Послание смерти - Лесли Вульф

серьезные, некоторые рассекают кожу до самых сухожилий. Она отбивалась очень энергично.

— Ее избивали сильней, чем Лизу и Сару?

— Гораздо сильней, — ответил Рицца. — Я смогу подтвердить это на столе в морге, но уже сейчас предполагаю, что и изнасилования были более жестокими.

— А ведь она отсутствовала всего неделю… — произнесла Тесс, содрогаясь при мысли о том, что это означало. Находиться в плену и подвергаться нападениям целую неделю подряд… Тесс была не в состоянии даже думать об этом. Она теряла объективность, злясь все больше и переставая мыслить рационально. Но чтобы поймать этих чудовищ, ей требовалась каждая толика холодного разума и дедуктивной логики, на которую она только была способна.

— Я считала, что у нас есть еще немного времени, — сердито добавила Тесс. — Я надеялась, что мы успеем ее найти.

— Судя по всему, он переходит на следующий этап, или, скорее, они оба эволюционируют, — заключил Рицца. — Об этом свидетельствует возрастающая жестокость издевательств.

— А что насчет кольца? — спросила Тесс.

— Оно отсутствует, его заменили на дешевку вроде тех, что были на Лизе и Саре.

— Трупные пятна?

— Такие же, как и раньше, хотя на сей раз он торопился избавиться от тела. Жертва была связана и убита в том же положении, что и другие две, но кровь не успела опуститься.

— Есть какие-нибудь несоответствия? Мне надо понять, как эти ублюдки эволюционируют.

— На первый взгляд, есть одно обстоятельство. Ее не прихорашивали так тщательно, как Лизу и Сару. У нее есть волосы на ногах, подмышках и в районе лобка. Она не была накрашена, хотя кожа и волосы — чистые.

— То есть она только принимала душ, — задумчиво подытожила Тесс.

— Как думаешь, что это значит?

— Пока не знаю. Но убийцу такое разрушение его фантазий должно было сильно разозлить. Может, она проявляла неповиновение, и все. Как скоро вы сообщите мне, принимала ли она амфетамин до того, как ее похитили?

— Прямо сейчас, минуту подожди, — коронер достал из флакончика тестовую полоску и проколол кожу Кэтрин иглой. Показалась капелька крови, и Рицца быстро обмазал полоску кровью. Выждав минуту, он промыл полоску в дистиллированной воде и приложил к таблице на флакончике.

— У нее все еще идет кровь, док, — зашептала Тесс.

— Да… Бедняжка. Около десяти часов после смерти кровь еще сохраняет свойства жидкости. Но она скорей вытекает, чем течет. Когда сердце живое и бьется, кровь течет, а у нее сердце больше не бьется. — Рицца вытер бровь тыльной стороной ладони в перчатке. — Ты права. Она принимала амфетамин. Судя по остаточной концентрации, которую я здесь вижу, она уже преодолела пик абстиненции.

— Понимаю. Док, а что происходит с человеком при отказе от амфетамина? Каковы симптомы?

— Гнев, раздражительность, голод, усталость, мысли о самоубийстве… в общем, весь набор. А что? Какие у тебя соображения?

— Есть кое-что, но я пока не уверена ни в чем.

— Поделись, — сказал Фраделла, появляясь из-за спины Тесс.

— Насколько мне известно, подобное нарастание насилия у преступных групп возникает в двух случаях. В одном это происходит при потере динамики, связи внутри группы ослабляются, приближается ее распад. Часто распад сопровождается убийством одного из членов группы после короткого взрыва насилия. В другом, более редком случае появляются жертвы, бросающие вызов похитителям, они делают все, чтобы разозлить их, и тем самым вызывают новую реакцию. Не исключено, что Кэтрин спровоцировала их.

— Зачем? — спросил молодой детектив.

Его вопрос вызвал у Тесс целую волну воспоминаний, настолько болезненных, что она едва устояла на ногах.

— Чтобы скорее умереть, покончить с кошмаром, — сказала она, тяжело дыша под действием эмоций. — доктор Нельсон была образованной женщиной, хорошо понимавшей, в какую ситуацию попала. Это, а также гнев и суицидальные мысли, вызванные отказом от амфетамина, могли подтолкнуть ее к тому, чтобы насмешками спровоцировать преступников положить конец ее мучениям.

— Да, но они все-таки забрали Стейси Родригес, перед тем как убить Кэтрин. Решение не было чисто импульсивным, — констатировал Фраделла.

— Несомненно, — ответила Тесс. — Для этих преступников почему-то совершенно необходимо пару дней держать вместе двух женщин. У меня было плохое предчувствие, когда они похитили Стейси раньше, чем мы рассчитывали, но я надеялась, что ошибаюсь. Я полагала, что у нас еще есть время, чтобы спасти Кэтрин.

Она поднялась на вторую ступеньку подножки и забралась внутрь «скорой». Протиснувшись мимо доктора Риццы, она подошла к изголовью носилок, на которых лежала Кэтрин. Тесс принялась внимательно рассматривать распростертое перед ней тело молодой женщины. Синяки и ссадины на шее в тех местах, где полудюймовая веревка оставляла многочисленные царапины и волдыри, пока Кэтрин еще дышала. Потом веревка передавила ей трахею и положила конец ее жизни. Слизистая оболочка глаз и даже веки покрыты сеткой точечных кровоизлияний. На прекрасном лице остались следы от избиений, как и на руках, за которые ее грубо тащили. Глубокие раны от связывания на запястьях и голенях свидетельствовали об отчаянном и долгом сопротивлении. Тесс дотронулась до руки Кэтрин и прошептала:

— Прости.

И почувствовала, как Рицца слегка сжал ей плечо своей теплой ладонью.

— Ты поймаешь их, Тесс. Если кто и способен их поймать, так это ты.

Эмоции все еще душили ее, она отвернулась, не желая, чтобы остальные видели ее в момент слабости. К машине «скорой помощи» приближался Мичовски. Тесс спустилась ему навстречу.

— Пожалуйста, Гэри, скажи мне, что у нас есть его изображение.

— Есть, но плохого качества. Мы видим мужчину в черном капюшоне, который вылезает из «скорой» и уходит прочь. А потом теряется на территории кампуса и исчезает из поля обзора камеры.

— Обручальные кольца так нигде и не всплыли, ни в каких ломбардах?

— Нет, нигде никаких следов, — сдержанно ответил Мичовски.

Тесс взглянула на него:

— Ты проверял?

— Проверял, Тесс. Я знаю свое дело.

— Ну, со всей очевидностью, не знаешь, — огрызнулась она. — И я не знаю. По крайней мере, до тех пор, пока они на свободе, убивают и насилуют, сколько им хочется, и никто их не может остановить.

Детектив поджал губы, но промолчал.

— Этому нужно положить конец, — сказала Тесс, в ярости скрипнув зубами. — Просто нужно положить конец. Сколько можно? Сколько еще женщин погибнут, прежде чем мы остановим этих мерзавцев?

Доктор Рицца дотронулся до ее руки:

— Тебе надо отдохнуть. Ты только что из больницы и целый день на ногах. Это уже слишком. Поезжай домой и отдохни.

— Нет, — холодно ответила Тесс. — Я еду в участок. Переберу всю информацию по крупице, а потом пройдусь по всему еще раз и еще — столько, сколько понадобится. Мы что-то упустили. Никто не совершенен до такой степени, черт возьми.

На