Собрание важных пустяков: Письма сестре и близким - Джейн Остин

что это будет хорошее имя, так как капитан Фут – ярый противник всяческих прикрас и признает лишь самые простые имена: Мэри, Элизабет, Энн и пр. Наша последняя надежда на Кэролайн – это имя созвучно имени его сестры и может стать счастливым исключением.

Он обедал с нами в пятницу и, боюсь, не скоро решится на это снова, потому что основным блюдом на обед была баранья нога, недостаточно проваренная даже для Джеймса, а капитан Фут питает особую неприязнь к недоваренной баранине, но он был так мил и любезен, что я бы не заподозрила в нем умирающего с голоду. Он сердечно приглашает нас всех в свой загородный дом, говоря ровно то, что должны были сказать Уильямсы, если бы хотели видеть нас у себя. С тех пор как ты уехала, мы их не видели, но слышали, что они только что снова перебрались в Бат, чтобы не мешать дальнейшим переделкам в Бруклендсе.

Миссис Ф. А. получила очень приятное письмо от миссис Диксон, которая пришла в восторг от сумочки и просит ее не покупать платье для крестин, а это именно то, о чем мечтала ее юная корреспондентка, и она намерена как можно дольше откладывать пошив чепца в надежде на то, что своевременно получит образцовый экземпляр в подарок от миссис Д. Она просила передать, что платья были скроены еще до того, как пришло твое письмо, и длина у них как раз подходящая для Кэролайн. Если не ошибаюсь, «постельные жилетки», как их обычно называют, должен между всеми распределить Фрэнк, и, конечно же, их покрой вызывает восхищение.

С «Альфонсиной»[21] поначалу не клеилось. Первые двадцать страниц на редкость отвратительны – помимо скверного перевода, там встречаются такие бестактные грубости, которые буквально порочат прежде такое чистое перо, но стоило переименовать это чтиво в «Донью Кихот», как оно сразу превратилось в развлекательное и скрашивает теперь наши вечера; а для меня особенно ценно, что теперь я нахожу в нем все те достоинства, которые помнила в ранних романах. Миссис Ф. А., для которой все это в новинку, получает неимоверное удовольствие от чтения, а вот для Мэри в этом нет большой радости, впрочем, как и в любой другой книге.

Маменька, похоже, ничуть не больше нас разочарована расторжением семейного договора; сейчас она думает не столько об этом, сколько о комфортном состоянии своих собственных финансов, и с целью поправить его она собирается закрыть свои годовые счета, не ожидая, впрочем, от этого слишком многого, поскольку начинает новый год с остатком в 30 фунтов, и когда она примется за ответ тете, – а ты знаешь, что она всегда волнуется, когда пишет тете, – ее будет переполнять радость. Полагаю, тебя ждет много откровенных бесед с миссис К. на эту тему, а также на многие другие темы, касающиеся нашей семьи. Что ж, можете перемывать кости всем, кроме меня.

Четверг. Мы ожидали Джеймса вчера, но он не приехал; если он и появится сейчас, то его визит будет очень коротким, так как уже завтра ему предстоит вернуться, чтобы в субботу можно было отправить Аякса вместе с седлом в Винчестер. Фасон новой накидки Кэролайн зависит от того, сможет ли ее мать ехать так далеко в этом седле; не имею представления, на что будет потрачена сэкономленная гинея. Миссис Дж. О. сейчас не слишком часто сетует на бедность, хоть и не надеется, что наш брат сможет купить новую лошадь к следующему лету.

Планы насчет Уорикшира по-прежнему в силе, но я сомневаюсь, что семья прибудет в Стоунли так рано, к тому же Джеймсу, по его словам, придется уехать в мае.

Маменька опасается, что я недостаточно подробно расписала тебе состояние ее финансов. Что ж, картина следующая: на начало 1806-го у мамы было 68 фунтов, 1807-й она встречает с 99 фунтами, при этом 32 фунта сверх того потрачены на акции. Фрэнк тоже все это время сводил счета и производил расчеты, и каждая из сторон считает, что наши нынешние расходы вполне оправданы, но значительное увеличение арендной платы за дом не устроило бы никого. Я полагаю, Фрэнк ограничит себя четырьмя сотнями фунтов в год.

Ты будешь удивлена, узнав, что Дженни еще не вернулась; мы ничего не слышали о ней с тех пор, как она прибыла в Итчингсвелл, и можем только предполагать, что ее, должно быть, задержала чья-то болезнь и что каждый день она порывалась отправиться в путь, но тщетно. Я рада была ничего не знать о том, что ее не будет почти все время, пока у нас гостят наши друзья, потому что, хотя все мы испытывали определенные неудобства, все же, знай я заранее об отсутствии Дженни, совсем бы растревожилась. Наши обеды, конечно, сильно пострадали из-за того, что занималась их приготовлением одна лишь Молли; готовит она лучше, чем раньше, но до Дженни ей далеко.

В пятницу гулять мы не ходили, было слишком грязно, да и сейчас прогулка отложена до лучших времен; может быть, сегодня и удастся выбраться – Фрэнк собирается встать на коньки (он надеется покататься на лугу недалеко от берега), а нам остается лишь утешиться поездкой на пароме. Нынешний морозец – лучший из тех, что я помню, такой приятный, легкий. Надеюсь, он постоит какое-то время ради Фрэнка, которому так хочется покататься, – он пробовал вчера, но безуспешно.

Круг наших знакомств разрастается слишком быстро. Совсем недавно Фрэнк был представлен адмиралу Берти, а уже через несколько дней мы принимали в гостях его самого с дочерью Кэтрин. В обоих нет ничего такого, что могло бы понравиться или не понравиться. К Берти вскоре добавятся Лэнсы, чьи визитки мы уже получили и кого мы с Фрэнком вчера успели навестить. Они живут примерно в двух милях от С., справа от новой дороги на Портсмут, и, по-моему, их дом – один из тех, которые можно увидеть практически отовсюду, прогуливаясь в лесах по ту сторону Итчена. Этот величественный особняк стоит на возвышении в очень красивом месте.

Дома мы застали только миссис Лэнс, и похоже, что никаких иных отпрысков, кроме рояля, у нее нет. Она была достаточно вежлива и разговорчива и предложила познакомить нас с какими-то знакомыми в Саутгемптоне, от чего мы с благодарностью отказались.

Я полагаю, что такая вежливость с их стороны, должно быть, вызвана соответствующей просьбой мистера Лэнса из Незертона, поскольку иных причин сближаться с нами у них нет. Осмелюсь предположить, что приходить к нам они будут нечасто. Они живут красиво и богато, и ей, похоже, нравится быть богатой,