Федор Ушаков - Святое русское воинство

Ознакомительный фрагмент

Требуйте от всякого, чтобы дрались мужественно, или, лучше скажу, по-черноморски; чтобы были внимательны к исполнению повелений и не упускали полезных случаев. Подходить непременно меньше кабельтова. Бог с вами. Возлагайте твердую на Него надежду. Ополчась Верой, конечно победим. Молю Создателя и поручаю вас ходатайству Господа нашего Иисуса Христа!»

Потемкин ожидал, что турецкий флот в состоянии еще будет, после недавнего поражения, опять появиться в том же году, невзирая на позднюю осень, и захочет воспрепятствовать намерениям флотилии нашей; поэтому Ушаков выступил 15 октября со всем флотом и имел тогда 14 кораблей, 4 фрегата и 20 крейсерских судов[44]; флаг его был на корабле «Рождество Христово», и авангардом начальствовал генерал-майор Голенкин, а арьергардом – бригадир Пустошкин. Для охранения же Севастополя оставлены были на рейде пять фрегатов, одно бомбардирское судно и два брандера; заведование портом поручено капитану Доможирову.

Флот плыл тремя колоннами, и главнокомандующий часто повторял сигнал держаться соединенно. К Гаджибею послано было крейсерское судно разведать о флотилии де Рибаса, с которой предполагалось соединиться у Аккермана; но Ушаков, подойдя к этому месту 20 октября и узнав, что она, будучи удержана до 13 октября в Очаковском проливе, выступила в назначенный путь и 18-го числа при устьях днестровских соединилась с черноморскими казачьими лодками, поспешил с флотом к Дунаю и подошел 22-го числа к устьям Сунина и Килии в то самое время, как последние суда де Рибаса и 42 лодки запорожцев вступили в реку и атаковали батареи, защищавшие вход.

Флот бросил якорь на глубине 11 сажен в виду обоих устьев, получив тогда повеление Потемкина продолжать прикрытие флотилий; крейсерские суда оставались под парусами и производили поиски. До 10 ноября Ушаков занимал эту открытую местность, признавая ее лучшею из всех прочих для безопасности флота, по нахождению ее между течениями обоих устьев. К счастью, впрочем, крепкие ветры дули не часто и не были продолжительны; но с 1 ноября наступили морозы и несколько раз показывался снег.

Между тем войска наши и флотилия делали быстрые успехи на Дунае, так что пребывание флота не представляло более прежней надобности; позднее же время напоминало о необходимости укрыть многочисленные суда от предстоящих бурь, поэтому Потемкин предписал Ушакову оставить свой пост и только для нанесения большого страха неприятелю показаться у румельских берегов. Обойдя весь этот берег, почти до мыса Калиакрия, флот возвратился в Севастополь 14 ноября.

В продолжение похода этого крейсеры успели завладеть несколькими призами. Бригантины «Климент Папа Римский» и «Феникс» и еще три других судна, под начальством подполковника Чапони, посланные от флота 24 октября, настигли думбас близ Варны и, встретив от него сопротивление, потопили его, спасши, однако, тринадцать турок, в числе коих находился комендант Сунинского укрепления с сыном своим, бежавшие при взятии батарей сунинских; после того взяты были еще два судна, шедшие из Константинополя к Дунаю с овощами, которые благополучно доставлены в Севастопольскую гавань. 29 ноября прибыли из Очакова: первый корабль, построенный на Николаевской верфи, 50-пушечный «Св. Николай», из Херсона «Иоанн Предтеча», обращенный в 74-пушечный из турецкого, и четыре мелких судна.

Мир, заключенный 6 августа 1790 года со Швецией, позволил императрице Екатерине обратить все силы против Турции, и это делалось тем более необходимым, что Австрия со смертью Иосифа II прекратила войну с ней. Положено было начать действия решительные; равным образом и верховный визирь собрал многочисленные войска на правом берегу Дуная и умножил гарнизоны крепостей Браилова, Измаила и Килии.

Главное внимание Потемкина обращено было на Измаил, и флотилия де Рибаса, состоявшая из 70 военных и транспортных судов, вместе с лодками черноморских казаков имела назначение войти в Дунай под прикрытием флота и участвовать с сухопутными войсками в покорении крепостей, на этой реке расположенных. Мы видели уже, в какой степени могли быть полезны действия флота при этом случае; что же относится до флотилии, то она, под начальством храброго своего начальника, стяжала себе новую славу, напомнив неприятелю истребления и пожары лиманских побоищ.

Коль скоро лодки черноморских казаков под начальством войскового судьи полковника Головатого, с присоединенными к ним двенадцатью легкими лансонами и лодками, вошли в Килийское устье 19 октября и расположились перед крепостью Килией – которая накануне взята уже была генералом Гудовичем, не ожидавшим помощи флотилий, – генерал-майор де Рибас с другим отделением судов своих, находившимся в Сунинском устье, сделал нападение на береговые батареи, для чего высадил 20 октября 600 солдат Днепровского приморского гренадерского корпуса, под начальством брата своего, подполковника де Рибаса.

Крепкий ветер не позволял шлюпкам с десантом подойти к берегу, но смельчаки бросились вплавь и, достигнув берега, пошли прямо на приступ, невзирая на перекрестный огонь с турецких лансонов и батарей. Наутро следующего дня обе батареи, имевшие тринадцать пушек, были уже заняты войсками нашими; одно большее судно взорвано, и взято семь транспортных. 6 ноября капитан 1 ранга Ахматов, которому поручено было с особым отрядом очистить проход мимо Тульчи, встречен был семнадцатью неприятельскими судами и после жестокого огня заставил их обратиться в бегство.

Несколько турецких лодок было взорвано и взяты четыре канонерские; турки, в страхе и отчаянии, преследуемые на реке отрядом нашим и по берегу небольшим отделением десантных войск, начали подрывать суда свои, причем много погибло самих их; вышедшие же на берег зажгли селение около Тульчи и удалились в степь. 7 ноября войско с флотилии, предводимое подполковником Рибасом, заняло замок и город Тульчу, и тут в добычу нам досталось, сверх отбитых накануне, одно военное судно и разной величины транспортных 38; в замке найдено немалое количество пороха, разных военных снарядов и десять пушек.

Весь берег под Тульчей покрыт был обломками взорванных неприятельских судов. Далее флотилия следовала к мысу Чаталу для пресечения сообщения Измаила с правым берегом Дуная, и тогда же Рибас отрядил две дивизии к Исакчи, под начальством флота капитан-лейтенанта Литке и подполковника Рибаса, которые достигли этого места 13 ноября и были встречены жестокой канонадой с сухого пути и от неприятельской флотилии, состоявшей из одной шантии, одного кирлангича и тридцати лансонов.

Суда наши стремительно ударили на неприятеля, вскоре привели его в совершеннейшее замешательство и подожгли флотилию, так что турки искали спасения в бегстве, бросив суда свои, береговые батареи и обширный замок, который был тотчас занят войсками, высаженными на берег. Количество снарядов и припасов сухопутных и морских, как то: разного рода инструментов, канатов, полотен, якорей и пороха, найденных в замке Исакчи, было огромное, потому что тут находился главный склад, из которого снабжалась вся турецкая армия, Измаил и прочие крепости.