Моя мама – уборщица - Чжан Сяомань
– Я сама все знаю про свое тело.
Но, как бы то ни было, в тот раз матери не удалось меня переубедить.
Отсканировались, проверились на нуклеиновые кислоты, отстояли очередь, зарегистрировались, сдали кровь из вены, мочу, сделали КТ. После того как матери особенно глубоко залезли ватной палочкой в горло при тесте на нуклеиновые кислоты, мать долго выворачивало в мусорное ведро. Она так раскашлялась, что на глазах выступили слезы, а лицо стало пунцовым. Где-то около полудня к нам присоединился отпросившийся с работы брат.
Скоро получили мы и результаты обследований. Боль матери доставлял камушек-конкремент, попавший в мочеиспускательный канал. Врач рекомендовал сделать трансфузию, а потом принимать лекарственные препараты. Матери посоветовали побольше двигаться, чтобы избавиться от камушка. Лучше было бы обойтись без операций. У меня немного отлегло от сердца. При этом подумала: вот сказал матери врач побольше прыгать, пока камушек не выйдет из нее, а ноги же у матери слабые, как она будет на них прыгать? И снова я встревожилась.
Препоручив мать заботам брата, я вернулась домой, схватила багаж и понеслась в аэропорт. К счастью, надвигавшийся тайфун еще не успел повлиять на вылеты, так что я успела на самолет и улетела в Шанхай. Мать же со своим камушком пролежала три дня под неустанные увещевания начальства вернуться к работе. Мать им запулила заключение врача, и они угомонились.
У матери к больницам врожденное недоверие. Ведь это, как известно, – место, где «деньги тратятся в один миг». Я не решилась сказать матери, во сколько нам обошелся тот визит, но мать все равно увидела в куче документов соответствующую цифру и сразу же затряслась:
– Полмесяца зарплаты как не бывало!
Боль у матери в ногах – эдакая мина замедленного действия – напрямую связана с тем, что она не доверяет больницам.
В первый раз, когда мамины ноги дали о себе знать, доктор из уездного центра хотел прописать лекарство, стоившее 400 с лишним юаней, и посоветовал лечь в больницу на обследование. От госпитализации мать отказалась, заявив, что ей надо деньжат подзаработать и еще массу дел переделать. Но лекарство оказалось эффективным: за два дня приема боль пошла на убыль, и мать решила, что с ногами уже все в порядке. Во второй раз ноги разболелись, после того как мать сходила пешком к проживающим в нескольких километрах от нашего дома родственникам. То был праздник – новорожденному исполнился месяц. Тогда мать добавила в крепкую водку полынь и натерла этим средством ноги. На второй день после этой манипуляции мать не смогла встать. Добравшийся до нас врач заявил, что надо ехать в центральную больницу, сделать МРТ. К тому моменту мамины коленки совсем почернели и опухли. Съездили в центральную больницу, оказалось, что в коленях образовалась суставная грыжа. Врачи откачали из маминых ног целых два шприца желтоватой жидкости. Вот тогда, после моих активных уговоров, мать съездила в Сиань. В левой ноге диагностировали синовит. На протяжении нескольких лет мать неоднократно посещала больницу для реабилитации. Каждый раз ей приходилось переживать малоприятные ощущения от прокалывания ног иглами. Вес матери сократился с 77 до 62 килограммов. Лечение обошлось дорого, но докторам все-таки удалось подлечить ей ноги и ослабить боль.
В Шэньчжэне у матери нет медицинской страховки, так что никакое лечение ей компенсировать не могут. Мать уже думала, что можно будет съездить полечиться в центральную больницу уездного центра, где нам полагается медицинская страховка.
Как-то раз я заметила, что у матери упадок сил. Она постоянно кашляла. Мы купили ей лекарство от простуды, но лучше не стало. Такое состояние сохранялось два дня. Мать отказалась, когда я предложила помочь ей написать сообщение и отпроситься с работы. На третий день она вышла на работу и только где-то после девяти вечера попросила начальство дать ей передохнуть, говорила она на нашем наречии.
– Начальник, вы уж простите, что я вам столько хлопот доставляю, но кашель у меня жуткий, еле дышу, все тело ломит.
Мать пролежала дома день, принимая лекарства. Лучше не стало. Она той же самой фразой попросила продлить ей больничный. Начальник согласился.
Мать абсолютно уверена, что при простуде нельзя даже прикасаться к холодной воде, не то что мыться. И вот при +37°C за окном и двух днях без водных процедур она запрела от пота.
– Никто из докторов никогда не говорил, будто при простуде нельзя мыться. Тем более теплой водой, – заметила я.
Мать в ответ даже не пошевельнулась. Я решила больше не упрашивать. Такая уж у меня мать. Если уж ей что-то втемяшилось в голову, то никакими уговорами ее не переубедить.
Лежала мать на диване с видом мученицы. Я предложила ей помыться и дать себе немного расслабиться. Чуточку комфорта – вот и все. Но мать не слушала. Вроде мы так близки, а расстояние между нами – что от одного конца Млечного пути до другого.
А мамино начальство, вероятно, как раз понимает ее логику: «Надо как можно больше денег подзаработать». Каждый раз, когда мать хотела взять отгул, начальник с укоризной заявлял что-то вроде:
– Мы не успели найти тебе замену.
Или:
– Никому мы не даем столько отгулов, сколько тебе.
Или:
– Ты же еще вроде совсем молодая, зарабатывай, пока есть возможность.
И мать часто поддавалась на эти уговоры, пренебрегая отдыхом. По возвращении домой она всегда оправдывалась:
– Начальник не дает отпуск.
Вот такая круговая порука.
Мать за все три года работы уборщицей очень редко отпрашивалась. Описанные ситуации – пример того, почему так выходит. В маминых глазах каждый поход в больницу означает лишь одно: в тот день она останется без зарплаты. Мать все надеется на крепкое здоровье и часто утешает себя:
– Я сама свое тело знаю, не к чему его показывать другим.
На мой взгляд, за ее словами стоит страх. Мать боится, что у нее в больнице найдут что-нибудь совсем плохое. Вот и приходится обманываться, надеяться, что молитвами Небесам ей удастся отвадить от себя беду.
Когда мать только приехала в Шэньчжэнь, я ее сводила в отделение больницу проверить колено левой ноги. Чуть ли не силой мы ее приволокли. Оказавшись перед молодым врачом, мать на нашем говоре пересказала все свои ощущения и случаи, когда ее мучила левая нога. Мы переводили врачу ее жалобы. Я тогда сильно подивилась тому,
