Том Нокс - Клуб адского огня

— И тут появляется бедняга Брайтнер.

— Правильно. Столетия молчания, и вдруг Клонкерри узнают, что Франц Брайтнер докопался-таки до Гёбекли. Угрожающая ситуация. Если будут также найдены череп и карта, а потом кто-то сопоставит одно с другим, истина выйдет наружу. Самый младший член семьи, Джейми Клонкерри, собирает богатых парней в качестве своих помощников, сколачивает банду с одной-единственной целью — найти и уничтожить Черную Книгу.

Однако над Джейми Клонкерри тяготеет другое династическое проклятие: он несет в себе ярко выраженный набор генов Гёбекли. Красивый и харизматичный, одаренный лидер, он одновременно законченный психопат, убежденный, что обладает правом убивать кого угодно. Всякий раз, когда он ошибался в своем предположении о местонахождении черепа и карты, гены Гёбекли давали о себе знать.

Последовало долгое молчание.

Наконец Кирибали встал, выправил манжеты рубашки, выровнял галстук.

— Очень хорошо. Обожаю подобные рассказы. Лучшие места в Библии и Коране — как раз такого рода истории. Как по-вашему? Лично я всегда был убежден в этом.

Роб улыбнулся.

Кирибали зашагал в направлении мегалитов; носки его элегантных ботинок блестели в лунном свете.

— Мистер Латрелл… — в голосе Кирибали слышались шипящие звуки, — я разговаривал с детективом Форрестером, и он рассказал кое-что любопытное о вас и о Клонкерри. По правде говоря, я надавил на него, чтобы получить информацию. Вы же знаете, я человек настойчивый. Вопрос за вопросом, и в конце концов Форрестер признался, что именно обнаружил в Интернете.

Роб пристально смотрел на Кирибали.

— Роберт Латрелл. Довольно необычная фамилия.

— Я не прав?

— Думаю, она шотландско-ирландская.

— Правильно. Ее и сейчас можно встретить в районе Дублина, хотя большая часть рода эмигрировала в Америку. В Юту, откуда и вы родом. — Кирибали поправил безупречно сидевший на нем пиджак. — И теперь можно почти с полной уверенностью утверждать, что вы потомок дублинских Латреллов. А они тоже являлись членами «Клуба адского огня». Ваши предки состояли в родстве с Клонкерри.

Последовала многозначительная пауза.

— Мне это уже известно.

— Правда?

— Ну да. По крайней мере, я догадывался о чем-то таком. И Клонкерри это знал. Вот почему не раз намекал на какие-то родственные связи.

— Но это означает, что в вас, возможно, тоже есть гены Гёбекли? Вы понимаете?

— Конечно, — ответил Роб. — Хотя тут всего лишь набор генов, даже если я и несу его в себе. Я в такой же степени сын своей матери, как и своего отца.

Кирибали энергично закивал:

— Да, да, да. Мать человека очень важна!

— И даже если во мне есть некоторые из этих свойств, не обязательно, что я обречен. Нужно оказаться в определенной ситуации, да и немалую роль играет окружение. Тут очень сложное взаимодействие. — Роб помолчал. — Так или иначе, я не собираюсь становиться политиком…

Детектив рассмеялся.

— Так что, думаю, со мной все будет в порядке, — закончил журналист. — Пока мне в руки не попадет атомная бомба.

Кирибали щелкнул каблуками, как бы повинуясь приказу невидимого командира, достал из кармана мобильник и зашагал к машине; возможно, почувствовал, что Роб хочет остаться в одиночестве.

Латрелл постоял, отряхивая пыль с джинсов, а потом по знакомой каменистой тропе начал спускаться к самому центру храма.

На дне котлована он остановился, оглядываясь по сторонам, вспоминая смех и шутки с археологами. Здесь, в Гёбекли, он впервые встретился с Кристиной женщиной, которую полюбил. Однако здесь же погиб Брайтнер; и здесь тысячи лет назад начался весь ужас с жертвоприношениями.

Луна плыла высоко, белая и равнодушная. В ночи застыли молчаливые и высокомерные камни. Роб пошел между ними, наклоняясь и бережно прикасаясь к резьбе, исполненный благоговейной робости и почти вынужденного, но несомненного уважения к удивительным древним камням, к таинственному храму Эдема.

51

Роб и Кристина хотели, чтобы свадьба была простой и скромной: в этом оба были согласны. Единственный вопрос — где ее провести? Но когда археолог узнала, что унаследовала дом Исобель на Принцевых островах, проблема была решена.

