Роберт Фалкон Скотт - Дневники полярного капитана

Ознакомительный фрагмент

Мы застали плавучие льды дальше к северу, чем ожидали, и не знаем, чем это объяснить. Надеемся, что не встретим слишком плотного льда, но без большого к тому основания.

10 часов вечера. Прошли немного за весь день; но ледяные полосы встречаются все чаще, и ледяные массы по обеим сторонам появляются уже полями значительного объема. Попадается множество гор; около половины их плосковерхие; остальные – потертые и прихотливых форм.

Небо сегодня удивительное. Облака всевозможных форм, при всевозможных условиях света и тени. Солнце беспрестанно выглядывало из-за облаков, временами ярко освещая то ледяное поле, то вздымающуюся отвесной ледяной стеной гору, то клочок морской лазури. Солнечное сияние и тень весь день сменяли друг друга. Вечером очень мало зыби, и судно идет на ровном киле, спокойно; изредка только получается толчок, когда оно натолкнется на подводный лед.

Из частной переписки Р. Скотта:

«Мы весьма тщательно рассматривали все пережитое нами в прежние плавания, чтобы выбрать лучший меридиан, по которому идти к югу, и я думал, и до сих пор думаю, что все указывает на 178° западной долготы. Мы вошли в плавучие льды, приблизительно следуя этому меридиану, и в награду за нашу предусмотрительность попали в такие плохие условия, каких доселе не встречало ни одно судно, – хуже, чем я себе представлял возможным на любом другом меридиане.

Для того чтобы понять затруднительность нашего положения, нужно составить себе понятие о том, что такое плавучие льды и как мало известно об их движении.

Льды в этой части света состоят: 1) из льда, прошлой зимой образовавшегося на море у края Антарктического океана; 2) из очень громоздких старых льдин, прошлым летом вырвавшихся из бухт и проливов, но не успевших уйти на север до наступления зимы; 3) из сравнительно толстого льда, образовавшегося над морем Росса ранней прошлой зимой, и 4) из сравнительно тонкого льда, образовавшегося над некоторыми частями моря Росса в середине или к концу прошлой зимы.

Все эти ледяные покровы во все продолжение зимы, несомненно, движутся и извиваются, разрываются, напирают друг на друга, своим давлением выдвигая гряды, и тысячи ледяных гор быстро несутся через эти льды, поднимая бугры и гряды и вообще производя всякие беспорядки; тогда на таких скважинах вода зимой, конечно, замерзает опять и образует новый, более тонкий покров.

С наступлением лета северный край покрова обветривается и мякнет, и тяжелая океанская зыбь врывается в него, разбивая лед на более и более мелкие куски. Тогда вся масса движется к северу, и прибой с моря Росса накидывается на южный край ее.

Этим объясняется, почему у северных и южных пределов плавучих льдов льдины и обломки бывают сравнительно невелики, тогда как в середине бывают ледяные поля в две и три мили поперек; объясняется и то, почему они могут состоять из разного рода ледяных масс, перемешанных в хаотическом беспорядке.

Далее станет понятно, почему ледяная полоса с течением лета становится более узкой, а отдельные льдины тоньше и меньше.

Мы знаем, что там, где в начале января можно найти плотные массы, в феврале можно встретить открытое море, и вообще можно сказать, что чем позже, тем больше вероятия пройти.

Прокладывая себе путь, судно должно или ломиться через льды, расталкивать их, или обходить их, имея в виду, что нельзя толкать льдины, имеющие больше 200 или 300 ярдов в поперечнике.

Может судно пройти или нет, зависит от толщины и свойства льда, величины отдельных льдин и их плотности – столько же, сколько и от силы судна.

Положение главных составных частей льдов и плотность отдельных льдин зависят почти всецело от преобладающих ветров. Нельзя знать, какие преобладали ветры до прихода данного судна, поэтому нельзя много знать о положении и плотности льдов.

Плотность, в известных пределах, меняется день ото дня и даже час от часа; такие изменения тоже обусловливаются ветром, но не всегда непременно местным ветром, так что они являются иной раз прямо загадочными. Видишь, как льдины в данное время напирают одна на другую, а час или два спустя между ними оказывается трещина шириной в фут или больше.

Когда льдины плотно припирают друг к другу, трудно, а иногда невозможно пробить себе дорогу через них; но когда давление слабеет, множество узких трещин позволяет протиснуться зигзагом».

Трудно передать чувство облегчения при таком спокойном ходе после недавних бурных дней. Облегчение, ощущаемое лошадьми, можно только вообразить; собаки же видимо повеселели и порезвели, так же, как и люди. Плавание обещает сойти благополучно, невзирая на грозящие задержки.

Если лед погустеет, я непременно потушу топки и выжду, чтобы он раскрылся. Не думаю, чтобы он долго остался закрытым на этом меридиане. Этой ночью мы должны перейти 66-ю параллель.

Суббота, 10 декабря.

66°38′ ю. ш., 178°47′ з. д. Хорошо идем S 17 W 94.

Оставались на палубе до полуночи. Солнце только что погрузилось за южный горизонт. Зрелище было несравненное. Северное небо, роскошного розового цвета, отражалось в морской глади между льдами, горевшими огнями от цвета полированной меди до нежного розоватого; к северу и горы, и льды отливали бледно-зеленоватыми тонами, переливавшимися в темно-фиолетовые тени, а небо переходило от бледно-зеленых тонов в шафранные. Мы долго засматривались на эти чудные световые эффекты. Судно в течение ночи прорезало себе каналы, и утро застало нас почти у края открытого моря. Мы остановились, чтобы запастись водой с чистенькой торосистой льдины, и достали около 8 тонн. Ренник бросил лот[10]; глубина 1960 морских саженей. Трубка принесла два маленьких кусочка вулканической лавы с примесью обыкновенного морского глобигеринового ила[11].

Уилсон [старший зоолог и глава научного персонала] застрелил нескольких глупышей. Нельсон [биолог] вертикальным неводом изловил нескольких скорлупников, добыл образчик воды, и измерил температуру на глубине 400 метров; на этой глубине вода теплее.

Около полутора часов мы шли сперва через довольно слабый паковый лед, а затем сквозь тяжелые старые льды, собравшиеся около большого айсберга. Пошли в обход. Стало легче. Хотя, по мере продвижения к югу, льдины уже не такие огромные, но толщина их увеличилась. Я заметил большие пласты сравнительно тонкого льда, очень рыхлого и хрупкого. Они похожи на те, которые встречались нам во время плавания на «Дискавери», хотя и толще.

В 3 часа мы остановились и убили четырех тюленей-крабоедов. Вечером на обед у нас была очень вкусная печенка.

Сегодня вечером попали в очень плотный лед и сомневались, стоит ли через него пробиваться. Но ясный небосвод на юге заставляет меня считать, что в этом направлении должна находиться более свободная ото льдов вода. Может быть, расстояние до нее совсем небольшое… Когда я, в 11 часов вечера, отправился вниз спать, Брюс пробивался вперед, но время от времени вынужден был останавливать судно. Я заметил, что лед теперь глаже и тоньше. Местами видны признаки сжатия, и там лед был очень тонкий.