Пятый великолепный. Нейлоновое сердце - Zoia

– Прежде всего, я поздравляю участников расследования с успешным завершением сложной операции. Хотя формально Дамир Омаров еще не арестован, он изолирован и больше не представляет опасности. Отличная работа.

Листратов и Молотов обменялись изумленными взглядами, но перебивать невидимого собеседника вопросами не решились. Евгений схватил со стола бутылку воды, открыл и начал жадно пить из горлышка, хотя стаканы стояли рядом.

– Подполковник Чэнь Кунь сейчас ведет оперативную игру с Нейлоном, – спокойно продолжил генерал Ма. – Нейлон очень откровенен, поскольку считает, что контролирует ситуацию. Но как только этот формат перестанет быть эффективным, мы перейдем к традиционному: официальному предъявлению обвинений и заключению под стражу. И тогда подполковник Чэнь обязательно лично пообщается с вами, а вы сможете передать список вопросов подозреваемому или направить к нам следователя.

«Чэнь жив!» – взорвалась мысль в голове у Листратова и вытеснила все остальные. Он с огромным трудом заставлял себя слушать дальше. Судя по расширенным глазам Молотова, тот чувствовал примерно то же.

– Полная изоляция Дамира Омарова в пути была невозможна без раскрытия истинного положения дел, – терпеливо отвечал генерал Ма на невысказанные вопросы. – Поэтому мы вынужденно давали ему периодический доступ в интернет. И из-за этого предельно сузили круг посвященных в реальное положение дел. Нейлон видел, что все ищут его и подполковника Чэня, и это усыпляло его бдительность. Активные разыскные мероприятия были очень полезны. Но я понимаю, что у вас возникло много вопросов, поэтому готов ответить на них прежде, чем мы продолжим. Прошу вас.

Листратов оценил профессионализм китайского генерала. Он точно выбрал момент для передачи слова. Еще минута, и Молотов перебил бы его, забыв о приличиях и субординации. Да что там, Евгений сам бы прокричал в микрофон что-то вроде: «Чэнь жив!»

– Генерал Ма, мы бы хотели узнать подробности произошедшего на «Арене». – Молотов задал правильный вопрос умеренно раздраженным тоном. Он быстро сориентировался в ситуации.

– Да, конечно. Подробный отчет будет чуть позже, но самые сложные вопросы я и собирался осветить. Как вы помните, подполковника Чэня пытались похитить на концерте Полины Адлеровой. После этого мы позаботились о его негласной защите. Я понимаю, что здесь есть этические сложности, но Чэнь Кунь – очень ценный сотрудник, мы не могли рисковать. Незадолго до открытия «Интервидения» наши оперативники обнаружили тревожную активность иностранных агентов. Мы сделали вывод, что они планируют похищение подполковника Чэня.

– Но почему не сообщили нам? – не удержался Молотов.

– Формально нечего было сообщать. Спецслужбы постоянно следят друг за другом. Мы решили подстраховаться и отправили группу для защиты подполковника Чэня. Могу я продолжить?

– Да, конечно, виноват, – смутился Молотов.

– Как вы наверняка уже поняли, это были британские агенты. Они проникли на «Арену», где забрали в тайнике костюмы, маски и нелетальное оружие. Наши сотрудники их обезвредили без ущерба для здоровья, переоделись и так смогли выдать себя за них. Нейлон полагал, что они пришли защищать его и захватить Чэня. На самом деле все было наоборот.

– Вы расцениваете произошедшее как удачный экспромт? – довольно холодно спросил Молотов.

Листратов даже позавидовал генералу. У него самого сейчас в душе творился полный хаос.