— Таким образом мы почтим ее память. Она одобрила бы, я уверена.

Прекрасный сад Исобель — вот место, лучше которого не придумать. Они пригласили бородатого греческого священника-выпивоху, наняли певцов, довольных тем, что получат бесплатное пиво, и даже нашли трех замечательных музыкантов, играющих на базуках. Были приглашены близкие родственники и лучшие друзья. Из Лондона прибыли Стив и несколько коллег Роба; Салли привезла с собой замечательный подарок; мать Роба, в своей лучшей шляпке, одаривала всех горделивой улыбкой.

Простая церемония протекала в лучах солнечного света. Лиззи, босиком, но в красивом летнем платье, была подружкой невесты. Священник стоял на террасе и нараспев произносил магические заклинания. Солнечный свет пробивался сквозь ветви сосен и тамариска; пересекающий глубокие голубые воды Босфора паром громко гудел. Певцы пели, и Роб целовал Кристину, а потом они стали мужем и женой. Латрелл женился во второй раз.

Затем состоялось собственно празднество. В саду, где над розовыми кустами летали золотистые бабочки, гости пили шампанское. Стив болтал с Кристиной, мама Кристины болтала со священником, и все лихо отплясывали под звуки базук. Кирибали цитировал стихи и флиртовал со всеми женщинами, в особенности с теми, что постарше.

Где-то в середине дня Роб оказался рядом с Форрестером в тени деревьев. Воспользовавшись случаем, журналист поблагодарил детектива — за то, что тот сознательно закрыл глаза кое на что.

Форрестер, с бокалом шампанского на коленях, залился краской.

— Как вы догадались?

— Вы мудрый человек, Марк. Вы позволили нам сбежать с Черной Книгой. Вот о чем вы спорили с Дули в Дублине, правда?

— Простите?

— Вы знали, куда мы собираемся, и хотели нам немножко помочь, потому и убедили Дули оставить коробку у нас.

Форрестер вздохнул.

— Все верно. Я знал, что вы затеяли. И не мог осуждать вас, Роб. Я поступил бы точно так же, если… если бы мой ребенок оказался в опасности. Пойдя официальным путем, мы бы почти наверняка опоздали.

— И вы очень вовремя позвонили Кирибали. Спасибо… за то, что прикрывали нас. — Латрелл с трудом подбирал слова. В сознании промелькнул ужасный образ Клонкерри с оскаленными белыми зубами. — Страшно даже подумать, что могло бы случиться, если бы не ваше вмешательство.

Детектив отпил шампанского и кивнул.

— Как она?

— Лиззи? Замечательно. Такое впечатление, будто вообще все забыла. Правда, немного боится темноты. Думает, что на ней опять колпак.

— И никаких других проблем?

— Нет… По-моему, нет.

— Хорошо быть пяти лет от роду, — улыбнулся Форрестер. — Малыши быстро приходят в норму. Если выживают.

Разговор иссяк. Роб смотрел на гостей, танцующих на лужайке. Кирибали подпрыгивал и хлопал в ладоши: изображал казачий танец.

Полицейский кивнул в его сторону.

— Вот кого вам надо благодарить.

— За своевременные и точные выстрелы?

— Я слышал, как все было. Невероятно.

— Отменный стрелок. Ему бы медали брать на Олимпиаде.

— Считаете, что его меткость решила дело?

— Да, — ответил Роб. — Кирибали видел, что до Клонкерри еще далеко и полиция не успеет добраться до нас из-за разлива воды. Ну, тогда он взял свое охотничье ружье и…

Музыка возбуждала; собственно, этого и добивались игроки на базуках. Журналист допил шампанское.

Мужчины вернулись к танцующим. Тут же подбежала Лиззи, смеясь и напевая. Роб наклонился и нежно погладил блестящие волосы дочери; малышка снова рассмеялась и протянула папе руку.

Глядя на отца и дочь, идущих рука в руке, улыбающихся и полных жизни, Форрестер ощутил укол печали и тоски. Однако хорошо знакомое чувство потери было окрашено другим, поистине удивительным, пусть мимолетным и несмелым.

Чувством, которое называется «счастье».

Примечания

1

Георгианский период — время правления четырех подряд английских королей, носивших имя Георг (1714–1830). (Здесь и далее примечания переводчиков.)

2

Нет (нем.).

3

Добро пожаловать (нем.).

4

Да (нем.).

5

Идем (нем.).

6

Добрый день (нем.).

7

Да, естественно (нем.).

8