Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин
Вместо частных банков должны были существовать промышленные и сельскохозяйственные банки. Союзы предпринимателей промышленности и торговли вместе с союзами трудящихся составляли национальные корпорации. Земский собор, состоявший из представителей национальных союзов, представлял верховную власть и устанавливал основные положения Российского государства, законов, формы правления и его возглавление.
С ранних дней существования партии суждено было зажить неспокойной жизнью. Политическое напряжение во всем мире, и в частности на Дальнем Востоке, феноменальный рост тоталитарных государств, проникновение Японии на континент, соперничество с ней Советского Союза, смутное время в Китае – все это не могло не влиять на развитие партии.
Внутрипартийное брожение, подозрительность, двойная игра, предательство, хотя и не являвшиеся исключительной особенностью политической арены Азии, но развитые там до степени наивысшей изощренности, давали соответственное направление развитию партии.
Один из первых отколовшихся от партии А.А. Покровский повел против нее кампанию, обвиняя руководителей ее в слишком крайнем уклоне в сторону японских властей. Осень 1933 года генерал Кузьмин был отстранен от руководства как человек, как говорили на партийном жаргоне, «политического чутья» и организаторских способностей. Кроме того, в его окружении оказались люди, впоследствии уличенные в связях с советскими агентами.
Сотрудники ЧК, а затем НКВД принимали все меры, чтобы проникнуть в нее и там, играя на самолюбии и тщеславии, настроить одних против других. Эта тактика уже была проведена успешно в отношении Братства русской правды, одной из ранних все-эмигрантских организаций зарубежья, возглавляемой генералом П.Н. Красновым, настолько пропитанной советскими агентами, что один из них даже занимал в главном отделе в Праге пост генерального секретаря. То же самое произошло и с харбинским отделом БРП, и с Трудовой крестьянской партией, активной антикоммунистической организацией.
В целях разложения РФП советские агенты выставляли ее как партию «большевиков справа» или «белых марксистов». Они искусно создавали «организации фронта», втягивая в них группы и союзы казаков и монархистов и направляя их против РФП. Вожди партии назывались то советскими, то японскими агентами и шпионами, что действительно подтвердилось позже.
Попытки проникновения советских агентов в ряды РФП не прекращались. В 1936 году, например, из партии по политическим причинам было вычищено несколько действительных членов и около ста кандидатов.
Тридцатые годы были временем расцвета партии. Она владела несколькими изданиями, включая журнал «Нация» и газету «Наш путь», и вела широкую политическую работу. Миллионы листовок на многих языках антикоммунистического характера печатались и распространялись ежегодно. Широко была поставлена работа по пропаганде и разведке в Советском Союзе.
Партия стремилась укрепить связь с заграничными фашистскими организациями, рассеянными по всему зарубежью[86]. В 1937 году
РФП заключила дружеский союз с Российским национал-социалистическим движением в Германии, Российским национальным союзом ветеранов и с Российским национальным юнионом в Америке, возглавляемыми полковником Н.Д. Скалоном, генералом А.В. Туркулом и Н.А. Мельниковым.
Окрыленные успехами своих крестных отцов, Гитлера и Муссолини, РФП, как и другие эмигрантские национал-фашистские партии, возлагали большие надежды на Германию, Италию и Японию. Заявление Гитлера в рейхстаге 20 февраля 1938 года, что «единственная страна, с которой мы не ищем связи и не хотим ее, – это Советский Союз», было принято русскими фашистами за чистую монету. Даже после того, как полтора года спустя Гитлер и Сталин заключили «священный нерушимый союз», вера российских национал-фашистов в тоталитарных вождей не была поколеблена. РФП стремилась еще больше искать у этих вождей вдохновения, а у Японии материальной и практической поддержки для борьбы против коммунизма.
Фашистская партия стояла на той позиции, что она готова была приветствовать интервенцию иностранных войск на территории России, если эта интервенция не преследовала агрессивных целей, а только цели свержения коммунистического режима. Роль Италии и Германии в испанской революции, не посягнувших на территорию Испании и не предъявивших ей никаких требований о компенсации, давала основание русским фашистам думать, что и в возможной борьбе против Советского Союза главным врагом явится коммунизм, а не русский народ. В этом отношении политическое воззрение некоторых из фашистских публицистов не расходилось с общим воззрением широких эмигрантских кругов, также враждебно настроенных к власти советских вождей.
Партизанское движение
С появлением первых эмигрантов в Маньчжурии в их среде не замер клич войны. Хотя в Приморье и закончилось Белое движение, но казалось, что при малейшем поводе оно вспыхнет вновь. Среди белоповстанцев не затихали разговоры о борьбе, воспоминания о походах, боях, успехах и провалах. С особой живостью говорили о последнем походе из Владивостока через Хабаровск на
Центрального комитета, а Родзаевский его заместителем и генеральным секретарем. Но альянсу не суждено было стать продолжительным, так как выяснилось, что средства были не в руках вождя американской фашистской партии. Кроме того, в его действиях преобладало то, что позже стало известно как «культ личности». Вонсяцкий был исключен из ЦК и состава харбинской РФП.
Сибирь и Россию, вспоминали суровые бои под Волочаевкой. Восстанавливали в памяти начало партизанского движения, восемнадцатый год в Забайкалье, партизана Лазо и его сподвижников, вспоминали о приморских партизанах, об учителе Ильюхове, о Чапаеве и других.
Вспоминали о зверской расправе на реке Хорь над замученными 130 офицерами и всадниками Конно-егерского полка во главе с полковником Враштелем и его людьми. Вспоминали и о том, как была отомщена смерть конно-егерцев: белоповстанцы сожгли в паровозной топке Лазо и его двух подручных.
В эмигрантских кругах не переставали развиваться планы антикоммунистической борьбы, от засылки на советскую территорию одиночек партизан до фантастических замыслов закладки динамита в железнодорожных туннелях Забайкалья и Заамурья. Генерал А.И. Андогский проектировал создать несколько десятков летучих партизанских отрядов по 25 человек, хорошо вооруженных и знающих местность, для работы среди населения Приморья, Забайкалья и Заамурья.
Первыми партизанами, оперирующими в Маньчжурии в приграничной советской полосе, были одиночки. Одним из них был некто Емлин, крестьянин из Южного Приморья. Емлин еще во время Октябрьской революции собрал на Урале партизанский отряд из нескольких сотен человек и довольно успешно боролся против красных частей. Когда на Урале появились регулярные белые части, Емлин со своим отрядом примкнул к ним. Благодаря своей отваге и организаторским способностям он быстро выдвинулся и за годы Белого движения дослужился до чина подполковника.
В Харбине Емлин задержался недолго. Он вскоре перебрался на станцию Пограничная, откуда несколько раз переходил на советскую сторону, пробираясь насколько можно вглубь, поднимая население против особо ненавистных комиссаров и чекистов и беспощадно расправляясь с ними. В период советско-китайского конфликта Емлин оказался на станции Хэндаохэцзы, где находились хунхузы. Он набрал отряд из местных жителей и очистил станцию и поселок от хунхузских
