Кузьма Белоконь - В пылающем небе

Сергей сам не заметил, как на лице его появилась присущая ему добрая улыбка, и он уже почти ласково спросил:

– А что же вы умеете исполнять в самодеятельности?

– Я пою… – робко ответила Раиса, продолжая стоять перед командиром эскадрильи так, как ее учили в ШМАСе.

– Есть в полку и самодеятельность, – сказал Попов. – Разве на фронте можно без нее? Война войной, но и на ней, проклятой, душа просит и песни, и танцев, и шуток-прибауток. Есть у нас и полковые «звезды», они исполняют свой репертуар не хуже известных артистов. Так что проявляйте свои таланты и вы. Только чтобы все это делу не мешало, – заключил комэск.

– Что вы, товарищ капитан, разве можно… – осмелев, ответила сержант Горобинченко, и ее губы застыли в чуть заметной улыбке.

– Можете идти, – как-то не по-военному отпустил ее Попов.

– Есть идти, – негромко сказала Горобинченко, неумело приложила руку к берету и так же неумело повернулась кругом, от чего потеряла равновесие и зашаталась. Но тотчас исправилась и, чеканя твердый шаг, ушла. Попов провожал ее взглядом, пока не скрылась за углом школы.

Мироненко с Немтиновым не ожидали, что с появлением девчат в полку произойдут такие перемены: у летчиков кирзовые сапоги горели от блеска, все ходили подтянутыми – на каждого любо было посмотреть. Да что там летчики! Техники в немногие свободные минуты старательно отстирывали промасленные комбинезоны, отрывали от них шплинты, заменявшие пуговицы, приводили в порядок прически – словом, каждый старался быть на высоте. Да и по работе некоторые, имевшие пробелы, заметно подтянулись.

– Вот чего нам не хватало, Павел Иванович, для наведения настоящего порядка, а мы и не знали, – в шутку заметил Немтинов, обращаясь к Мироненко.

– А откуда же нам было знать это – ведь впервые такое пополнение получили, – командир полка улыбнулся.

Герои живут вечно

28 июня 1942 года началось наступление гитлеровских войск в Донбассе. Фашистское командование решило окружить и уничтожить наши основные силы Юго-Западного и частично Южного фронтов. Имея огромный перевес в войсках и технике, немцы вышли в район Каменки и создали реальную угрозу тылу этих фронтов. Ставка Верховного Главнокомандования приказала отвести войска из-под удара и закрепиться на рубеже Новая Калитва – Попасная. Разведав это, гитлеровцы усилили преследование отступающих частей Советской Армии. Обстановка для наших войск, которые вели бои на правом берегу Среднего Дона, с каждым днем осложнялась. Советское командование принимало все меры к тому, чтобы сдержать несметные вражьи силы, рвущиеся к кубанскому хлебу и нефти Кавказа.

В исключительно тяжелый период для наших войск подполковник Мироненко получил приказ на перелет в этот район боевых действий.

Ранним утром 12 июля обе эскадрильи сели в районе Каменск-Шахтинского. Но не успели летчики разрулить самолеты по стоянкам, как снова поступила команда на перебазирование. В первой половине того же дня полк произвел посадку на полевой аэродром вблизи Ворошиловграда. Если говорить точно, то назвать это подразделение полком можно было только условно: каждый летчик взял с собой одного человека из технического состава. Вместе с командирами экипажей они будут готовить самолеты к боевым вылетам, остальной обслуживающий состав уехал на машинах. Последним взлетел тяжелый бомбардировщик ТБ-3, в данном случае выполнявший роль транспортного самолета: в него погрузили имущество, документы штаба и все личные вещи.

Без передышки летчики снова попали в бешеный водоворот войны. Первым повел шестерку «илов» командир второй эскадрильи Иван Афанасьевич Ермилов, его сопровождали шесть Як-1. Такое количество истребителей казалось неслыханной роскошью.

Глазам своим не могли поверить летчики: по всем дорогам сплошной массой шли длинные колонны немецких машин, танков и разной другой боевой техники. В воздухе неподвижно висели огромные серые облака пыли, над колоннами в безоблачном небе носилось множество фашистских истребителей.

В районе Криворожья штурмовики ударили по одной из вражеских колонн. От зенитного огня, казалось, само небо пылало, а «илы» все атакуют. Молодые летчики Сергей Аверьянов и Георгий Коваленко старались все делать, как их старшие товарищи.

Над штурмовиками в огненной карусели носились истребители – то вступили в схватку шесть советских летчиков с более чем двумя десятками немецких воздушных разбойников. Земля и небо дышали огнем. Вот, отмахивая крыльями витки, пошел к земле самолет с фашистской свастикой и черными крестами. В таком численном меньшинстве и так смело драться! Это, видимо, взбесило гитлеровских летчиков: они разделились на две группы: одна насела на «яков», другая устремилась к штурмовикам. Но, к счастью, Ермилов успел к этому времени вывести группу из последней атаки, и «ильюши», прижавшись впритирку к земле, ушли курсом на восток. Их сразу потеряли из виду немецкие истребители, в стороне от штурмовиков они беспорядочно рыскали в разных направлениях и все дальше уходили от группы Ермилова.

Для наших истребителей этот воздушный бой тоже обошелся дорого: хотя они сбили троих «худых», однако возвратились на свой аэродром только четыре самолета. Один «як» взорвался в воздухе вместе с летчиком, второй, оставляя за собой огненный шлейф, пошел вниз в крутом пикировании и врезался в землю рядом с гитлеровской колонной.

Трудно было нашим истребителям, но они все же справились со своим делом: обеспечили работу «илов» в первом бою за родной Донбасс.

Весь день 14 июля был нелегким. Мало того, что по нескольку раз летали на задание, но еще пришлось вместе с небольшой группой техников готовить самолеты к полету, так как остальной техсостав добрался на автомашинах только на третьи сутки.

Тимофей Маслов, Валерий Плотников, Константин Полбенников, Иван Малышенко, Николай Данилов и Григорий Емельянов во главе с Сергеем Поповым ушли в район Алексеевки – Павловки.

Хотя почти все ребята на фронте с первых дней войны, но с такой целью еще никому не приходилось встречаться. Шутка ли, до двухсот танков и автомашин стояли на заправке! А на маршруте к этой цели видели на одной дороге до пятидесяти танков, на другой и того больше. Сколько же фашистское командование направило сюда боевой техники, войск! И, конечно же, побеспокоилось надежно прикрыть это огромное скопище истребителями и зенитками.

Попов накрыл цель точно: горели танки, автомашины, взрывались бензозаправщики. Жаль, что в это время на штурмовиках еще не было фотоаппаратов.

На аэродром возвратились не все: над целью сбит сержант Николай Данилов. Возможно летчик был убит в кабине, а может, фонарь так заклинило, что он не открылся, только все видели, что потерявший управление самолет падал вместе с Николаем.