Александр Ткаченко - Футболь. Записки футболиста

Конечно, в теории каждый силен, но вот как на практике создать жизнестойкую команду? Мне кажется, что нужно сначала привести в порядок то, что так влияет на команду — общая обстановка вокруг нее, в самой стране. Нервозность и скованность нынче были заметны практически, как и в советские времена. Будто генетический страх, поселившись в футболистах сборной России, говорит нам, что играла команда еще не свободной России, а только с элементами ее. Это нечто подобное тому, как говорили о нашем человеке, которого всегда узнаешь на улице западного города: озабоченность, ссутуленность, суета и беготня по магазинам. Вот так и игра нашей сборной: это — «беготня по магазинам», а не игра, хотя, естественно, никто из игроков не в чем не нуждается.

Вообще нам теперь, как членам Европейского Союза, надо присматриваться к другим любимцам — итальянцам, немцам, португальцам… Может быть, они в большей мере смогут выразить наш футбольный комплекс? А что? А какая разница? Красота ведь вне границ. Тем более, что футболисты, как игроки сборной, так и вообще команд мастеров, отдалились от людей, закрылись на своих дачах, их можно видеть только на экранах телевизора. Они живут жизнью космонавтов и далеки от жизни людей — потеряна связь болеющих и играющих, а это ох как мало! К сожалению, команду не объединяет ничто. Раньше это был советизм в полном смысле слова — от коллективной игры до коллективной ответственности. Сейчас, когда внешне все это исчезло, на смену не пришло ничего такого, что могло бы как реактивной тягой потянуть команду вверх. И пусть даже это будет чисто эстетская идея типа — сыграть красиво, пусть это будет великая футбольная идея — сыграть так, как никто до этого не играл, но главное, чтобы эта идея смогла действительно создать команду, а не «одиннадцать футбольных надежд».

Определившись с четверкой, европейский чемпионат определился и с тенденцией развития футбола на континенте, как мне кажется, на ближайшие годы. То, что в финальную группу попали Англия, Германия, Чехия и Франция, говорит о полной победе прагматического футбола над романтическим. Хотя, конечно же, отдельные игры французов, немцев и особенно англичан были и с другой философией. К примеру, англичане, игравшие, как всегда, в традиционный футбол с серией точных передач в центре, а затем с высокодалеким прострелом от края к воротам, в надежде на игру головой, вдруг начинали играть в несвойственный им безоглядный футбол. Но это можно отнести на счет великолепного игрока Пола Гаскойна, «Газзы», как его по-свойски называют британцы.

В матче за выход в полуфинал небезынтересно будет понять, почему германцы победили хорватов со счетом 2:1, на мой взгляд, в конкретно данной игре хорваты были безусловно сильнее немцев, и только «своеобразная трактовка футбольных правил» шведским арбитром в пользу сборной Германии не позволила хорватам продвинуться дальше. И действительно, пенальти был назначен за случайное попадание мяча в руку, а не за умышленную игру рукой. И в то же время, когда защитник немцев грубо поставил блок, да еще с толчком руками в грудь нападающего, а ситуация была стопроцентно голевой, не последовало не только верного пенальти, но даже свободного удара. И таких моментов было масса. Можно понять, почему сборная Хорватии ожесточилась до того, что ее игрока удаляют с поля за грубость. Хотя, конечно, если говорить биологическим языком, в фенотипе (в происхождении) германская сборная и классом сильнее, и авторитетом, но в генотипе, то есть в данной игре, хорваты должны были победить. Ведь игра в футбол тем и привлекательна, что в ней не всегда побеждает тот, кто заслуживает, а тот, кто, может быть, счастливее, удачливее. В этом-то и драматизм, это именно то, из-за чего люди ходят на футбол. Иначе, если бы заранее было известно, что победит сильнейший, зачем идти на стадион, да еще и переживать. Даже французы, которые обыграли голландцев, обыграли их не потому, что их что-то отличало в игре, а потому, что так легла фишка. А пенальти — это ведь чистая фишка, ибо по всем медико-биологическим данным ни один вратарь не может взять мяч, пробитый всего лишь с одиннадцати метров точно в угол, ибо нет еще такой реакции, да, вероятно, и не было, когда он смог бы взять мяч. Значит дело в том, разгадает вратарь или не разгадает, в какую сторону полетит мяч, и заранее, не нарушая, естественно, правил, бросится в его сторону. Если, конечно, это не заведомо киксующий, слабый удар бьющего пенальти.

Сейчас уже можно определить, помимо четверки лучших, и команды, которые заняли места во второй половине рейтинга, исходя из их групповых достижений. Итак, девятое место — Дания, десятое — Италия, одиннадцатое — Болгария, двенадцатое — Шотландия, тринадцатое — Швейцария, четырнадцатое — Россия, пятнадцатое — Румыния, шестнадцатое — Турция. Команды, которые расположились между пятым и девятым местами, а это — Италия, Голландия, Португалия и Испания, с таким же успехом могли бы быть в первой четверке. Но… при всей красочности и зрелищности, допустим, испанцев, португальцев и итальянцев, что-то все же помешало им.

Думается, а это особенно касается португальцев и испанцев, их техника владения мячом и техника разрешения ситуационных проблем была не на достаточной скорости и с недостаточно жестким напором в сторону нападения для того, чтобы забивать, и поэтому-то и победил, и побеждает, в общем-то, футбол разрушительный, а не созидательный. Хотя, конечно же, современный футбол требует как бы двуязычия в игре: с одной стороны, умения разрушать атаки, с другой стороны, строить их. Но что получалось на самом деле? Голландцы, португальцы и испанцы были очень хороши для болельщиков, а остальные победители — для результатов. Командный футбол идет уверенно вперед, лишь изредка давая нам удовольствие наблюдать за великолепием личности — Клинсманна, Ширера, Альфонсо…

Теперь немного об открытии чемпионата — чехах. Оказывается, не нужно иметь великую державу величиной с 1/6 часть света для того, чтобы по-настоящему играть в футбол и — самое главное — добиваться результатов. Пора успокоиться и не вздыхать и не охать: ну как же так, 150 миллионов, и не можем найти одиннадцать классных игроков? А дело, оказывается, не в массовости. Мы до сих пор еще в плену физкультурных представлений перед уровнем мирового футбола, где одиннадцать игроков, лучших в мире, могут быть и в стране с населением в 11 мужчин. Все дело в том, что мы до сих пор размазываем огромную массу денег по огромной тарелке, а надо бы эту массу вложить в такое количество, которое смогло бы выделить именно этих одиннадцать. Если сравнить, сколько вкладывают профессиональные западные клубы в игроков, начиная с их малолетнего возраста до выпуска в высший свет, то мы окажемся на одном из последних мест в мире. И все наши неуспехи растут именно отсюда. Мне кажется, что нужно иметь несколько по-настоящему профессиональных клубов, но от самого начала до конца, а не перетягивать за средние деньги средних футболистов из команды в команду.