– Я полагаю полезным нам иметь общую картину произошедшего, – ничуть не смутился генерал Ма. – Омаров однозначно заявил, что хотел бы последовать за группой и выехать из России. Он убеждал и Чэня присоединиться к нему, обещал рассказать важную информацию об убийстве в Гонконге. Омаров уничтожил записывающую аппаратуру подполковника Чэня, но так вышло, что у нашей группы была своя. Записи их общения с момента появления группы мы, конечно, предоставим. Другими словами, Омаров добровольно передал себя в руки правосудия КНР. Прежде чем вы дадите свою оценку ситуации, учтите, что наши законы предусматривают значительно более суровое наказание для подобных преступлений, чем российские.

Листратов восхитился ответом. Честно говоря, в этот момент он восхитился бы и солнечным зайчиком, но генерал Ма оказался действительно хорош. Если Нейлон докажет, что был незаконно задержан, то вернется в Россию или Казахстан, где даже пожизненное заключение получит только при полном невезении. Но если останется в Китае, то может закончить камерой смертников. Чего бы Листратов хотел больше?

– Полагаю, вы и здесь правы. – Молотов тоже прекрасно понял намек. – Полковник Листратов докладывал, что Чэнь Кунь просил разрешения на некоторую автономность в случае непредвиденного развития событий. Мы рады, что он блестяще воспользовался полученными полномочиями и обезвредил преступника. Передайте, пожалуйста, ему мою благодарность при первой возможности. И примите ответные поздравления.

– Благодарю вас, обязательно передам, – чуть теплее сказал генерал Ма. – А теперь позвольте завершить наш разговор. Я бы хотел как можно скорее рассказать то же казахстанским коллегам.

Еще пять минут они сидели в полной тишине. Молотов разглядывал собственный стол, Листратов наконец смог успокоить клокочущую радость и переварить новости.

– Что думаешь? – подал голос генерал.

– Китайская комната, – ответил Листратов.

– Ты о чем?

– Чэнь Кунь рассказывал, так нейросети работают. Сидит человек в запертой комнате, ему через щель иероглифы запихивают. Он китайского не знает, но по инструкции другими иероглифами отвечает. То есть ничего не понимает, но все хорошо работает, клиенты довольны.

– Да уж, – задумчиво прокомментировал Молотов. – Напихали нам иероглифов по полной. А Чэнь и правда гений.

– Гений, – согласился Листратов. – И он жив.

– Ну это пока, – многообещающе ухмыльнулся генерал. – Вот погоди, приедет он в Москву…

– Или в Казахстан, – коротко хохотнул Листратов. – Представляете, какие сейчас лица у Бижанова и Кабдулина?

– Отлично представляю. – Молотов показал на себя и полковника: – Как у нас с тобой. В зеркало посмотри.

Листратов удивился, когда услышал смех в генеральском кабинете. Но потом понял, что смеется он сам. Напряжение, волнение, горе и радость выходили из него толчками хохота. Он попытался остановиться, когда увидел удивленное лицо начальника, но вспомнил, что Чэнь жив, и снова засмеялся. Молотов хотел что-то сказать, но потом издал густой генеральский смешок, сдался и тоже захохотал во всю мощь.

Листратов вышел из кабинета, стараясь вернуть серьезное выражение лица. Но когда закрыл дверь, увидел встревоженную группу поддержки принтера и не смог остановить рвущуюся изнутри радость.

– Шеф, все в порядке? – осторожно спросил Медведев.

– Да. И правда, хороший анекдот – великая сила. – Полковник еле сдержался, чтобы снова не захохотать, когда увидел победную мину одного своего подчиненного и озадаченную другого. – Пошли к опергруппе, расскажу новый, генеральский.

– А о чем? – загорелся сразу повеселевший Медведев.

– О китайской комнате. Все попадаете со смеху, обещаю.

Эпилог

Джонни Уали

Алматы, Swissotel Wellness Resort Alatau Almaty, август

Джонни элегантным движением отодвинул стул и помог маме сесть. Она зарумянилась от удовольствия и села лицом к залу.

– Здесь так красиво! – тихо сказала мама, словно опасаясь кого-то обидеть. – И все вокруг так хорошо одеты.

– Ты тоже выглядишь отлично, – заметил Джонни. – И мужчины не могут удержаться от