже шесть вручений. Настала моя очередь. Пошел не торопясь. Естественно, продолжал волноваться, почему-то мне все время казалось, что это сон.

Получив папку с орденами и документами, повернулся по строевому налево, подошел к трибуне и произнес речь: - Уважаемый Геннадий Иванович! Разрешите выразить свою признательность за столь высокую оценку моего ратного труда. Эту награду я отношу прежде всего тем, кто сражался и одержал историческую победу над немецким фашизмом в годы Великой Отечественной войны.

Разрешите заверить вас, что ветераны будут и впредь так же вести борьбу за построение обновленного общества в нашей стране, как они сражались в борьбе с фашизмом за честь и свободу нашей любимой Родины Союза Советских Социалистических Республик.

Бурные аплодисменты присутствующих. У меня щеки загорелись, и было такое состояние, как будто я шел в бой.

После вручения наград нас пригласили фотографироваться. Все это время мой сын снимал церемонию на видеопленку, которую мы просматривали потом не один раз.

Во время фотографирования меня посадили в первом ряду. Надежда стояла во втором ряду. А где же Антон? Озираюсь по сторонам, а его нет. Очень хотелось, чтобы он был рядом со мной. Виктор продолжал снимать фильм на видеокассету. После фотографирования я увидел Антона. Он выглядывал из-за колонны. Когда я его спросил, почему он спрятался? Он ответил, что он же не Герой и поэтому ему неудобно фотографироваться с награжденными.

На другой день в зале Интуриста гораэровокзала на Ленинградском проспекте было организовано небольшое торжество по случаю моего награждения. Присутствовало около 40 человек. Были приглашены министр гражданской авиации Б.Е. Панюков, бывший посол в Монголии К.Е. Фомиченко, секретарь советского посольства П.А. Серебряков, работники ГУК МО, отдела наград Верховного Совета СССР, дважды Герой Советского Союза генерал Г.Ф. Сивков, бывший штурман 210-го штурмового авиаполка, председатель совета ветеранов 4-й воздушной армии П.Н. Гострик, заместитель министра гражданской авиации, работники ЛЕКУ и ЦРИА.

После теплого выступления министра слово взял Константин Ефимович Фомиченко. С такой сердечностью, с такой теплотой он говорил обо мне, что было неудобно.

Выступали многие, в том числе и начальник управления В.М. Тихонов. После его выступления Константин Ефимович заметил: - Теперь Фролова вряд ли вы, товарищ начальник, будете отправлять на пенсию. Слышите, как его все хвалят? В том числе и вы, его руководитель.

Тихонов пообещал: - Фролов будет работать в МКУ столько, сколько он захочет сам.

Но вышло по-иному. Прошло время, должность мою сократили. Я пришел в кабинет к Тихонову и сказал ему об этом. Он нелюбезно ответил, что меня не увольняют. Однако и новой должности он мне не предложил. И такие бывают руководители. Господь ему судья.

15 января 1993 года, через два года после присвоения мне звания Героя Советского Союза Верховный Совет принял Закон О статусе Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы. В принятии Закона большая заслуга принадлежит дважды Герою Советского Союза летчику-космонавту Светлане Савицкой. Она приложила достаточно усилий в разработке статей закона и особенно в принятии всех мер, чтобы этот документ был передан в комитет Верховного Совета и в приемную Президента страны. На одном из собраний Героев Советского Союза Светлана проинформировала о ходе прохождения проекта закона "О статусе..." Она прямо сказала, что в принятии Закона большая заслуга принадлежит Председателю Верховного Совета Р.И. Хасбулатову. При его рассмотрении в соответствующем комитете Верховного Совета большинство во главе с председателем комитета были против его принятия. Выступил на комитете Хасбулатов. Он сказал, что веками лицам, награжденным высшими наградами страны, присуждал и графские звания, выдавали земельные наделы и др. Почему же, задал он вопрос, мы, пытаясь строить цивилизованное общество, решили этих лиц лишить всяческих привилегий? Он предложил принять Закон о статусе, который был поддержан большинством голосов. Присутствовавшие в клубе герои бурно приветствовали сообщение Светланы.

После награждения прошло уже четыре года. Все это время меня не покидает какое-то беспокойство. Кажется, получил высшую государственную награду. Радуйся. Но нет. Напротив, на душе неспокойно. Когда я иду на работу, то звезду Героя не надеваю по той причине, что не так меня поймут, увидев на моей груди награду. На работе все заняты своими делами, и никому нет никакого дела до твоих подвигов. Нас пожирает равнодушие. Более того. Могут за глаза сказать, вот, мол, козыряет своей звездой. Поэтому я ее надеваю, например, когда иду в поликлинику. Там лечатся военные в запасе и в отставке. Все понимают, что Герой Советского Союза должен быть почитаем и уважаем. Когда к врачу начинаешь занимать очередь, обязательно найдутся товарищи, которые скажут: "Товарищ Герой Советского Союза, пройдите без очереди". Это очень приятно, хотя во все времена Герои Советского Союза обслуживались в поликлиниках вне очереди.

Один раз произошел неприятный случай. Утром, перед выездом на дачу, пошел в хлебный магазин. До открытия оставалось 5-6 минут. Перед входом одна покупательница громко рассказывала, как тот с короткой фамилией в три буквы расстреливал миллионы в августе 1991 года. Другая подсказывает: Пуго.

- Нет, не Пугало.

- Тогда Язов.

- Вот, вот, - соглашается с ней первая. - Вот он-то и расстреливал миллионы людей.

Я все слышал и не удержался, спросил: "Откуда вы знаете, что Язов расстреливал миллионы?" Они повернулись ко мне. Увидев на моей груди Золотую Звезду (я почему-то надел ее в этот день), одна громко заявила, что я сам, наверное, расстреливал миллионами, за что и получил звание Героя. Мне нечего было делать. Я добавил, что да, расстреливал, только немцев при освобождении вас, гражданка, и всей нашей Родины от фашистского рабства. Потом отошел в сторону. Магазин открылся, и мы все вошли в него, забыв на время разговор.