Василий Фролов - Жизнь в авиации

Перед выездом у ворот гостиницы стояли Блейк с женой и многие сотрудники гостиницы. Они провожали мня. Это была очень трогательная сцена. Так было еще раз подтверждено хорошее отношение ямайцев к русским людям.

Все было готово к отлету. Появилось желание остановиться в Гаване, хотя бы на сутки, тем более что самолет по пути из Кингстона должен произвести по расписанию посадку. Гавана стала для меня уже почти родным городом. С ней я фактически связан с 1961 года, когда работал в Мексике. Кроме того, интересно было знать, как живут там мои знакомые. Хотелось увидеть Анхеля - моего основного помощника и кубинских граждан в период моей работы в семидесятые годы в должности представителя Аэрофлота в Республике Куба. Хотелось увидеть начальника аэропорта Хосе Марти, который в настоящее время работает в Москве в качестве представителя авиакомпании "Кубана де авиасьон" в СНГ, а также Педро Триго - участника штурма казарм Монкада. Хотелось также увидеть Дьеклеса - командующего ВВС Кубы, Курбело командующего ПВО страны. Но, наверное, они уже в этих должностях не работают. Хотелось вновь встретиться с Фиделем Кастро. Вторично появилась мысль рассказать ему о том, что в 1961 году при моем участии был а предотвращена акция взрыва. Об этом он не знает. Может быть, представится случай. Я бы ему сказал: "Фидель! Я горжусь тобой. Ты ведешь непримиримую борьбу за то, чтобы сохранить кусочек социализма в далекой, маленькой, но свободной Кубе, поэтому я вдвойне горжусь тем, что при определенных условиях, может быть, именно я тебе спас жизнь". Это сейчас "демократическая" пресса спит и видит послекастровскую Кубу, бесконечно злорадствует по поводу трудностей, переживаемых Кубой. Мне же, видевшему все своими глазами, такое поведение некоторых газет представляется продажным и циничным.

Послал представителю Аэрофлота в Гаване телеграмму о моем желании остановиться на одни сутки в Гаване, то есть прилететь самолетом из Кингстона одним рейсом Аэрофлота, а из Гаваны улететь другим. Это можно было сделать без проблем. Кроме того, и по непосредственной работе у меня были деловые предложения. Но, как говорится, ни ответа, ни привета. Было горько и обидно. Оказывается, представитель Аэрофлота был в отпуске, а замещавший его чиновник, с которым я позже встретился в Москве, просто-напросто не захотел взять на себя лишние хлопоты. Так я транзитом через Гавану с остановкой в аэропорту Хосе Марти проследовал до Москвы.

Верность выбору

Герой Советского Союза

Мы с супругой находились в туристической поездке в Индии. Там нас встретил только что прибывший представитель Аэрофлота в Бомбее. Он по просьбе начальника управления кадров МГА А.И. Ефименко сообщил, что мне присвоено звание Героя Советского Союза. Причем я был последним в истории СССР летчиком, кому присвоили это высокое звание. Теперь по указу Президента Б.Н. Ельцина присваивают звание Героя Российской Федерации с вручением только золотой пятиконечной медали, без ордена Ленина. О том, что меня дважды представляли к этому званию еще в годы войны, я уже писал.

В 1990 году меня после длительной загранкомандировки пригласили в военкомат Хорошевского района Москвы для заполнения соответствующих документов - переводили из резерва в отставку. Военный комиссар полковник Н.Н. Маничкин, передавая мне личное дело для ознакомления, задал вопрос: Представлялись ли вы, товарищ Фролов, к званию Героя Советского Союза?

Я ему ответил, что как будто бы представлялся, но точно не знаю. Он тогда пояснил, что наградной материал находится в личном деле. В моем присутствии военком позвонил в наградной отдел Главного управления кадров Министерства обороны СССР и проинформировал о находящемся в деле наградном материале. Тут же поступило указание: наградной материал на Фролова срочно переправить в ГУК.

Через несколько дней в управление кадров Министерства гражданской авиации, где я работал, из ГУКа пришел запрос дать на Фролова служебную характеристику на предмет присвоения ему звания Героя Советского Союза за подвиги, совершенные в годы Великой Отечественной войны.

Характеристика была дана блестящая. Такие же характеристики пришли из совета ветеранов 4-й воздушной армии и совета ветеранов 230-й штурмовой авиационной дивизии. Состоялась комиссия Генерального штаба Вооруженных Сил СССР, где было принято решение направить материал в Верховный Совет СССР. 20 марта 1991 года вышел Указ Президента СССР о присвоении семи здравствующим участникам Великой Отечественной войны, в том числе и мне, за храбрость и героизм, проявленные в период Великой Отечественной войны, звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".

Перед тем как направить материал в Верховный Совет, работники ГУК МО СССР в течение года тщательно проверяли в архивах подлинность тех событий, которые суховато были описаны в наградном материале 1945 года. Надо сказать большое спасибо и вспомнить добрыми словами тех работников штаба, которые скрупулезно, день за днем вели книгу боевых действий полка. Часто в сложнейших боевых условиях начальник штаба полка Провоторов и особенно начальник оперативного отдела Лещинер регулярно и точно записывали в книгу о всех боевых вылетах и подшивали в нее все без исключения телеграммы, которые приходили сверху. В Центральном архиве Министерства обороны в Подольске сохранились документы военного времени, в том числе и телеграмма Толбухина, о представлении материала на присвоение мне высшей награды Родины.

На торжественном собрании нашего вновь организованного предприятия, посвященном 75-летию гражданской авиации, я внес предложение завести книгу истории АЛАК с момента ее создания, рассказав, как журнал боевых действий 210-го штурмового авиационного полка помог оживить страницы моей биографии военной поры.

7 мая 1991 года из ГУКа позвонили и сообщили, что 8 мая мне надо быть в Кремле в парадной форме, если таковая есть, где состоится церемония вручения правительственных наград. Добавили, что могут присутствовать близкие родственники. 8 мая я, Надежда Максимовна, сын Виктор с видеокамерой и внук Антон отправились в Кремль.

В Георгиевском зале собрались награжденные и их родственники, в том числе и 32 военнослужащих, которым впервые было присвоено высокое звание "Заслуженный специалист Вооруженных Сил СССР".

Церемонию награждения открыл вице-президент СССР Геннадий Иванович Янаев. Он произнес прекрасные слова в адрес награжденных. Перед вручением награды работник наградного отдела Верховного Совета Борис Евгеньевич Голубов объяснял всем, как подходить к столу, где вручались награды, чтобы не оказаться спиной к залу.