Другой взгляд - Альбина Равилевна Нурисламова

забью, – Элка вытащила мобильник.

Денис продиктовал номер. Элка проговорила по цифрам: проверила, чтоб уж никакой ошибки.

– Сколько сейчас? – оглянулась на часы Кира.

– Почти девять вечера. Думаешь, удобно звонить? – с сомнением спросил Денис.

– Время детское, – ответила Элка.

– Звони! У нас срочное дело. Некогда миндальничать, – поддержала её Кира.

Элка протянула Денису мобильник.

– Я нажала вызов.

Пошли долгие гудки. Все трое напряжённо вслушивались. Наконец неожиданно молодой высокий голос бодро произнёс:

– Слушаю, говорите.

– Добрый вечер! – Денис переложил трубку из правой руки в левую. Ладони вспотели от волнения. – Меня зовут Денис Грачёв. Я говорю с Владимиром Сухановым?

– Совершенно верно. Чем могу быть полезен?

– Прошу прощения за поздний звонок. Мы нашли этот телефон на вашем сайте…

– Так, так, – ободряюще произнёс Владимир.

– Видите ли, в двух словах этого не объяснить. На сайте есть упоминание об одной аномальной зоне. Кара Чокыр. Вы не могли бы рассказать о ней подробнее?

– Что именно вас интересует?

– Всё, – просто ответил Денис, – всё, что вы знаете.

Владимир Суханов молчал.

– Если нужно, мы заплатим за информацию, – поспешно добавил Денис.

– Что вы, дело вовсе не в деньгах, – испугался Суханов, – я просто соображаю, когда нам с вами лучше увидеться.

– Если можно, завтра, – в голосе Дениса зазвучали просительные нотки. – Это очень важно.

«Вопрос жизни и смерти. Без всякого художественного преувеличения», – подумала Кира.

– Сможете подъехать ко мне домой в восемь утра? – решился Владимир. – У меня в десять часов заседание кафедры в университете. Так что часок-полтора сможем спокойно поговорить.

– Конечно, – воскликнул Денис, – а потом, если нужно, мы можем вас подвезти, куда скажете!

– Это лишнее, – засмеялся Владимир. – Я хорошо устроился: живу в десяти минутах ходьбы от университета. И лаборатория моя рядом.

– Тогда договорились. – Денис заметно успокоился, обрёл прежнюю уверенность. – Подскажите, пожалуйста, адрес.

Суханов назвал улицу, дом, квартиру, на том и распрощались.

– Мне кажется, на сегодня всё. Можем попытаться поспать, – Денис с хрустом потянулся. – Где выделишь койко-место?

– Мы с Элкой на диване ляжем, а ты в кресле. Я сейчас…

Ожила трубка городского телефона. Денис, который сидел ближе всех, машинально схватил её и ответил:

– Алло! Да!

Выслушав ответ, виновато протянул трубку Кире:

– Это тебя. Муж.

Элка сделала страшные глаза. Денис сконфуженно улыбнулся и прошептал: «Рефлекс!».

– Привет, Саш, – смущённо отозвалась Кира.

– Привет, Кирюха. Может, объяснишь, что у нас делает какой-то мужчина? Ещё и трубку берёт! Чувствует себя как дома? Привыкает? – Сашка говорил лёгким, ироничным тоном. Он ни в чём не подозревал Киру. Они всегда верили друг другу. И всё равно в голосе звучало тщательно скрываемое опасение.

– Это Денис, Сашуль, – непринуждённо ответила Кира. – И Элка тоже здесь.

– Добрый вечер! – громко, чтобы Саша слышал, поздоровалась Элка.

– Добрый! – откликнулся Саша. – Разве она не в больнице?

– Выписали, – коротко проинформировала Кира.

– И вы все у нас? Что-то случилось? – встревожился муж.

– Ничего особенного, не волнуйся. Я тебе всё при встрече расскажу, ладно? Ребята у нас заночуют, нам завтра с утра надо съездить по делам.

