Александр Ткаченко - Футболь. Записки футболиста

Итак, может быть, я слишком всерьез отношусь к национальному в национальных сборных? Но так пока оно и выходит. Я сожалею, что российская сборная не украшена каким-нибудь игроком из «Динамо» (Тбилиси) или киевского «Динамо», потому что это были бы краски темперамента, может быть, чрезмерной страсти, украинской обходительности с мячом. И все это, полагаю, совсем бы не помешало ментальной российской сборной. И в этом смысле я предвкушаю игру итальянской команды, которой всегда симпатизировал. Я пишу все это — за пару дней до матча Италия — Россия и за неделю — до встречи россиян с немцами. Я думаю, что нашей сборной будет особенно тяжело между двух жерновов различного футбола — германского и итальянского, которые в верхней точке уже сходятся, как я уже говорил, в романтизме, а в нижнем пределе особенно сильны в прагматизме.

Третьим испытанием для нашей сборной будут чехи, которые играют практически в наш футбол, и поэтому перетягивание каната здесь может просто отобрать лишние силы (были бы они только нужны!) Именно памятуя обо всем этом, я особенно хотел, чтобы сборная России справилась прежде всего сама с собой — забыла бы, что она представляет великую страну, что за ее спиной стоит великая Родина, и не помнила бы всех политических и идеологических установок, а при этом полностью расковалась бы, сняла бы с себя щитки и латы защитников славы отечества, а играла бы в футбол, чистый, яркий, безотносительный, в такой футбол, в какой играют дети, без забот на лицах, без страха за проигрыш в глазах. И именно поэтому обыгрывая всех. И тогда все придет само собой, как говорят, трансцендентально — и жизнь, и слава, и любовь…

Увы, в который раз мы проиграли… Но почему?! Вырывается обидный крик души, почему опять так скоро, так уверенно, будто каждый раз и выиграть могли… И все же каждый раз проигрывали. Да что же, мы и не футбольная держава вовсе?! Да что же, действительно, комментаторы надсадно хвалят, хвалят, а потом говорят — не повезло чуть-чуть… В этом-то и дело: в этом — «чуть-чуть». Я не хочу никого ругать, поскольку, если сборная Германии сильнее нашей сборной, так значит сильнее — и все тут. И никакими доводами о том, что если бы мяч от штанги отскочил бы в ворота, то мы бы победили. Есть класс игрока и команды на уровне сборных, которых отличает вот это самое — «чуть-чуть». Мы как-то забываем, что класс — это не только умение бить, обводить, останавливать мяч. Мы забываем, что класс — это и тип нервной системы, умение подойти к игре вовремя, способность не ошибиться в нужный момент, на чемпионате Европы. Ну что, если бы Черчесов не ввел бы мяч в игру так нелепо, то мы обыграли бы итальянцев? Нет. Просто сценарий победы Италии в этом случае был бы немного другим. Если бы сейчас привезти любого игрока и поставить его в состав и договориться с противником, чтобы ему не мешали играть, то он был бы артистом, самым знаменитым игроком, зримо, самым полезным… Но в том-то все и дело, что класс игрока — это если он умеет все делать, когда ему не то что мешают играть, ему не дают возможности ни получить мяч, ни обработать, ни отдать. Над ухом все время твой противник — он вставляет, врезает, толкается. И именно в этих условиях ты должен делать все, что так восхищает болельщика. Каждый заметный шаг на поле — это поступок. Формула примерно такая: игрок минус игрок, плюс поступок.

Наша сборная (российская) не была еще командой поступков, то есть такой, чтобы в ней кто-либо стал абсолютно признаваем всеми. Как-то Олег Саленко забил шесть голов, стал лучшим бомбардиром чемпионата мира, но не будем забывать, кому он забил эти мячи… Вот так и сейчас: то вратарь чуть-чуть не дотянулся, то защитник чуть-чуть не успел, то нападающий после блестящего прохода чуть-чуть не попал… И вроде все есть, и в то же время — нет ничего. Два гола, забитые итальянцами в наши ворота, — это чуть-чуть, но только с другим знаком, с плюсом. Особенно второй, когда Казираги пробил с ближней ноги сходу, а защитник и вратарь ожидали, что это произойдет после лишнего касания. А защитник потом говорит: «Чуть-чуть не успел». А Казираги чуть-чуть успел. Конечно, глупость несусветная сборной Италии резко менять состав после победы. Это совсем не по-футбольному. Я знаю, что если даже победа бывает достаточно случайной, то тренеры никогда не меняют состав, хотя бы из-за одного фактора — суеверия.

Итальянцы наказали сами себя в матче с чехами, явно недооценив их, и весь спрос только с тренера, хотя сборная Чехии показала блестящий футбол. Но я оговорюсь, если бы итальянцы были бы в начальном составе, то неизвестно, сумели бы они показать такую игру. Нашей сборной не хватило в этих двух трагичных матчах того, чем славилась всегда бывшая школа, — бойцовских качеств. То ли берегут себя профессионалы для локальных игр, то ли слишком надеются на мастерство, которого все-таки пока недостаточно. Нашей сборной забили в двух играх пять мячей и все — по центру ворот. Это говорит о проблемах центральных полузащитников, о полном проигрыше центра поля. Вообще-то странно, ведь уж кому-кому, а Романцеву, который в «Спартаке» и сборной очень грамотно организовывал стратегию разрушения атак на подступах к воротам через центр, нужно было позаботиться об этом. Правда, немецкая команда с появлением в нападении Клинсманна стала вообще, на мой взгляд, явным фаворитом чемпионата Европы. Да и итальянцев я не сбрасываю со счетов. Поэтому нашей сборной действительно попали в соперники команды, которые, вероятно, будут играть в финале (пишу это еще до окончания групповых турниров).

Не хочется, скажу откровенно, чтобы кого-то наказывали. После чемпионата снятие Романцева и назначение другого ни к чему не приведут. По-другому мы просто не сумеем сыграть и, думаю, еще долгое время. А поэтому дело, по большому счету, не в тренере, тем более, что и выбор невелик. Вот, полагаю, что Лобановский был ближе к истине, когда вез на чемпионаты сыгранную киевскую команду с небольшими добавлениями. Романцев же получил лучших игроков, но они не успели притереться друг к другу. А класс их еще не тот, когда один другого понимают с полузамаха, с кивка головой.

Конечно, в теории каждый силен, но вот как на практике создать жизнестойкую команду? Мне кажется, что нужно сначала привести в порядок то, что так влияет на команду — общая обстановка вокруг нее, в самой стране. Нервозность и скованность нынче были заметны практически, как и в советские времена. Будто генетический страх, поселившись в футболистах сборной России, говорит нам, что играла команда еще не свободной России, а только с элементами ее. Это нечто подобное тому, как говорили о нашем человеке, которого всегда узнаешь на улице западного города: озабоченность, ссутуленность, суета и беготня по магазинам. Вот так и игра нашей сборной: это — «беготня по магазинам», а не игра, хотя, естественно, никто из игроков не в чем не нуждается.