Мама кукол - Майя Эдлин

мелькавших перед глазами статей хотелось выть: ярмарки, свадьбы, сбор урожая, соревнование по плетению венков, выступление кукольного театра, выставка меда, открытие нового моста, закрытие старого моста, рекордный улов рыбы и самая большая за десять лет дыня.

– О боги, – простонала Нина и принялась биться головой о мягкую, словно подушка, подшивку газеты.

– Ты чего тут?

Она подняла голову и посмотрела на стоящего рядом Костю, взъерошенного и в огромных очках.

– Зоя видела, как ты, изображая ниндзя, бежала в сторону архива, вот я и решил поздороваться, – объяснил он свое присутствие. – Привет. Что-то ищешь? Помощь нужна?

Нина на минуту задумалась: что можно рассказать, не показавшись умалишенной и не втянув парня в смертельную опасность?

– Скажи-ка мне, Костя, – начала она. – Что ты будешь делать, если тебе понадобится узнать о событиях, о которых местная газета не написала ни слова?

– Поговорю со свидетелями, – уверенно ответил он.

– Свидетели неизвестны.

– Архивы правоохранительных органов?

– Слишком долго, не вариант.

– Поговорю с людьми, жившими в то время. Может, кто-нибудь что-нибудь слышал.

– Сто лет прошло, найти такого долгожителя маловероятно.

– Обращусь к знатокам здешнего фольклора, – с готовностью выдал он очередной вариант. – В каждом городе есть почитатели местного устного или письменного творчества, которое очень часто произрастает из местных же слухов и легенд.

– Тупица, – зло прошипела Нина и, соскочив со стула, принялась суетливо скидывать в сумку ручки, блокноты, карандаши, ластик, скрепки и прочий канцелярский хлам, который зачем-то всегда носила с собой. – Извини, Кость, это я не тебе, – торопливо пояснила она ошарашенному парню. – Это я тупица. Так много времени теряю, пока до очевидного додумаюсь. – Собрав барахло в сумку и закинув ее на плечо, Нина подошла к парню. – А тебе спасибо огромное, ты абсолютно прав. Официальная проверенная информация – это далеко не все. Важно, какими слухами полнился в то время город, о чем шептались люди. Это часто бывает намного полезнее. – Она свернула в рулон подшивку «Безымянной газеты», запихнула в сумку и помахала Косте на прощание.

– Нин, – на полпути окликнул парень. – А газеты-то ты куда понесла?

Она посмотрела на сверток, торчавший из открытой сумки, и в отчаянии взглянула Косте в глаза.

– Я верну, обещаю. В понедельник же верну. Но сейчас они мне нужны, чтобы показать одному человеку. Это очень-очень важно, вопрос жизни и смерти.

Костя указал рукой на сумку:

– Ты их хоть прикрыла бы чем-нибудь. Никудышный из тебя ниндзя.

Нина послушно ухватила рукой лямку на плече, скрыв локтем торчащий газетный рулон.

– Спасибо огромное, – искренне поблагодарила она и быстро пошла к выходу из архива.

В «Храме книг» все так же пахло пылью, типографской краской и раскаленным на солнце паркетом. Волшебник что-то увлеченно рассказывал группке подростков, и Нина, дожидаясь своей очереди на рандеву, взяла в руки «Мою чужую тень», которая заняла самое почетное место в магазине – на столике у входа. Попыталась вчитаться в стихи, но внимание то и дело перескакивало на хозяина магазина, и она вновь и вновь теряла нить повествования. Вздохнула, решила сосредоточиться на иллюстрациях – на белоснежной девочке-балерине, которая кружилась в танце с собственной тенью, но то и дело падала, оттого что тень исполняла совершенно другой, одной ей известный танец. Светлые оттенки перемешивались с глубоким черным, демонстрируя столкновение двух миров – мира жизни и звуков с миром тишины и забвения. Какой из них победит? С Лилиными книжками невозможно знать наверняка.

– Нина?

Она вздрогнула и вернула книгу на место, где ее тут же перехватила шумная стайка школьников, до этого донимавшая Волшебника бесконечными вопросами.

– Ищешь что-то конкретное или нужен совет? – мужчина жестом пригласил к прилавку, на котором стояла медная касса дореволюционных времен. – Идем сюда, тут потише.

Он зашел за прилавок, наблюдая, как Нина достает из огромной сумки подшивку «Безымянной газеты».

– Вообще-то, – засмущалась она, – ни то ни другое. – Перед Волшебником Нина, всегда наглая и бесцеремонная, по непонятным причинам терялась и испытывала чувство, близкое к восторженному трепету. Видимо, Лилькины дифирамбы все-таки сыграли свою роль. – Мне нужна информация другого рода, – она протянула ему газеты.

Мужчина мельком глянул на дату на титульном листе и перелистнул первую страницу.

– Хочешь узнать побольше о некоем событии?

– В том-то и беда: нет там такого события. Я знаю, что в тот период случилось нечто плохое, о чем умолчала газета. Потому и обращаюсь к вам: может быть, что-то в ней воскресит в памяти определенный слух или легенду, которая тянется с тех времен?

– Хм-м, – Волшебник сосредоточенно свел брови и продолжил листать, перебирая в уме каждое мало-мальски весомое событие. – Мост… – спустя долгие минуты молчания проговорил он. – Старый мост… Что-то в этом есть…

Успевшая заскучать Нина оживилась.

– Мост? А что с мостом?

– Пока не могу понять, но что-то там… – он отложил газету и взял другую, датированную месяцем ранее. – Ох, а вот это может тебя заинтересовать, – он ткнул пальцем в мутный черно-белый снимок кукольного представления.

– Кукольный театр? – сердце Нины забилось быстрее. Да, да, куклы – это точно оно!

– В начале того лета в город приехала молодая цыганка-кукольница. Она одна, без посторонней помощи, устраивала грандиозные кукольные представления, которые приводили в восторг всех, от мала до велика. Кукольница очень быстро расположила к себе горожан, местные детишки ее боготворили, каждый мечтал получить в подарок одну из кукол, а представления ждали, как чуда. Но, к сожалению, как это часто бывает, всеобщая любовь вскоре превратилась во всеобщую ненависть, и… – Волшебник заглянул в статью, уточняя имя, – Роза в считаные дни превратилась из любимицы публики в изгоя. Ей пришлось бежать из города. Бежать поспешно, под покровом ночи, ни с кем не прощаясь и не предупредив об отъезде. Вечером кибитка еще стояла в лесу, а утром ее уже и след простыл. Но, по всей вероятности, жизнь несчастной цыганки закончилась плачевно. – Волшебник потянулся к отложенной ранее газете и нашел статью о закрытии моста. – Лет тридцать назад в «Безымянной газете» писали об ужасной находке у старого моста. Ты ведь в курсе, где он находится? – уточнил он и, получив ответ в виде кивка, продолжил: – Река Ужовка, глубокая, быстрая и холодная, известна среди горожан как самая непредсказуемая и опасная, которую лучше обходить стороной. Она отрезает город от большой земли, поэтому через нее перекинуто больше десятка мостов. Этот, – Волшебник ударил пальцем по фото, – был построен одним из первых и, соответственно, одним из первых пришел в негодность. – Так вот, тридцать лет назад на дне реки у этого самого моста отчаянные ныряльщики, скорее всего, не из местных, нашли затопленную кибитку. Вызванные