Кампанелла - Евгений Викторович Старшов

того же Авраама). Епископ калабрийского города Сквиллаче, взявшийся расследовать показания Престиначе против Кампанеллы, не смог найти их подтверждения[163]. Кроме того, перед тем как Шипионе отсекли голову в Неаполе 17 февраля 1596 года (или 1597-го), тот отрекся от своих показаний. Тем не менее его прежнее свидетельство было передано в инквизицию, которая и арестовала Кампанеллу практически в своем собственном «гнезде».

Монаха-философа препроводили в замок Святого Ангела и десять месяцев добивались от него признания в проповедании ереси в Калабрии и связях с местными повстанцами-фуорушити. Как обычно, следствие ничего от Кампанеллы не добилось, и на него просто «махнули рукой»: все его сочинения были внесены в индекс запрещенных книг, а самому ему было предписано вернуться на родину и пребывать в монастыре. Есть мнение, что за него вновь вступился кардинал дель Монте, а также владетельный род д’Эсте из Феррары, представителям которого фра Томмазо якобы помог решить дело с престолонаследием (по версии Делюмо, он послал сонет владетельному государю Альфонсу, не имевшему законных наследников, с советом предоставить Феррару в распоряжение папы, признав его сюзереном, причем последний, по версии Шеллера-Михайлова, отлучил от Церкви претендента, кузена Альфонса Чезаре д’Эсте, которому Кампанелла также адресовал сонет, стращая его в поповском духе: «Ты, который противишься вечному обещанию, которое Бог дал своей супруге (то есть Церкви. – Е. С.), иметь весь мир своим наследием… ты впадешь в вечный плач (то есть попадешь в ад. – Е. С.)»[164]) – но как? Из монастырской кельи или замкового каземата? Совершенно неясно. Впрочем, эрудиция и осведомленность фра Томмазо поражают, коль скоро, как будет показано позднее, он в своем узилище в начале XVII века будет прекрасно представлять себе политическое устройство многих государств, давая испанскому королю ценные советы, как подружиться с Великим князем Московии, породниться с ним и использовать его в антитурецкой политике!

На родину Кампанелла, однако, не спешил, задержавшись в Неаполе. Насколько долго – сказать сложно. Предлагаемая выше хронологическая схема входит в противоречие, например, по «оси» Горфункель – Штекли, в итоге теряется целый год. По Штекли, отречение датируется концом 1596 года, следовательно, десятимесячное заключение Кампанеллы в Риме выпадает на 1597 год, как и казнь Престиначе. Все зависит от того, действительно ли знакомый Кампанеллы Пуччи, с которым он вновь встретился в тюрьме инквизиции, был казнен (именно в 1597 году) как раз в то время, когда туда вернулся Кампанелла (считается, что это именно ему фра Томмазо посвятил «Сонет некоему, умершему в службе святой инквизиции в Риме»: «Душа, покинувшая черную темницу этого мира, Италии, Рима, святой инквизиции и нашей смертной ноши, иди на небо, а мы последуем за тобой»[165]). Следует ли поместить этот год в срок пребывания в монастыре святой Сабины? Есть такое мнение – его высказывают Штекли, Львов и Ж. Делюмо, но, по Горфункелю, Кампанелла пребывал там всего несколько месяцев, с весны и до конца 1595 года. Можно ли предположить, что в Неаполе фра Томмазо провел не несколько месяцев, но приплюсовать к ним этот год? Другого объяснения, пожалуй, не видно, и именно так поступает Ф. А. Петровский, когда пишет в биографическом очерке, сопровождающем его перевод «Города Солнца»: «В 1597 году, двадцати девяти лет, Кампанелла оставляет Рим и, прожив полтора года в Неаполе, возвращается под предлогом болезни и усталости от всех скитаний на родину, в Стило». Однако однозначно решить вопрос с этим «подвисащим» годом не представляется возможным. Разве что если допустить ошибку Горфункеля (насчет срока пребывания фра Томмазо в монастыре святой Сабины), пока что бывшего во всем прочем наиболее точным. С ним фактически солидарен Петровский, вернее, наоборот, так как переводчик «Города Солнца» представитель более старшего поколения. Против него «свидетельствуют» некоторые исследователи, к работам которых мы обращаемся – беда только, что во многих иных датах они между собою не согласны.

Итак, выстраиваем параллельную хронологию.

По Горфункелю: арест в Падуе – начало 1594 года; попытка побега (не датирована); перевод в Рим – не датирован; приговор и отправка в монастырь святой Сабины – май 1595 года; перевод в монастырь святой Марии делла Минерва – 31 декабря 1595 года; арест по делу Престиначе – два месяца спустя (конец февраля 1596 года); освобождение – 10 месяцев спустя (получается, рубеж 1596–1597 годов); пребывание в Неаполе (срок не датирован); возвращение в Стило – июль 1598 года.

По Штекли: арест в Падуе – август 1593 года; попытка побега – конец 1593 года; перевод в Рим – январь 1594 года; приговор и отправка в монастырь Санта-Сабина – май 1595 года; пребывание там – полтора года; покаяние и отречение – декабрь 1596 года; перевод в монастырь Санта-Мария-сопра-Минерва – декабрь 1596 года; арест по делу Престиначе – два месяца спустя (конец февраля 1597 года); освобождение – декабрь 1597 года; пребывание в Неаполе – четыре месяца; возвращение в Стило – конец июля 1598 года.

По Ж. Делюмо: арест в Падуе – рубеж 1593–1594 годов; попытка побега – 30 июля 1594 года; перевод в Рим – 11 октября 1594 года; пребывание в монастыре Санта-Сабина – с мая или октября 1595 года по декабрь 1596 года; пребывание в монастыре Санта-Мария-сопра-Минерва – три месяца; арест по делу Престиначе – март 1597 года; отбытие из Рима – начало 1598 года; пребывание в Неаполе – не датировано; отплытие на родину – июль 1598 года.

Дополняем, еще раз, что, по Петровскому, Кампанелла проводит в Неаполе полтора года (1597–1598), а по Д. Эрнст, возвращается в Стило 15 августа. Шеллер-Михайлов вдаваться в подобные изыски не стал, отметив лишь, что Кампанелла провел около года в римском монастыре, но при этом ценно, что он отмечал хронологические разночтения у своих предшественников, так что вопрос этот давний и так доныне и нерешенный.

В Неаполе фра Томмазо дописал свой «Великий итог», начал «Космографию», преподавал, встречался с прежними друзьями (хотя, естественно, далеко не все предпочли «узнать» опального знакомца, гонимого инквизицией), например с делла Портой, чья академия была запрещена папским указом, Стиньолой и покровителями: дель Туфо, с семьей которого Кампанелла путешествовал по Апулии, даже попытался пристроить философа к кардиналу Каэтани, однако римская инквизиция, которой было своевременно доложено о своеволии фра Томмазо, предписала ему поторопиться прибыть к месту назначения – в монастырь Никастро, куда он и прибыл во второй половине лета 1598 года, навестив родной город и отца. Интересно, что подумал старик Джеронимо, увидев своего истерзанного пытками и заточениями, преждевременно постаревшего сына?.. Наверняка о том, что не такой судьбы он хотел для него. Но ближайшее будущее покажет, до каких еще бездн горя доведут нашего героя его пламенный ум и сердце. Страдания 1592–1598 годов были лишь прелюдией к тридцатилетнему Крестному пути. Из них он вышел закаленным духом и умом, но три врача засвидетельствовали, в каком состоянии он был, когда вернулся на родину в 1598 году: ему диагностировали чахотку, частичный паралич, болезнь глаз, ломоту в ноге