– Да в чём дело-то? Я теперь ночь спать не буду! Раздразнила и молчит!

– Саш, не по телефону, – твёрдо сказала она, – не переживай, всё хорошо. Ты когда точно приедешь?

– Я только что уехал, – напомнил муж, – но, надеюсь, буду не так долго, как мы думали. Второго февраля вернусь. А может, и первого, если с утра сможем выехать. Смотря как завтра день сложится.

– Сложился бы уж так, чтобы побыстрее, – вздохнула Кира. – Я скучаю.

– Я тоже.

– Ты как добрался? – спохватилась она.

– Вспомнила-таки!

– Саш… я…

– Ладно уж! Развела тайны, про мужа подумать некогда, – добродушно пожурил Саша. – Отлично я добрался. И всё со мной нормально. А теперь вот голос твой услышал, так и вовсе замечательно.

– Я тоже тебя люблю.

– Спокойной ночи, Кирюха.

– И тебе. Целую.

Этот разговор дался Кире нелегко: она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал, как обычно. А повесив трубку, не выдержала и заплакала. Эля и Денис прекрасно понимали, о чём она плачет. Вполне могло случиться, что это их последний разговор с Сашей. Завтра он может и не вспомнить, что была в его жизни женщина по имени Кира. Что они прожили вместе несколько счастливых лет и собирались родить ребёнка.

Глава 17

По дороге к дому Суханова все трое подавленно молчали.

– Голова раскалывается, – пожаловалась Эля.

– У меня тоже тяжёлая, – Кира помассировала пальцами виски. – Не выспалась.

– Куда прёшь, баран! – зло выругался Денис на водителя битой «четырнадцатой». – Понапокупают прав…

Утро принесло новые потери. И хотя они уже были готовы к этому, иммунитет не вырабатывался – опять стало страшно до одури.

Кира позвонила на работу – узнать, как дела. В такую рань, в начале восьмого, на месте мог быть только Марик. Он часто приезжал задолго до начала рабочего дня. Правда, это было до того, как у него появилась невеста, но попробовать стоило. Марик снял трубку после третьего гудка. Как всегда, на вахте.

На робкое приветствие Киры он вежливо поинтересовался, кто она такая, с кем и по какому поводу желает поговорить. Кире показалось, что её с силой ударили в живот – там сразу заныло и перехватило дыхание. И всё же она сумела оправиться и попросить к телефону саму себя. Марик так же вежливо проинформировал её, что в «Косметик-Сити» нет сотрудников с таким именем. Хотя, кажется, он припоминает, что несколько лет назад у них какое-то время работала девушка по имени Кира. Скомкано попрощавшись, она нажала кнопку отбоя.

– На работу звонила? – мрачно спросила Элка, выходя из ванной. Денис, уже умытый и причёсанный, пил кофе на кухне.

Кира промолчала.

– И что тебе ответили?

– Меня там не знают. Я работала у них несколько лет назад, – замороженным голосом отозвалась Кира.

– А я тоже звонила. Родителям.

– Узнали? – хором спросили Денис и Кира.

– Узнать-то узнали… Мать стала выспрашивать, где я, причитать, зачем сбежала. Я ничего не пойму, откуда сбежала, спрашиваю. Она воет: «Как, деточка, ты ничего не помнишь? Тебе хуже?» Короче, выяснилось, что я после очередного суицида лежала в больнице. Да, да, всё там же. В дурке. Мать принялась упрашивать меня не пить, вроде бы я по пьянке то вешаться, то травиться порываюсь. Я трубку кинула, давай брату звонить. Он тоже голосить начал – знаете же Гарика! Говорю ему: «Скажи мне только одно. Тогда вернусь в клинику. Зачем я пытаюсь покончить собой? Ну, алкоголичка – это ясно. Но не просто же так! Должна же быть причина!» Он помялся, помялся и говорит: «У тебя же