Александр Ткаченко - Футболь. Записки футболиста

Чешская сборная действительно показала совершенно необычный футбол. И все, вероятно, потому, что перестала ориентироваться на восточный футбол, предпочтя ему западный. Сюда входит и то, что многие игроки чешской сборной, играя в зарубежных клубах, сумели найти ту самую идею, которая сплотила их для столь внушительных побед. А это действительно великая идея, когда ты чувствуешь себя игроком сборной совсем невеликой страны, невеликой, конечно же, в ироническом смысле, и в то же время есть возможность «вставлять» таким грандам, как Италия, Германия, Португалия, ну и, конечно же, Россия. Несмотря на представительность четверки, которая даст нам чемпиона Европы, мне все-таки жаль, что в ней нет сборной Италии. Во всяком случае, я не хочу обижать сборные Франции или Германии, но с участием итальянцев, которые только благодаря глупости Арриго Сакки не прошли дальше, игра полуфиналов и возможно даже финала была бы с большим оттенком южной пластики, южного темперамента, азарта, того, без чего футбол все-таки являет не слаженную машинерию, а именно, великое искусство.

Плакали чехи, плакали германцы, плакали болельщики — кто от досады, кто от радости, но все участники этой эпохальной драматической игры, по-моему, были глубоко счастливы, ибо они вершили историю, скрутили еще один венок на голову победителю — его величеству Футболу. Да что говорить, финал удался. В нем было все — интригующее начало, затем выравнивающее продолжение и, наконец, — герой, который может появиться только в таком матче — финальном, на «Уэмбли» — Бирхофф, забивший сначала один — ничейный гол, затем золотой… Хотя первый тайм не предвещал такого второго. И надо сказать, что чехи двигались быстрее, немцы выглядели уставшими… Лучшими на поле были вратари — Кепке и Коуба. Действительно же играть через три дня на четвертый в таком неимоверном напряжении немыслимо. Да еще и побеждать. Вот тебе и морально-волевые качества, которыми всегда кичились советские и пытаются русские футболисты. А чехи и немцы? У них это называется по-другому — профессионализм. Если ты не будешь таким, значит, не профессионал. И все тут. Немецкая команда еще раз показала себя как команда, которая, начиная как бы неважно, прибавляла от матча к матчу, самонастроилась, регенерировала, несмотря на жалобы Берти Фогтса о госпитале в его команде. Это удивительное качество, которым, по-моему, в современном футболе обладает только сборная Германии. Одни клетки погибают, другие берут на себя их функции. Не смог в полной мере проявить себя Клинсманн, тут же появился футболист, вытянувший команду в чемпионы и самого себя в герои и звезды, — Бирхофф. Чехам, вероятно, легче досталась победа над французами, они в первом тайме были свежее и все время терзали немцев, бросая вперед Поборского, пенальти за которого был все-таки сомнительным. Может быть, если бы его не было, сборная Германии так и не расшевелилась бы, но это еще раз говорит о ее внутренних резервах. После тяжелейшей игры со сборной Англии, в которой, на мой взгляд, англичане были сильнее, и только невезение в моментах, когда должны были забивать Гаскойн и Ширер, да и в серии пенальти, привели немцев к победе. Хотя, по правде говоря, Англия и Германия могли сыграть этот матч и в финале, если бы не появились дерзкие чехи и не стали по праву финалистами. Обе команды показали современнейший футбол — скоростной, техничный, командный и в то же время индивидуальный. Четко построенная оборона и одновременно быстрый переход к острой, голевой атаке. Мы чаще восхищаемся игрой нападающих — она на виду, она на «пере у творца», а вот защитников не видно, они медленно, как бурлаки, тянут свою лямку, подчищая, подстраховывая, начиная точными пасами из глубины все новые и новые волны атак. Обе команды сразу же так вошли друг в друга, что поначалу, казалось, они так и будут грызться — в клинче. Персоналка мучила каждого, и только чех Поборски время от времени отрывался от опекуна. Гол все сломал и заставил немцев забыть о жестокой опеке и броситься забивать, что они и сделали. Командная игра их состоялась опять, ибо каждый сам по себе бился за каждый квадратный сантиметр, и Бирхофф, только что забивший гол, уже на линии своих ворот работает как защитник, в подкате выбивая мяч у нападающего на угловой. Принцип мушкетеров — один за всех и все за одного — у них доведен до корректного совершенства. Всем было видно, что Клинсманн был не совсем готов и кое-где, как говорят футбольщики, убирал ножку. Но никто не посмел упрекнуть его, что другие ставили свои ноги там, где должна была быть нога сотоварища. А его игра и на таком уровне, само его присутствие на поле вселяло дух полноценности. Это то, чего нашей сборной недоставало всегда, хотя по идеологии это качество присваивалось им, как чисто нашенское изобретение — взаимовыручка, старание, жертвенность. Мы просто забыли, что эти качества вечно фигурировали в табелях о рангах нормальных цивилизованных отношений. А наш паровоз, верней, велосипед, все еще скрипит об уникальности российского пути. Да полноте, господа, успокойтесь, учитесь у мира, пока не поздно, и не слушайте наших заливистых комментаторов, которым бы самим поучиться культуре ведения репортажей, а не нести всякую чушь, которая только и попадается под язык, и все — ох да ах, и чего было бы, если… И ведь странно, многие из них когда-то и сами играли в футбол, и откуда такое непонимание, чего нужно фанату у телевизора, — спокойно и шумно, но говорить, от кого мяч ушел и к кому мяч пришел, да и номера называть с фамилиями. Так нет же, все гордятся какими-то ударами наших, чуть не попавшими в угол, и, что уж совсем постыдно, в самые драматические моменты воистину большого футбола десять раз напоминать о том, что скоро начнется чемпионат России, скоро, как только вот это безобразие кончится…

А сыграли все прекрасно — и английская королева, и Коль, и Гавел, и Мейджор. Чемпионат Европы-96, по-моему, стал заметным явлением международного футбола, особенно по сравнению с чемпионатом мира в Америке двухлетней давности. Он дал больше ярких, незабываемых игр, игроков, хотя и не сталкивались футболы совершенно разных школ — бразильский, к примеру, и голландский, не закручивались в узел позвоночники защитников от финтастых аргентинцев. В целом осталось впечатление от чего-то живого, мощного, страстного и драматического, подчеркиваю — драматического, ибо в футболе не может быть трагического — это все-таки игра, которая стоит мессы, но в ней не надо гибнуть за металл. И хоть мы и называем футболистов современными гладиаторами, это далеко не так — здесь, к счастью, дерутся, как в мальчишестве, до первой крови. Нововведение — играть в случае ничьей до «золотого» гола — мне понравилось. Но философами футбольной игры, по-моему, пока еще не найдено достойного решения проблемы окончания матча в случае ничьей. Об этом надо думать. Это очень серьезный стресс, слом, если хотите, когда вся игра зависит от умения не одиннадцати игроков, а вратаря и бьющего пенальти. А то, что я, как многие сейчас, бросаю камешки в сторону нашего футбола, так это от обиды, что на финальном празднике «Европа-96» нас не было. И самое главное — дело не в критицизме, не в ненависти к родному, когда, как говорят, и лежачего не бьют. Дело в том, что я на всю жизнь запомнил фразу Белинского: «Тот, кто любит свою Родину, должен особенно ненавидеть ее недостатки».