Маленькие рассказы - Анатолий Игнатьевич Приставкин

И с нами шел, нес и уставал наш Серый.

Однажды поздней ночью, оставив позади десятки километров, мы переправлялись через речку. Серый зашел по брюхо и встал, пугаясь невидимой реки и быстрого течения. Чужая неразборчивая ночь окружала нас. Люди были взбудоражены и злы. Они кричали и сердились.

— Иди. Ну, иди, — просил я Серого.

Он не двигался. Напрасно подхлестывали его, пытаясь силой столкнуть на быстрину.

— Давай, давай же! — уже кричал я беспомощно, хорошо чувствуя, что от такого жалобного крика я бы сам никогда не двинулся вперед, будь я лошадью. И она чувствовала нашу неуверенность и, пятясь, вздрагивала всей кожей. Так мы потеряли около часу, измотав и животное и самих себя. И тогда я начал бить лошадь. Уже ничего не соображая, из последних сил я стучал кулаками по глазеющей звериной морде, по горячим ноздрям и губам, ставшими вдруг мягкими, кисельными, Я молотил и молотил нечувствующими деревянными кулаками по этой жидкой каше. Я бил и бил.

Лошадь шагнула и перешла речку. Потом мы добрели до места и, не поужинав, бросились спать.

А ночью я тихо пробрался к Серому и, лихорадочно сотрясаясь, горячий и больной от перенесенного позора, я гладил его. Я смотрел в большой, тускло поблескивающий в темноте добрый лошадиный глаз, и трясся, и плакал. И до рассвета просил у лошади моей прощения.

Березка

От Братска к Заярску дорога частью идет по Ангаре, и лед по дороге зеленый, порезанный тракторами. Потом выезжаем в поле; оно не обыкновенное, это поле, — громадное пространство до горизонта в черных пеньках. Словно на белый ватман набрызгали клякс. Значит, и здесь будет Братское море.

Машина наша едет и едет. И всё пеньки да пеньки. Эдакие черные тараканы повылезали на белоснежье. Глаз быстро устает от такой ряби. И тогда все кажется то сплошь белым, то черным. И вдруг среди этого неживого пространства березка. Тонкая и тихая.

Милая ты моя! Как же ты сохранилась здесь, среди снегов? Как же тебя не спилили, не порубали и не сожгли?

Одна — непонятно, чудно — среди горелых пней стоит, прозрачная, белее белых снегов, что вокруг нее. И я уже фантазирую и готов сочинять какую-то новую сказку… Но шофер рядом говорит:

— Знаю я, отчего она здесь. Все очень просто. Красота — вот вам и причина.

И я узнаю.

Пилила здесь лес бригада леспромхоза, что котлован под будущее море очищает. Вон сколько поснесли, и ничего, а тут наши бородачи вроде спасовали. Поглядели. Березка. Вздохнули. Потому как многие с запада понаехали, от этих березок. И чего-то так начали они пилить, что минули ее, не сговариваясь, и пошли дальше. Мол, хоть не мы, сучкорубы все равно прикончат.

А там половина баб, усталых, крикливых и в штанах. Наткнулись, постояли, почему-то примолкли. Потом по-хозяйски ветки от ствола отгребли, чтобы весною солнце до корней достало. И двинулись дальше, только минуту постояли. Индивелые, платок поверх шапки по глаза увязан. Да ватники. А березка — словно небо сеет сквозь себя. Удивительная красота! Да ведь будут трактора лес возить, все равно сомнут.

Трелевочный трактор узколоб, два глаза равнодушно вперед глядят. Тракторист черен от соляры да мороза. От холода на лицо словно густая сетка легла. Или паутина тонкая прилипла. Так всегда на холоде, а как в тепло зайдешь, все исчезает. Посмотрел тракторист на березку и сощурился, словно его встречною машиной ослепило. И удивился и сказал вдруг: «Ох ты, доченька!» А трактор в это время изгиб на дороге сделал. Посмотрел он назад: идут следом другие машины по его загибу, вот наделал дел. И березка стоит, — боже мой, до чего же она приятная, березка эта. Жаль, но остатки будут жечь, спалят. Точно. А тут девчонки песни заорали. Дымище кругом. По лицу у них сажа. Посмотрели, березка стоит. Развели огни подальше. Посидели. Посмотрели. Дым да грязный снег за спиной. А тут березка стоит. Удивительно. Отогрелись, пошли дальше. Опять оглянулись. Даже песню петь захотелось. Вот и вся история.

* * *

Издательство просит читателя дать отзыв как о содержании книги, так и об оформлении ее, указав свой точный адрес, профессию и возраст. Библиотечных работников издательство просит организовать учет спроса на книгу и сбор читательских отзывов.

Все материалы направлять no адресу: Москва К-9, Б. Гнездниковский пер., 10, издательство «Советский писатель».