Мама кукол - Майя Эдлин

она и вынула из вазы букет подвядших роз, чей аромат сладкого тления распускался тошнотворными миазмами по комнате. – Нам хотя бы есть где спрятаться, в отличие от Гримма, который по колено увяз в грязи. Как бы копыта гнить не начали.

Словно вторя недовольству хозяйки, за окном раздалось негромкое ржание.

– Нужно потерпеть еще немного, – успокаивающе проговорила Роза то ли коню за стенами кибитки, то ли бесчисленным куклам, следившим за ней тщательно вырисованными глазами.

На улице вновь раздалось ржание, недовольное и… испуганное.

Цыганка замерла и прислушалась. Уловив переменившееся настроение хозяйки, куклы насторожились.

– Спокойно, – уже не столь уверенно откликнулась она. – Возможно, это зверь. Или птица. Покружит и уберется восвояси. – Она на цыпочках подошла к двери и вся обратилась в слух.

Зверь или птица были очень крупными, ибо при передвижении издавали слишком много шума.

– Спокойно, – прошептала Роза и вдруг резко отпрянула, напуганная настойчивым стуком, от которого содрогнулась дверь.

Она прижала руки к груди, унимая рвущееся наружу сердце.

– Все хорошо, все хорошо, – прошептала она, хотя понимала, что ничего хорошего от припозднившихся гостей ждать не стоило. – Кто там? Что вам нужно? – громко спросила Роза, безуспешно пытаясь унять дрожь в голосе.

– Открывай, – пробасил невидимый гость. – Ты знаешь, кто мы и что нам нужно.

Роза растерянно посмотрела на измазанные краской ладони и попыталась вытереть их о юбку, посеревшую от многочисленных стирок.

– Эй! – позвал другой, более хриплый голос, за которым последовала вторая волна ударов.

– Я сейчас! – крикнула она слишком звонко, отчего голос сорвался на визг. – Сейчас! Только не стучите так сильно, дверь совсем хлипкая.

Роза провела дрожащими пальцами по собранным в пучок волосам и в последний раз взглянула на своих кукол. В окне показалось лицо, на которое она даже не обернулась, – знала, что будет разглядывать его всю оставшуюся жизнь. Пробежалась взглядом по лицам Тошки, Мишки, Тяпки и Гошки – ее любимым мальчикам. Заглянула в глаза Лизке, Муське, Дашке, Анфиске – любимым девочкам. Те молча взирали на хозяйку с полок, стульев, кровати, пола и даже с потолка. В их блестящих глазах плясало пламя единственной свечи, от жара которой потекла краска на бледном личике Туськи.

– Прощайте, мои дорогие, – шепнула Роза и, превозмогая страх, распахнула хлипкую дверь, за которой все так же испуганно фыркал Гримм. – Я слушаю вас, господа.

Цыганка сделала шаг в мокрую темноту и мигом захлопнула за собой дверь. Она знала, что ее кукольное царство не любит дождь.

– Чем я могу вам помочь? – осторожно придерживая длинный подол платья, она спустилась по скользким ступенькам.

Незваных гостей оказалось трое – все мужчины, все незнакомые.

– Добрый вечер, – сделал шаг навстречу один из них.

Роза окинула его взглядом – сшитая из дорогой ткани одежда, золотые запонки и цепочка от часов. Держится уверенно, но настроен враждебно – прищуренные глаза, сжатые губы, напряженные скулы. Явно не куклу заказать приехал.

– Меня зовут Петр Андреевич Измайлов, я…

– Я знаю, кто вы, – Роза взглянула на его дешево одетых спутников, явно обычных работяг. – Время для визита вы выбрали не самое подходящее, – не выказывая ни малейшей тревоги, проговорила она. Пусть видят, что она их не боится.

– Я хочу вам кое-что показать, – не обращая внимания на замечание, сказал Петр.

– Как я уже сказала, время…

– Сейчас! – грубо оборвал ее мужчина и сделал приглашающий жест в сторону дороги, где ждала запряженная двумя вороными лошадьми карета.

Роза бросила короткий взгляд на окно кибитки, тускло освещенное светом единственной свечи, и кивнула.

Всю недолгую поездку Петр Измайлов молчал. Розе не требовалось видеть его лицо, чтобы понять – замыслы у этого человека самые черные. Она изо всех сил храбрилась и сдерживала дрожь от промокшего платья.

– Мы на месте, – мужчина распахнул дверцу и легко спрыгнул на землю.

Роза, нашептывая слова утешения испуганно заметавшемуся сердцу, спрыгнула за ним. Осмотрелась. В стороне виднелись ярко освещенные уличными фонарями конюшни. Они тянулись вдаль на сотни метров, точно городок, выстроенный специально для лошадей.

– Сюда, – позвал Петр в обратную от конюшен сторону.

Роза покорно двинулась следом и чуть не уперлась в его спину, когда он внезапно остановился.

– Глядите, – Петр широким жестом окинул пространство перед собой, и Роза, не понимая, на что должна смотреть, заозиралась по сторонам.

– Что… – возмутилась было она, но взглянула себе под ноги и замолчала. Перед ней раскинулась огромная яма, в которую сбросили тела сотни мертвых лошадей. – Зачем… Зачем вы меня сюда привели?

– Чтобы вы могли полюбоваться результатами своих трудов. Я был уверен, вы придете от увиденного в восторг. Столько трупов, столько смерти.

Роза с трудом втянула воздух в сжавшиеся от ужаса легкие:

– Результатом моих трудов? Вы считаете, я к этому причастна?

– Не знаю, – сквозь зубы ответил мужчина. – Причастны?

– Нет, – тихо отозвалась она, не в силах отвести взгляд от некогда прекрасных и сильных созданий.

– И к болезни моей дочери вы тоже не причастны?

– Наташа больна? – Роза растерянно взглянула ему в глаза.

– Больна. Пятые сутки бредит, ее мучает жар. Все ищет во сне куклу, – с нажимом произнес он, разглядывая лицо кукольницы.

Роза опустила глаза и обреченно помотала головой. Что бы она сейчас ни сказала, этот мужчина ее не услышит, он все для себя уже решил.

– Я не виновата в ее болезни, – все же ответила она.

– Знаете, что вам нужно сейчас сделать? – Петр в очередной раз проигнорировал ее слова. – Вам нужно очистить Наташу от порчи, которую вы наслали.

Роза замотала головой:

– Я не насылала никакую порчу, в ее болезни нет моей вины.

– Значит, вы отказываетесь? – уточнил он.

– Наташина болезнь – не моя вина, – настойчиво повторила она.

Петр внимательно посмотрел в черные цыганские глаза и кивнул кому-то за Розиным плечом. Она повернула голову навстречу тому, кто прятался за ее спиной, но пошатнулась, оглушенная ударом железной лопаты. Не устояв на ногах, Роза рухнула в яму к мертвым лошадям. Безуспешно вытерла с глаз хлынувшую из раны кровь. Уперлась рукой в холодный лошадиный круп, попыталась привстать. Перед глазами плыло, в ушах нарастал шум. Она старалась сесть, но снова и снова теряла равновесие.

– Закапывайте, – среди шума усиливающегося дождя Роза различила голос Петра Измайлова и почувствовала, как на нее упала первая горсть земли.

Глава 16

Со всех сторон ее окружали лошади. Много лошадей. Огромный табун. Они фыркали, топтались на месте, поднимали в воздух пыль, пихали друг друга. Напуганные, беспокойные, растерянные – лошади охватили Нину в плотное кольцо. Она озиралась по сторонам, пытаясь найти выход из этой смертельной